Заходит дедушка. Очень долго и тщательно выбирает аскорбинку. Потом изучает витрину с гематогеном. Потом спрашивает про погоду на завтра, хотя на улице уже второй день льет осенний дождь. В аптеке никого, и мы начинаем разговаривать.
Оказывается, он бывший инженер, жена умерла три года назад, дети давно живут в другой стране. И я понимаю, что он приходит сюда не за лекарствами. Он покупает копеечные витаминки, чтобы получить иллюзию живого общения. Потому что мы — одни из немногих людей за его день, кто обязан с ним вежливо поздороваться, посмотреть в глаза и выслушать.
Иногда мне кажется, что самый дефицитный препарат в нашей аптеке — это не редкий импортный антибиотик. Это простое человеческое внимание
Оказывается, он бывший инженер, жена умерла три года назад, дети давно живут в другой стране. И я понимаю, что он приходит сюда не за лекарствами. Он покупает копеечные витаминки, чтобы получить иллюзию живого общения. Потому что мы — одни из немногих людей за его день, кто обязан с ним вежливо поздороваться, посмотреть в глаза и выслушать.
Иногда мне кажется, что самый дефицитный препарат в нашей аптеке — это не редкий импортный антибиотик. Это простое человеческое внимание