Чем опасны диаспоры?
Дорогой друг Михаил Бурда написал фундаментальную программную статью о том, чем опасны в России и мире диаспоры инокультурных не коренных этносов.
Статья большая, вынес для вас основные тезисы.
Этнические диаспоры всё чаще выступают как самостоятельные и влиятельные акторы общественно-политических процессов, способные заметно воздействовать на политические решения и общественные настроения.
Диаспоральные сообщества иммигрантов и лиц с иммиграционным прошлым зачастую остаются проводником интересов и ценностей государства исхода.
Само появление организованных этнических структур внутри стихийных и неупорядоченных миграционных потоков - это «серьезный вызов государственности», поскольку возникает вопрос государственного контроля над границами и монополии государства на силовые инструменты.
Принципиальное отличие диаспоры от просто совокупности мигрантов состоит в том, что она получает возможность представлять интересы мигрантов на управленческом уровне, получать доступ к ресурсам, воздействовать на принятие решений и лоббировать конкретные инициативы и проекты.
При этом существует проблема правового статуса: диаспоры обладают фактической политической субъектностью, однако самостоятельная правосубъектность в юридическом смысле часто отсутствует. Из-за этого затрудняется контроль за их реальной деятельностью и взаимодействием с государственными институтами.
Диаспоры всё чаще оказываются связаны не только с этничностью, но и с международными организациями, бизнес-сетями и социальными движениями, то есть приобретают транснациональный характер.
В государствах-реципиентах диаспоры становятся агрегаторами иммиграционных процессов. Они способствуют прибытию новых мигрантов, участвуют в определении их состава, предоставляют им материальные и нематериальные блага и одновременно устанавливают определённый круг обязанностей.
Членство в диаспоре может означать не только получение помощи, но и принятие обязательств. В результате возникают жёсткие вертикальные и горизонтальные связи, основанные на этнической принадлежности, землячестве, родстве и иных механизмах солидарности.
В результате самостоятельность рядового члена сообщества может ограничиваться «императивом лояльности по отношению к группе»
Диаспоры также способны создавать трансграничные альянсы с международными структурами, разделяющими благоприятную для них миграционную повестку. Например, сотрудничество диаспор с Международной организацией по миграции.
Диаспоры становятся существенным фактором изменения этнокультурной и религиозной структуры населения принимающих государств.
Левые и либеральные партии используют представителей диаспор для мобилизации дисциплинированного электората, а сами представители диаспор получают доступ к значимым должностям. Это может создавать условия для переориентации части государственной политики на приоритеты диаспоральных сообществ.
Представители диаспор могут входить в обычные политические партии и через них продвигать собственную повестку, одновременно обеспечивая им голоса своих соотечественников. Но при накоплении достаточной «гражданской массы» возможен и самостоятельный выход на электоральное поле; Бурда приводит в пример нидерландские DENK и BIJ.
Итоговый вывод Бурды сформулирован так: современные этнические диаспоры трансформируются «из преимущественно культурно-адаптационных образований в полноценных политических акторов». Их ресурс — иерархические структуры, связи с властью, электоральное участие, лоббизм, способность к мобилизации и внутренняя дисциплина. Всё это позволяет им продвигать политические повестки, которые, «не всегда совпадают с национальными интересами принимающих государств».
А мой вывод такой: диаспоры не коренных народов РФ должны быть в России приравнены к ОПГ и запрещены!
Целиком читать тут
Дорогой друг Михаил Бурда написал фундаментальную программную статью о том, чем опасны в России и мире диаспоры инокультурных не коренных этносов.
Статья большая, вынес для вас основные тезисы.
Этнические диаспоры всё чаще выступают как самостоятельные и влиятельные акторы общественно-политических процессов, способные заметно воздействовать на политические решения и общественные настроения.
Диаспоральные сообщества иммигрантов и лиц с иммиграционным прошлым зачастую остаются проводником интересов и ценностей государства исхода.
Само появление организованных этнических структур внутри стихийных и неупорядоченных миграционных потоков - это «серьезный вызов государственности», поскольку возникает вопрос государственного контроля над границами и монополии государства на силовые инструменты.
Принципиальное отличие диаспоры от просто совокупности мигрантов состоит в том, что она получает возможность представлять интересы мигрантов на управленческом уровне, получать доступ к ресурсам, воздействовать на принятие решений и лоббировать конкретные инициативы и проекты.
При этом существует проблема правового статуса: диаспоры обладают фактической политической субъектностью, однако самостоятельная правосубъектность в юридическом смысле часто отсутствует. Из-за этого затрудняется контроль за их реальной деятельностью и взаимодействием с государственными институтами.
Диаспоры всё чаще оказываются связаны не только с этничностью, но и с международными организациями, бизнес-сетями и социальными движениями, то есть приобретают транснациональный характер.
В государствах-реципиентах диаспоры становятся агрегаторами иммиграционных процессов. Они способствуют прибытию новых мигрантов, участвуют в определении их состава, предоставляют им материальные и нематериальные блага и одновременно устанавливают определённый круг обязанностей.
Членство в диаспоре может означать не только получение помощи, но и принятие обязательств. В результате возникают жёсткие вертикальные и горизонтальные связи, основанные на этнической принадлежности, землячестве, родстве и иных механизмах солидарности.
В результате самостоятельность рядового члена сообщества может ограничиваться «императивом лояльности по отношению к группе»
Диаспоры также способны создавать трансграничные альянсы с международными структурами, разделяющими благоприятную для них миграционную повестку. Например, сотрудничество диаспор с Международной организацией по миграции.
Диаспоры становятся существенным фактором изменения этнокультурной и религиозной структуры населения принимающих государств.
Левые и либеральные партии используют представителей диаспор для мобилизации дисциплинированного электората, а сами представители диаспор получают доступ к значимым должностям. Это может создавать условия для переориентации части государственной политики на приоритеты диаспоральных сообществ.
Представители диаспор могут входить в обычные политические партии и через них продвигать собственную повестку, одновременно обеспечивая им голоса своих соотечественников. Но при накоплении достаточной «гражданской массы» возможен и самостоятельный выход на электоральное поле; Бурда приводит в пример нидерландские DENK и BIJ.
Итоговый вывод Бурды сформулирован так: современные этнические диаспоры трансформируются «из преимущественно культурно-адаптационных образований в полноценных политических акторов». Их ресурс — иерархические структуры, связи с властью, электоральное участие, лоббизм, способность к мобилизации и внутренняя дисциплина. Всё это позволяет им продвигать политические повестки, которые, «не всегда совпадают с национальными интересами принимающих государств».
А мой вывод такой: диаспоры не коренных народов РФ должны быть в России приравнены к ОПГ и запрещены!
Целиком читать тут