В «Ведомостях» удивительная и, что важно, общедоступная статья «Почему введение налога на сверхприбыль банков становится мировым трендом».
Может, тренд меняется, может, нефтяники чем-то огорчены, неизвестно.
Ваш профессор не раз писал, что банковский windfall tax прибережен властями на крайний случай, когда дефицит бюджета станет вопиющим. Возможно, этот момент настал.
Крупнейшие банки львиную долю своих сверхдоходов получают за счет бюджета, точнее, ОФЗ, продающихся с дисконтом и под двузначную доходность (в сумме не менее 25% годовых).
Это потом уже комиссии, проценты, поступления от прочей деятельности.
Разовые поступления налога на сверхприбыль только от семи крупнейших банков дадут (расчет Газпромбанка) прирост доходов в казну в 286 млрд руб.
При этом, никаких «тектонических сдвигов» по госдивидендам или перекладыванию windfall tax на потребителей не произойдет, поскольку крупнейшие банки либо государственные, либо под плотным госконтролем.
Мой вывод – банковский windfall tax снова не пройдет (лобби не даст). Но посмотрим.
Может, тренд меняется, может, нефтяники чем-то огорчены, неизвестно.
Ваш профессор не раз писал, что банковский windfall tax прибережен властями на крайний случай, когда дефицит бюджета станет вопиющим. Возможно, этот момент настал.
Крупнейшие банки львиную долю своих сверхдоходов получают за счет бюджета, точнее, ОФЗ, продающихся с дисконтом и под двузначную доходность (в сумме не менее 25% годовых).
Это потом уже комиссии, проценты, поступления от прочей деятельности.
Разовые поступления налога на сверхприбыль только от семи крупнейших банков дадут (расчет Газпромбанка) прирост доходов в казну в 286 млрд руб.
При этом, никаких «тектонических сдвигов» по госдивидендам или перекладыванию windfall tax на потребителей не произойдет, поскольку крупнейшие банки либо государственные, либо под плотным госконтролем.
Мой вывод – банковский windfall tax снова не пройдет (лобби не даст). Но посмотрим.