ОСТРОВ МОЕГО ДЕТСТВА — ТУЗЛА, ИЛИ СРЕДНЯЯ КОСА
Если спросить, где я была по-настоящему счастлива в детстве — я назову Тузлу. Это не просто точка на карте, это целый мир, где время будто текло медленнее, а счастье умещалось в самых простых вещах: в тёплом песке под ногами, в солёных брызгах на коже, в запахе моря, который до сих пор стоит у меня в памяти.
Как появился остров.
Вообще-то Тузла должна была остаться частью Таманского полуострова. Но в 1925 году рыбаки прорыли в основании косы небольшой канал — просто чтобы не огибать её, когда нужно было попасть на другую сторону. А в ноябре того же года ударил такой шторм, что эту канавку размыло до настоящей промоины. Сначала между косой и отколовшимся куском суши было метров триста, а через год — уже почти километр. Так и появился остров Тузла. В народе его звали Средней косой. Название, кстати, идёт от тюркского «туз» — соль. Да и сама земля здесь будто пропитана солью: и ветер, и песок, и даже воздух.
Рыбацкая деревня: жизнь без суеты
На острове жили не вахтовики и не сезонные рабочие — здесь были настоящие семьи, для которых Тузла была домом. К началу 2000‑х на острове оставалось около тридцати семей: мужчины по-прежнему объединялись в артель и выходили в море, а женщины берегли огороды и сады.
Домики были сложены из ракушечника — приземистые, будто прижатые к земле, чтобы устоять перед штормовыми ветрами. Электричества как такового не было: свет давали генераторы, которые то и дело капризничали, и вечерами по острову разносился их ровный, немного упрямый гул. Он не мешал — наоборот, казался частью привычного ритма: днём — шум волн, вечером — рокот дизеля, а между ними — тишина, в которой слышно, как дышит море.
На песчаной косе, где, казалось, не должно было расти ничего, люди всё равно выращивали айву и виноград, разбивали небольшие огороды. Это был тихий труд — без спешки, без лишних слов.
Пресную воду завозили из Керчи в больших баках — её берегли, ценили, и оттого даже простая чашка чая становилась маленьким праздником. Рядом стояли два причала: один — действующий, куда подходили катера, другой — в аварийном состоянии, молчаливый свидетель прежних времён.
Катера ходили с торгового порта по расписанию — летом два раза в день, а в межсезонье и вовсе раз в неделю. Ещё были проходящие катера с Тамани: можно было сесть в Керчи, доехать до Тузлы, а потом уплыть дальше, на Кубань. Для меня это было настоящим приключением: будто ты пересекаешь невидимую границу между мирами.
Базы отдыха: отдых вдали от цивилизации.
Летом на Тузле оживали базы отдыха «Альбатрос» и «Два моря». Сюда приезжали керчане, чтобы на время сбежать от городской суеты. Тут не было интернета,телевизор был один на всех в специальном мини-кинозале. Даже нормального водопровода не было, вода привозная. Только море, песок, ветер и ощущение, что ты где-то на краю света.
И никаких ресторанов — на всю базу был один магазин, да и тот крошечный, работал только с мая по октябрь. Зато именно эта «необустроенность» и делала отдых особенным: ты оставался один на один с природой и своими мыслями.
Моё детство: бычки, мидии и запах креветок.
Помню, как мы с родителями проходили остров вокруг. С одной стороны, там, где встречаются два моря, волны будто спорили друг с другом: набегали, сталкивались и рассыпались брызгами. Родители строго-настрого запрещали нам там купаться: говорили, что течения коварные. Мы кивали, обещали слушаться… и всё равно поглядывали на эти бурные волны, чувствуя себя немного пиратами, которым всё нипочём.
А купаться мы любили со стороны Азовского моря — там мелко, вода прогревалась быстро, и можно было часами бродить по дну. Надеваешь маску с трубкой — и целый день гоняешь бычков из-под камней. Или ловишь рыбу-иглу, удивляясь, какая она тонкая и прозрачная, будто стеклянная.
