Казахские степи, швейцарские горы...
Или как Nvidia постепенно превращается в семейный бизнес
В конце сентября дочь Дженсена Хуанга Мэдисон вышла замуж на Гавайях. Свадьбу сыграли во время общекорпоративных выходных Nvidia — семейный календарь удачно совпал с производственным. Жених, 35-летний Нико Капрез, продолжал работать даже с островов. Его задача — находить покупателям деньги на чипы тестя.
За два с половиной года Капрез стал одним из самых влиятельных руководителей Nvidia. Он помогает облачным провайдерам получать кредиты, находить клиентов и участки с доступной электроэнергией. Один из собеседников издания называет его «консильери Дженсена». Сам Хуанг, знакомясь с руководителем ИИ-инфраструктуры Brookfield, рекомендовал: «Если хотите что-то сделать, поговорите с Нико».
Капрез вырос в швейцарской долине Энгадин и в начале 2010-х профессионально занимался горными лыжами — выступал за Швейцарию в скоростном спуске, слаломе и супергиганте. Завершив спортивную карьеру, ушёл в консалтинг, а затем поступил в London Business School. Там познакомился с Мэдисон. После выпуска она отправилась в Nvidia, он — в инвестиционную компанию в Цюрихе. В начале 2024 года Мэдисон помогла привлечь его в компанию отца.
Уже новичком Капрез участвовал в важных встречах с партнёрами. В январе 2026-го стал вице-президентом по развитию глобальной ИИ-инфраструктуры, перескочив промежуточную должность старшего директора. Его влияние объясняют и способностью договариваться, и близостью к Хуангу.
Продавать ускорители становится сложнее, если покупателям не на что их покупать и некуда подключать. Капрез работает сразу со всеми частями этой задачи. Одному облачному провайдеру он привёл ИИ-разработчика, которому срочно требовались 7000 чипов GB300: тот впоследствии стал одним из крупнейших клиентов. Другому присылает потенциальных заказчиков в WhatsApp. Третьему помогает найти землю и электричество. Летом Капрез также участвовал в сделках Nvidia по приобретению долей в двух американских компаниях, обеспечивающих площадки и энергоснабжение для дата-центров.
Некоторые сотрудники уже обсуждают Капреза и Мэдисон как будущих руководителей. Даже после свадьбы молодожёны быстро вернулись к делам: уже через несколько дней ужинали с инвесторами Nvidia в Нью-Йорке. Мэдисон тем временем стала старшим директором по продуктовому маркетингу физического ИИ, включая робототехнику и модели для симуляций.
Впрочем, важно помнить, что в Nvidia работает и 36-летний сын Хуанга Спенсер: он пришёл в компанию в 2022 году и стал директором по управлению продуктами в робототехнике. Ждём династических интриг?
@anti_agi
Или как Nvidia постепенно превращается в семейный бизнес
В конце сентября дочь Дженсена Хуанга Мэдисон вышла замуж на Гавайях. Свадьбу сыграли во время общекорпоративных выходных Nvidia — семейный календарь удачно совпал с производственным. Жених, 35-летний Нико Капрез, продолжал работать даже с островов. Его задача — находить покупателям деньги на чипы тестя.
За два с половиной года Капрез стал одним из самых влиятельных руководителей Nvidia. Он помогает облачным провайдерам получать кредиты, находить клиентов и участки с доступной электроэнергией. Один из собеседников издания называет его «консильери Дженсена». Сам Хуанг, знакомясь с руководителем ИИ-инфраструктуры Brookfield, рекомендовал: «Если хотите что-то сделать, поговорите с Нико».
Капрез вырос в швейцарской долине Энгадин и в начале 2010-х профессионально занимался горными лыжами — выступал за Швейцарию в скоростном спуске, слаломе и супергиганте. Завершив спортивную карьеру, ушёл в консалтинг, а затем поступил в London Business School. Там познакомился с Мэдисон. После выпуска она отправилась в Nvidia, он — в инвестиционную компанию в Цюрихе. В начале 2024 года Мэдисон помогла привлечь его в компанию отца.
Уже новичком Капрез участвовал в важных встречах с партнёрами. В январе 2026-го стал вице-президентом по развитию глобальной ИИ-инфраструктуры, перескочив промежуточную должность старшего директора. Его влияние объясняют и способностью договариваться, и близостью к Хуангу.
Но мы-то знаем, что всё дело в связях со странами бывшего соцблока. Не далее как в апреле Капрез побывал на встрече с президентом Казахстана Токаевым. Вместе с ним с главой государства встретились представители Firebird AI — компании из Сан-Франциско с армянскими корнями. В августе они запустили на исторической родине первую в СНГ ИИ-фабрику. Её оснастили более чем 6 тысячами ускорителей Nvidia B200.
Продавать ускорители становится сложнее, если покупателям не на что их покупать и некуда подключать. Капрез работает сразу со всеми частями этой задачи. Одному облачному провайдеру он привёл ИИ-разработчика, которому срочно требовались 7000 чипов GB300: тот впоследствии стал одним из крупнейших клиентов. Другому присылает потенциальных заказчиков в WhatsApp. Третьему помогает найти землю и электричество. Летом Капрез также участвовал в сделках Nvidia по приобретению долей в двух американских компаниях, обеспечивающих площадки и энергоснабжение для дата-центров.
Некоторые сотрудники уже обсуждают Капреза и Мэдисон как будущих руководителей. Даже после свадьбы молодожёны быстро вернулись к делам: уже через несколько дней ужинали с инвесторами Nvidia в Нью-Йорке. Мэдисон тем временем стала старшим директором по продуктовому маркетингу физического ИИ, включая робототехнику и модели для симуляций.
Впрочем, важно помнить, что в Nvidia работает и 36-летний сын Хуанга Спенсер: он пришёл в компанию в 2022 году и стал директором по управлению продуктами в робототехнике. Ждём династических интриг?
@anti_agi