У каждого в жизни был незабываемый коллега. У меня таким человеком был Аркадий, удивительной особенностью которого был его затрапезный вид.
Аркадий выглядел, как будто воду в его квартире давали раза четыре в год, причем два из них он на этот праздник опаздывал.
Засаленный образ средневекового странника удачно оттеняли одежда с нотками ветхости и бездонные голубые глаза с легкой безуминкой.
В таком виде хорошо бродить из деревни в деревню и предсказывать конец света, играя на гуслях.
Аркадий был слишком даровит, чтобы его уволить, но и использовать его на полную мощность было невозможно. Большое начальство лично решало, в какие люди Аркадия отправить можно, а в какие не стоит. Потому что не всякий способен разглядеть талант за неординарной внешностью, а репутация компании на дороге не валяется.
Однажды Аркадий всё-таки ухитрился прорваться на приличное мероприятие. Его организаторы потом позвонили нашему начальству и ехидно поинтересовались, почему мы решили прислать к ним бездомного.
В итоге созрел план привести Аркадия в соответствие. Времена были зажиточные, поэтому в рамках телевизионного спонсорства наш пыльный коллега был отдан в добрые руки стилистов. Его технично отмыли, одели, обули и модно подстригли.
Он оказался приятным парнем, этот Аркадий.
Вопреки ожиданиям, в новом образе он не томился, как Гекльберри Финн, отмытый вдовой Дуглас, а молниеносно освоился. Стал бывать в нужных местах, держать бокал с шабли за ножку и смотреть на прежних знакомых с некоторым сочувствием.
Параллельно запустился никем не заказанный процесс: из бездонных глаз исчезла безуминка, а из головы — идеи. Аркадий стал скучен, рассудителен и капельку чванлив.
Через год блистательного обновленного Аркадия без сожалений уволили.
Аркадий выглядел, как будто воду в его квартире давали раза четыре в год, причем два из них он на этот праздник опаздывал.
Засаленный образ средневекового странника удачно оттеняли одежда с нотками ветхости и бездонные голубые глаза с легкой безуминкой.
В таком виде хорошо бродить из деревни в деревню и предсказывать конец света, играя на гуслях.
Аркадий был слишком даровит, чтобы его уволить, но и использовать его на полную мощность было невозможно. Большое начальство лично решало, в какие люди Аркадия отправить можно, а в какие не стоит. Потому что не всякий способен разглядеть талант за неординарной внешностью, а репутация компании на дороге не валяется.
Однажды Аркадий всё-таки ухитрился прорваться на приличное мероприятие. Его организаторы потом позвонили нашему начальству и ехидно поинтересовались, почему мы решили прислать к ним бездомного.
В итоге созрел план привести Аркадия в соответствие. Времена были зажиточные, поэтому в рамках телевизионного спонсорства наш пыльный коллега был отдан в добрые руки стилистов. Его технично отмыли, одели, обули и модно подстригли.
Он оказался приятным парнем, этот Аркадий.
Вопреки ожиданиям, в новом образе он не томился, как Гекльберри Финн, отмытый вдовой Дуглас, а молниеносно освоился. Стал бывать в нужных местах, держать бокал с шабли за ножку и смотреть на прежних знакомых с некоторым сочувствием.
Параллельно запустился никем не заказанный процесс: из бездонных глаз исчезла безуминка, а из головы — идеи. Аркадий стал скучен, рассудителен и капельку чванлив.
Через год блистательного обновленного Аркадия без сожалений уволили.