Победа на 200+ млн.
Сегодня состоялась очередная третья за год победа моей команды в арбитражном суде Северо-западного округа. Все три судебных спора возникли в одном деле о банкротстве. Первая инстанция вынесла отрицательное решение для моего клиента, а в апелляции его засилили.
Этот третий спор был в отношении недвижимого имущества (более 65 квартир и нежилых помещений), которое конкурсный управляющий вывел в ходе банкротства из конкурсной массы и передал единственному кредитору.
Благодаря определённому механизму, закрепленному в законе о банкротстве, кредитор за 22 млн. получил имущество которое стоит больше 200 миллионов.
Формально закон о банкротстве был соблюден (как ни странно это звучит на первый взгляд). Однако, такие действия управляющего были недобросовестными и осуществлялись им в сговоре с кредитором.
Но через нашу кассацию такие "финты" не пройдут и все состоявшиеся решения судов были отменены, а вопрос направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Сложность этого сорп заключалась не в количестве недвижимости и е рыночной цене. Основной проблемой для клиента было то, что закон о банкротстве не устанавлиает "прямым текстом" для контролирующего должника лица (которого к тому же привлекли к субсидиарной ответственности) право подавать заявление об оспаривании сделок.
Более того, немногочисленная судебная практика по этому вопросу (наберется наверное с десяток постарволений кассаций разных округов) не прошла к единому мнению и большинство решений отказывает в таком праве КДЛу.
Но наш Петербургский кассационный суд идет на острие судебной практики и в ногу со временем. Так как только системное толкование закона, а также правовых позиций Верховного и Конституционного Судов, позволяет это право за КДЛом признать и не отказывать ему в рассмотрении заявления об оспаривании сделки.
Вторая специфика этого кейса: в делах о банкротстве постоянно спрашивают сделки должника, предшествующие возбуждению дела о банкротстве. Но достаточно редко оспариваются сделки совершенные уже в конкретном производстве конкурсным управляющим. Нельзя сказать, что для судов это какое то новое изобретение банкростных юристов, но таких споров и решений тоже наберётся с десяток за год.
Конечно расслабляться еще рано, так как судиться нам по этому поводу еще года два, но статистика момих личных побед (а в суд кассационной инстанции я хожу лично, чтобы обеспечить максимальную эффективную защиту клиента) вселяет оптимизм. Но безусловно и без работы каждого члена команды такой результат был бы невозможен.
Сегодня состоялась очередная третья за год победа моей команды в арбитражном суде Северо-западного округа. Все три судебных спора возникли в одном деле о банкротстве. Первая инстанция вынесла отрицательное решение для моего клиента, а в апелляции его засилили.
Этот третий спор был в отношении недвижимого имущества (более 65 квартир и нежилых помещений), которое конкурсный управляющий вывел в ходе банкротства из конкурсной массы и передал единственному кредитору.
Благодаря определённому механизму, закрепленному в законе о банкротстве, кредитор за 22 млн. получил имущество которое стоит больше 200 миллионов.
Формально закон о банкротстве был соблюден (как ни странно это звучит на первый взгляд). Однако, такие действия управляющего были недобросовестными и осуществлялись им в сговоре с кредитором.
Но через нашу кассацию такие "финты" не пройдут и все состоявшиеся решения судов были отменены, а вопрос направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Сложность этого сорп заключалась не в количестве недвижимости и е рыночной цене. Основной проблемой для клиента было то, что закон о банкротстве не устанавлиает "прямым текстом" для контролирующего должника лица (которого к тому же привлекли к субсидиарной ответственности) право подавать заявление об оспаривании сделок.
Более того, немногочисленная судебная практика по этому вопросу (наберется наверное с десяток постарволений кассаций разных округов) не прошла к единому мнению и большинство решений отказывает в таком праве КДЛу.
Но наш Петербургский кассационный суд идет на острие судебной практики и в ногу со временем. Так как только системное толкование закона, а также правовых позиций Верховного и Конституционного Судов, позволяет это право за КДЛом признать и не отказывать ему в рассмотрении заявления об оспаривании сделки.
Вторая специфика этого кейса: в делах о банкротстве постоянно спрашивают сделки должника, предшествующие возбуждению дела о банкротстве. Но достаточно редко оспариваются сделки совершенные уже в конкретном производстве конкурсным управляющим. Нельзя сказать, что для судов это какое то новое изобретение банкростных юристов, но таких споров и решений тоже наберётся с десяток за год.
Конечно расслабляться еще рано, так как судиться нам по этому поводу еще года два, но статистика момих личных побед (а в суд кассационной инстанции я хожу лично, чтобы обеспечить максимальную эффективную защиту клиента) вселяет оптимизм. Но безусловно и без работы каждого члена команды такой результат был бы невозможен.