Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Max
Сегодня - день рождения граммофона.
В 1887 году был сделан шаг к человеческой деградации: прежде, если хотелось музыки, ты должен был сам уметь играть - развивать руки, голову, слух, чувство прекрасного. А теперь ничего этого не нужно - достаточно скомандовать колонке.
Так называемый «прогресс» отнял у нас множество умений, и неудивительно, что сейчас все в ужасе от угрозы деменции: мозг, который не творит, закономерно вырождается.
Развращённый «прогрессом» беспомощный обыватель сучит пальчонками по стеклу смартфона, генетически помня тысячелетия созидательного рукоделия.
Но на уровне обычного человека изобретение грампластинки, а затем и магнитофонной кассеты вызывают у меня тёплые воспоминания.
Когда тебе четырнадцать лет и друзья говорят, что у любимой группы вышел новый «диск», всё твоё естество наполнялось радостью, энергией и оживлением обещанной встречи с чудом.
Каким бы серым ни был наш быт, та новая музыка преображала его в яркий красочный мир. И я помню его с благодарностью.
В 1887 году был сделан шаг к человеческой деградации: прежде, если хотелось музыки, ты должен был сам уметь играть - развивать руки, голову, слух, чувство прекрасного. А теперь ничего этого не нужно - достаточно скомандовать колонке.
Так называемый «прогресс» отнял у нас множество умений, и неудивительно, что сейчас все в ужасе от угрозы деменции: мозг, который не творит, закономерно вырождается.
Развращённый «прогрессом» беспомощный обыватель сучит пальчонками по стеклу смартфона, генетически помня тысячелетия созидательного рукоделия.
Но на уровне обычного человека изобретение грампластинки, а затем и магнитофонной кассеты вызывают у меня тёплые воспоминания.
Когда тебе четырнадцать лет и друзья говорят, что у любимой группы вышел новый «диск», всё твоё естество наполнялось радостью, энергией и оживлением обещанной встречи с чудом.
Каким бы серым ни был наш быт, та новая музыка преображала его в яркий красочный мир. И я помню его с благодарностью.