БОЕВОЕ САМБО НА ВОЙНЕ
"Война — вне человеческого разума. И гордиться войнами — как-то не знаю… Я не горжусь. На моем счету более 30 убитых фашистов. Но это не главное.
— А что же главное?
— На меня один фашист прыгнул с крыши деревенского дома, ногами в спину. Тяжеленный немец! Я тогда весил 50 с небольшим килограммов, а в нем были все 90. Прыгнул он всем своим весом, да еще и неожиданно. Я упал лицом в грязь. Он сел ко мне на спину и начал душить.
Если бы я до войны не занимался самбо, начав еще мальчишкой 12-летним, — так бы и остались мои косточки на белорусской земле. Но уже теряя сознание, на каком-то автоматизме мне удалось заломить ему руку, и тут же я сломал ее в локте. Это все отработано в самбо — элементарно просто, как пять спичек разломить. В запале борьбы я сломал ему и вторую руку.
Еще был такой случай. Мы с моим взводом преодолели болото, вышли к деревне, которую должны были освободить. Вылезая из воды, я краем глаза почувствовал какое-то шевеление поблизости. Глянул — фашист рядом, метрах в 50-ти. Целится в меня — сейчас будет стрелять. Я разворачиваю свой автомат, нажимаю — автомат отказал. Видать, попала ряска — я не уберег оружие в болоте. Долго держал над водой, но несколько раз приходилось нырять, и в автомат попал сор, поэтому затвор заклинило.
Я не стреляю — и фашист не стреляет. Ну, как в сказке. У меня автомат засорился, а у него, может, патроны кончились. Такое часто бывало. Расход патронов очень большой — нажал несколько раз, надо менять всю кассету. Для этого нужна минута спокойная — остановиться, вынуть использованную кассету, достать из мешка на спине новую, заправить ее.
Фашист отчаянный — бежит на меня.
С ходу бьет ногой в пах. Видно, что тренированный боец. Я ловлю ногу и делаю ему прямо через кожаный сапог болевой прием на ахиллесово сухожилие. Делать этот прием на ковре сопернику — твоему другу — можно только медленно, до начала болевых ощущений, пока соперник не начинает сдаваться — он тогда подает сигнал постукиванием по полу или говорит «есть».
В боевой обстановке из-за резкого и сильного захвата сухожилия рвутся. Боль адская. Немец взвыл, и тогда уже было легко его отправить на тот свет.
У меня было шесть рукопашных боев за войну. Шесть немцев. И у всех шести я выиграл схватку. Это моя самая главная победа. Она стала возможной благодаря моему тренеру — создателю самбо Анатолию Аркадьевичу Харлампиеву. "
"Война — вне человеческого разума. И гордиться войнами — как-то не знаю… Я не горжусь. На моем счету более 30 убитых фашистов. Но это не главное.
— А что же главное?
— На меня один фашист прыгнул с крыши деревенского дома, ногами в спину. Тяжеленный немец! Я тогда весил 50 с небольшим килограммов, а в нем были все 90. Прыгнул он всем своим весом, да еще и неожиданно. Я упал лицом в грязь. Он сел ко мне на спину и начал душить.
Если бы я до войны не занимался самбо, начав еще мальчишкой 12-летним, — так бы и остались мои косточки на белорусской земле. Но уже теряя сознание, на каком-то автоматизме мне удалось заломить ему руку, и тут же я сломал ее в локте. Это все отработано в самбо — элементарно просто, как пять спичек разломить. В запале борьбы я сломал ему и вторую руку.
Еще был такой случай. Мы с моим взводом преодолели болото, вышли к деревне, которую должны были освободить. Вылезая из воды, я краем глаза почувствовал какое-то шевеление поблизости. Глянул — фашист рядом, метрах в 50-ти. Целится в меня — сейчас будет стрелять. Я разворачиваю свой автомат, нажимаю — автомат отказал. Видать, попала ряска — я не уберег оружие в болоте. Долго держал над водой, но несколько раз приходилось нырять, и в автомат попал сор, поэтому затвор заклинило.
Я не стреляю — и фашист не стреляет. Ну, как в сказке. У меня автомат засорился, а у него, может, патроны кончились. Такое часто бывало. Расход патронов очень большой — нажал несколько раз, надо менять всю кассету. Для этого нужна минута спокойная — остановиться, вынуть использованную кассету, достать из мешка на спине новую, заправить ее.
Фашист отчаянный — бежит на меня.
С ходу бьет ногой в пах. Видно, что тренированный боец. Я ловлю ногу и делаю ему прямо через кожаный сапог болевой прием на ахиллесово сухожилие. Делать этот прием на ковре сопернику — твоему другу — можно только медленно, до начала болевых ощущений, пока соперник не начинает сдаваться — он тогда подает сигнал постукиванием по полу или говорит «есть».
В боевой обстановке из-за резкого и сильного захвата сухожилия рвутся. Боль адская. Немец взвыл, и тогда уже было легко его отправить на тот свет.
У меня было шесть рукопашных боев за войну. Шесть немцев. И у всех шести я выиграл схватку. Это моя самая главная победа. Она стала возможной благодаря моему тренеру — создателю самбо Анатолию Аркадьевичу Харлампиеву. "