В этом году исполнилось 250 лет с первой публикации книги, перевернувшей представление о том, что такое личная выгода.
Адам Смит выпустил «Исследование о природе и причинах богатства народов» в далеком 1776-м.
Прочитал книгу и Пушкин. Разумеется, читал он ее не в оригинале и не в первом издании, но заставил читать ее Онегина, и вот уже двести с лишним лет мы вслед за ним сверяем эти строки:
«Бранил Гомера, Феокрита;
Зато читал Адама Смита
И был глубокой эконом,
То есть умел судить о том,
Как государство богатеет,
И чем живет, и почему
Не нужно золота ему,
Когда простой продукт имеет».
Смит для своего времени сделал смелое, даже – не побоюсь этого слова – неприличное.
Он показал, что эгоизм отдельного человека и его стремление к личному доходу никакой не грех, который нужно замаливать, а механизм, который двигает вперед всех остальных. Доход, вложенный обратно в дело, работает не только на того, кто его вложил.
Сразу оговорюсь. Я не считаю, что рост доходов должен быть высшей целью, не обремененной никакими этическими или юридическими ограничениями.
Но подозрение к самому мотиву, к обычному человеческому стремлению зарабатывать больше, живо ровно столько же, сколько сама книга.
Двести пятьдесят лет мысль о том, что в этом стремлении нет крамолы, звучит почти как открытие.
Хотя ее давно сформулировал шотландец, которого цитировал Онегин.
#умняк
Адам Смит выпустил «Исследование о природе и причинах богатства народов» в далеком 1776-м.
Прочитал книгу и Пушкин. Разумеется, читал он ее не в оригинале и не в первом издании, но заставил читать ее Онегина, и вот уже двести с лишним лет мы вслед за ним сверяем эти строки:
«Бранил Гомера, Феокрита;
Зато читал Адама Смита
И был глубокой эконом,
То есть умел судить о том,
Как государство богатеет,
И чем живет, и почему
Не нужно золота ему,
Когда простой продукт имеет».
Смит для своего времени сделал смелое, даже – не побоюсь этого слова – неприличное.
Он показал, что эгоизм отдельного человека и его стремление к личному доходу никакой не грех, который нужно замаливать, а механизм, который двигает вперед всех остальных. Доход, вложенный обратно в дело, работает не только на того, кто его вложил.
Сразу оговорюсь. Я не считаю, что рост доходов должен быть высшей целью, не обремененной никакими этическими или юридическими ограничениями.
Но подозрение к самому мотиву, к обычному человеческому стремлению зарабатывать больше, живо ровно столько же, сколько сама книга.
Двести пятьдесят лет мысль о том, что в этом стремлении нет крамолы, звучит почти как открытие.
Хотя ее давно сформулировал шотландец, которого цитировал Онегин.
#умняк