Прочла комментарии, которые мне писали о действиях нашей редакции в отношении оператора 112, которая оставила без движения звонок подруги пенсионерки, с которой произошел удар. Некоторые мне писали какие-то уж больно агрессивные комментарии, я связываться не стала, однако парочку писавших заблокировала. Нет, не разблокирую. Напомню, что пенсионерка была заперта в квартире, подруга начала бить тревогу, позвонила в 112, ей ответили, что без родственника никто не будет ломать дверь. Подруга стала искать дочь и нашла ее только через четыре дня, когда время было критически упущено. Мы добились отстранения оператора на время расследования.
Однако мне писали, что виновата сама дочь, которая не интересовалась матерью четыре дня. Но в этой ситуации все равно, что делала дочь. Спасение пенсионерки не должно зависеть от ее взаимоотношений с дочерью. Они могут не общаться вообще никогда. Это не значит, что пенсионерка с инсультом навсегда должна остаться запертой в своей квартире. Служба спасения на то и служба спасения, чтобы экстренно спасать людей - и тех, у кого есть дети, и тех, у кого их нет, и тех, кто в хороших отношениях со своими детьми, и тех, кто в плохих.
В конце концов, мы попросили эксперта разъяснить алгоритм действий в подобных ситуациях. Бывший сотрудник МВД, эксперт-криминалист Михаил Игнатов сказал нам следующее - именно реакции оператора 112 в таких случаях отводится ключевая роль. Полиция для начала ищет родственников или людей с ключами, а если таковых нет, то вызывает МЧС. Дверь вскрывается в присутствии участкового или других полицейских, а соседи могут выступить понятыми при вскрытии. А полиции передает информацию оператор. Если оператор экстренной службы отклонил вызов, ни с кем не соединил или отказался действовать по каким-то другим причинам, это можно квалифицировать как халатность (при условии тяжких последствий). Но можно перевести звонок дальше, так как в 112 один и тот же оператор не отвечает и последующим вызовом займется другой специалист. Что не отменяет ответственности оператора, который получил информацию о пенсионерке, и оставил ее лежать на полу четыре дня.
Однако мне писали, что виновата сама дочь, которая не интересовалась матерью четыре дня. Но в этой ситуации все равно, что делала дочь. Спасение пенсионерки не должно зависеть от ее взаимоотношений с дочерью. Они могут не общаться вообще никогда. Это не значит, что пенсионерка с инсультом навсегда должна остаться запертой в своей квартире. Служба спасения на то и служба спасения, чтобы экстренно спасать людей - и тех, у кого есть дети, и тех, у кого их нет, и тех, кто в хороших отношениях со своими детьми, и тех, кто в плохих.
В конце концов, мы попросили эксперта разъяснить алгоритм действий в подобных ситуациях. Бывший сотрудник МВД, эксперт-криминалист Михаил Игнатов сказал нам следующее - именно реакции оператора 112 в таких случаях отводится ключевая роль. Полиция для начала ищет родственников или людей с ключами, а если таковых нет, то вызывает МЧС. Дверь вскрывается в присутствии участкового или других полицейских, а соседи могут выступить понятыми при вскрытии. А полиции передает информацию оператор. Если оператор экстренной службы отклонил вызов, ни с кем не соединил или отказался действовать по каким-то другим причинам, это можно квалифицировать как халатность (при условии тяжких последствий). Но можно перевести звонок дальше, так как в 112 один и тот же оператор не отвечает и последующим вызовом займется другой специалист. Что не отменяет ответственности оператора, который получил информацию о пенсионерке, и оставил ее лежать на полу четыре дня.