Продолжение:👇
Если спросить, где я была по-настоящему счастлива в детстве — я назову Тузлу. Это не просто точка на карте, это целый мир, где время будто текло медленнее, а счастье умещалось в самых простых вещах: в тёплом песке под ногами, в солёных брызгах на коже, в запахе моря, который до сих пор стоит у меня в памяти.
Как появился остров.
Вообще-то Тузла должна была остаться частью Таманского полуострова. Но в 1925 году рыбаки прорыли в основании косы небольшой канал — просто чтобы не огибать её, когда нужно было попасть на другую сторону. А в ноябре того же года ударил такой шторм, что эту канавку размыло до настоящей промоины. Сначала между косой и отколовшимся куском суши было метров триста, а через год — уже почти километр. Так и появился остров Тузла. В народе его звали Средней косой. Название, кстати, идёт от тюркского «туз» — соль. Да и сама земля здесь будто пропитана солью: и ветер, и песок, и даже воздух.
Рыбацкая деревня: жизнь без суеты
На острове жили не вахтовики и не сезонные рабочие — здесь были настоящие семьи, для которых Тузла была домом. К началу 2000‑х на острове оставалось около тридцати семей: мужчины по-прежнему объединялись в артель и выходили в море, а женщины берегли огороды и сады.
Домики были сложены из ракушечника — приземистые, будто прижатые к земле, чтобы устоять перед штормовыми ветрами. Электричества как такового не было: свет давали генераторы, которые то и дело капризничали, и вечерами по острову разносился их ровный, немного упрямый гул. Он не мешал — наоборот, казался частью привычного ритма: днём — шум волн, вечером — рокот дизеля, а между ними — тишина, в которой слышно, как дышит море.
На песчаной косе, где, казалось, не должно было расти ничего, люди всё равно выращивали айву и виноград, разбивали небольшие огороды. Это был тихий труд — без спешки, без лишних слов.
Пресную воду завозили из Керчи в больших баках — её берегли, ценили, и оттого даже простая чашка чая становилась маленьким праздником. Рядом стояли два причала: один — действующий, куда подходили катера, другой — в аварийном состоянии, молчаливый свидетель прежних времён.
Катера ходили с торгового порта по расписанию — летом два раза в день, а в межсезонье и вовсе раз в неделю. Ещё были проходящие катера с Тамани: можно было сесть в Керчи, доехать до Тузлы, а потом уплыть дальше, на Кубань. Для меня это было настоящим приключением: будто ты пересекаешь невидимую границу между мирами.
Базы отдыха: отдых вдали от цивилизации.
Летом на Тузле оживали базы отдыха «Альбатрос» и «Два моря». Сюда приезжали керчане, чтобы на время сбежать от городской суеты. Тут не было интернета,телевизор был один на всех в специальном мини-кинозале. Даже нормального водопровода не было, вода привозная. Только море, песок, ветер и ощущение, что ты где-то на краю света.
И никаких ресторанов — на всю базу был один магазин, да и тот крошечный, работал только с мая по октябрь. Зато именно эта «необустроенность» и делала отдых особенным: ты оставался один на один с природой и своими мыслями.
Моё детство: бычки, мидии и запах креветок.
Помню, как мы с родителями проходили остров вокруг. С одной стороны, там, где встречаются два моря, волны будто спорили друг с другом: набегали, сталкивались и рассыпались брызгами. Родители строго-настрого запрещали нам там купаться: говорили, что течения коварные. Мы кивали, обещали слушаться… и всё равно поглядывали на эти бурные волны, чувствуя себя немного пиратами, которым всё нипочём.
А купаться мы любили со стороны Азовского моря — там мелко, вода прогревалась быстро, и можно было часами бродить по дну. Надеваешь маску с трубкой — и целый день гоняешь бычков из-под камней. Или ловишь рыбу-иглу, удивляясь, какая она тонкая и прозрачная, будто стеклянная.
Продолжение:👇