Вы знаете, мы, русские, по-прежнему чувствуем себя частью Европы. И вы знаете, мы по-прежнему считаем, что Платон, например, — это и наша философия тоже. Не только «от Платона до НАТО», но и «от Платона до Путина», понимаете.
Но вы знаете, в чём проблема? Проблема в том, что в первый месяц войны, 28 марта, если я правильно помню, 2022 года, российская делегация была в Стамбуле с украинским правительством и готовила соглашение, которое было готово уже в марте 2022-го. И европейский политик по имени Борис Джонсон приехал к Зеленскому и сказал: остановите это соглашение. И единственное что требует Россия уже больше четырёх лет: мы хотим вернуться к стамбульским договорённостям 2022 года — и война остановится в один момент. Такова наша позиция.
Но мы по-прежнему европейская страна и мы - Европа. И мы считаем, что идея Де Голля - единая Европа от Атлантики до Урала всё ещё жива.
Но вы знаете, в чём проблема? Проблема в том, что в первый месяц войны, 28 марта, если я правильно помню, 2022 года, российская делегация была в Стамбуле с украинским правительством и готовила соглашение, которое было готово уже в марте 2022-го. И европейский политик по имени Борис Джонсон приехал к Зеленскому и сказал: остановите это соглашение. И единственное что требует Россия уже больше четырёх лет: мы хотим вернуться к стамбульским договорённостям 2022 года — и война остановится в один момент. Такова наша позиция.
Но мы по-прежнему европейская страна и мы - Европа. И мы считаем, что идея Де Голля - единая Европа от Атлантики до Урала всё ещё жива.