Ожирение в России стало в два раза массовее за пять лет.
Более 3,7 млн человек официально имеют такой диагноз, причем 700 тыс. из них — дети. Замглавы Минздрава Евгений Камкин подтверждает: число взрослых пациентов с 2021 года подскочило в 1,9 раза. И это лишь верхушка айсберга, ведь многие до врачей просто не доходят.
Для системы здравоохранения это означает колоссальный рост нагрузки и расходов на долгосрочное лечение сопутствующих заболеваний. Бизнес тоже в зоне риска: снижение продуктивности сотрудников и рост затрат на страховые программы становятся неизбежными издержками такой статистики.
Как думаете, это результат некачественной еды в магазинах или мы просто стали слишком мало двигаться? 👇
Более 3,7 млн человек официально имеют такой диагноз, причем 700 тыс. из них — дети. Замглавы Минздрава Евгений Камкин подтверждает: число взрослых пациентов с 2021 года подскочило в 1,9 раза. И это лишь верхушка айсберга, ведь многие до врачей просто не доходят.
Для системы здравоохранения это означает колоссальный рост нагрузки и расходов на долгосрочное лечение сопутствующих заболеваний. Бизнес тоже в зоне риска: снижение продуктивности сотрудников и рост затрат на страховые программы становятся неизбежными издержками такой статистики.
Как думаете, это результат некачественной еды в магазинах или мы просто стали слишком мало двигаться? 👇