«Курсистка» Николая Ярошенко, представленная на суд публики на выставке Передвижников в 1883 году, произвела фурор. Как в положительном, так и в отрицательном смысле. Казалось бы, что особенного? Девушка с коротко остриженными волосами, то ли книгой, то ли с конспектами подмышкой шагает куда-то по своим делам влажным от дождя, явно осенним и сумрачным вечером. Идет одна, никто ее не провожает. Ни улыбки на губах, ни мягкого кокетства во взгляде, что было бы юной барышне к лицу … Скорее напротив – угадывается твердость характера, вызов и целеустремленность. А шерстяной плед, накинутый вместо пальто на плечи – это явно от материального неблагополучия. Нет, тут не нищета, где сплошь дыры да заплатки, а просто бедность. Вот все это вкупе и взбудоражило зрителей, бывших современниками картины.
Источником вдохновения для художника послужила учащаяся Бестужевских женских курсов Анна Дитерихс. И раз уж зашла речь об этом заведении, надо отдельно рассказать про одежду девушки. В те времена в мундиры в России были одеты все чины и звания, кроме простонародья. Придворные, военные, гражданское чиновничество, полиция, путейцы, инженеры и горняки, медики, учащиеся высших и средних учебных заведений – все ходили в строго установленном для каждого класса платье, чтобы не возникало путаницы и сразу было видно, откуда взялся человек. Причем для каждого случая предусматривался свой наряд. Например, студенты-юноши при параде щеголяли в однобортных со стоячим воротничком и вышитыми золотыми галунами мундирах зеленовато-синего сукна, имели при себе шпагу гражданского образца, треуголку (позже фуражку) и серую шинель-николаевку. Для менее официальных случаев у них имелись двубортные сюртуки, а на лекциях они появлялись в серых куртках и темно-зеленых брюках.
Как и военные в армии, студенты носили разные знаки различия – канты. В университетах синие, в училищах правоведения зеленые, а у студентов московского лицея («катковцы») канты были красные. Своя единая форма одежды полагалась и слабому полу. Гимназистки ходили в коричневых платьях в талию с черным фартуком (как позже советские школьницы вплоть до конца 80-х). Институтки одевались в зеленые, синие и серые платья – в зависимости от года обучения - с черными или белыми пелеринками. По улицам они передвигались почти всегда гуськом и разбившись на пары. Городовые, следившие за общественным порядком, издалеко безошибочно «считывали» статус почти любого человека.
Продолжение ⤵️
Источником вдохновения для художника послужила учащаяся Бестужевских женских курсов Анна Дитерихс. И раз уж зашла речь об этом заведении, надо отдельно рассказать про одежду девушки. В те времена в мундиры в России были одеты все чины и звания, кроме простонародья. Придворные, военные, гражданское чиновничество, полиция, путейцы, инженеры и горняки, медики, учащиеся высших и средних учебных заведений – все ходили в строго установленном для каждого класса платье, чтобы не возникало путаницы и сразу было видно, откуда взялся человек. Причем для каждого случая предусматривался свой наряд. Например, студенты-юноши при параде щеголяли в однобортных со стоячим воротничком и вышитыми золотыми галунами мундирах зеленовато-синего сукна, имели при себе шпагу гражданского образца, треуголку (позже фуражку) и серую шинель-николаевку. Для менее официальных случаев у них имелись двубортные сюртуки, а на лекциях они появлялись в серых куртках и темно-зеленых брюках.
Как и военные в армии, студенты носили разные знаки различия – канты. В университетах синие, в училищах правоведения зеленые, а у студентов московского лицея («катковцы») канты были красные. Своя единая форма одежды полагалась и слабому полу. Гимназистки ходили в коричневых платьях в талию с черным фартуком (как позже советские школьницы вплоть до конца 80-х). Институтки одевались в зеленые, синие и серые платья – в зависимости от года обучения - с черными или белыми пелеринками. По улицам они передвигались почти всегда гуськом и разбившись на пары. Городовые, следившие за общественным порядком, издалеко безошибочно «считывали» статус почти любого человека.
Продолжение ⤵️