В полутьме растворился день, словно призрак,
Забытый в лабиринтах каменных улиц.
Шаги Достоевского эхом звучат в переулке колодцев,
Где худые коты стерегут тайны города.
Кашель старухи в парадном и мат бывших интеллигентов,
Пьяный мальчик ищет выход в окне —
В этом городе каждый ищет свой путь:
Кто в бездну, кто к свету, а кто и к мечте, неведомо какой, но всё же.
Где-то на кухне дымится суп с клёцками,
В подвале пивной — праздник, смех и вино.
«Кто сегодня не в гостях — значит, будут трезвыми», — сказал профессор,
Провожая студентов в туманное утро.
И только у Василия сегодня грибы с картошкой, и он дома, он взирает на красоту этой достоевской ночи, тихо отпивая чай, отталкивая лимон верхней губой!
Спокойной ночи, друзья! Но вот и опять питерское утро, оно смешано с ночью, день будет похож на сон, а вечер — на смерть. Чавкая кашей из бывшего снега, Василий дойдёт до кофейни. Он не пьёт кофе, но в ней он чувствует запах юга. Немного мечтая, он будет кушать мясо по-французски. Почти наевшись, он ещё будет бродить по набережной и чувствовать пятками прослойку воды между стельками и носками. Они то прилипнут к пяткам, то к стелькам, стирка на носу, но это не важно, сегодня получатся замечательные фотографии, снятые на телефон. Да, качество не очень, но и в этом будет свой стиль. Снова ночь, а вообще, это одна и та же или уже новая? Да Бог с ней, не спится, пахнет то ли сыром, то ли носками, не разобрать. В окно бьётся рис с неба, опять подмораживает.
Питерская осень — как старые счёты.
Мечта зовёт в Ленинград былых времён,
Где в Эрмитаже матросы сказки сказывают,
Где Дом книги полон, и билеты в театр —
Подарок, что сердца от счастья заставляют биться от предвкушения пива.
Но реальность жёстче, чем сны о былом,
И утро приходит без света, но с мечтой.
Петербург живёт своей странной жизнью,
Где каждый день — как новая глава поэмы.
И Василий продолжает свой путь,
Ловя в объектив осколки городской судьбы
И за кадром своей.
В этом городе нельзя не быть поэтом,
Нельзя не чувствовать, нельзя не верить в себя, с той мечтой сокровенной засыпая и мечтая, где день похож на ночь.
Написано в феврале 2025 года
Эпилог
На могиле установят скромный памятник. Старая ограда, которую он покрасил всего месяц назад, теперь защищает и его вечный покой. Петербург продолжал жить, но где-то в его лабиринтах улиц ещё долго витал призрак одинокого человека, который нашёл своё последнее пристанище среди близких.
И когда осенние дожди стучат по крышам, а ветер листает страницы старых открыток, кажется, что Василий всё ещё здесь — бродит по знакомым улицам, фотографирует город и ждёт того дня, когда одиночество больше не будет его спутником.
Забытый в лабиринтах каменных улиц.
Шаги Достоевского эхом звучат в переулке колодцев,
Где худые коты стерегут тайны города.
Кашель старухи в парадном и мат бывших интеллигентов,
Пьяный мальчик ищет выход в окне —
В этом городе каждый ищет свой путь:
Кто в бездну, кто к свету, а кто и к мечте, неведомо какой, но всё же.
Где-то на кухне дымится суп с клёцками,
В подвале пивной — праздник, смех и вино.
«Кто сегодня не в гостях — значит, будут трезвыми», — сказал профессор,
Провожая студентов в туманное утро.
И только у Василия сегодня грибы с картошкой, и он дома, он взирает на красоту этой достоевской ночи, тихо отпивая чай, отталкивая лимон верхней губой!
Спокойной ночи, друзья! Но вот и опять питерское утро, оно смешано с ночью, день будет похож на сон, а вечер — на смерть. Чавкая кашей из бывшего снега, Василий дойдёт до кофейни. Он не пьёт кофе, но в ней он чувствует запах юга. Немного мечтая, он будет кушать мясо по-французски. Почти наевшись, он ещё будет бродить по набережной и чувствовать пятками прослойку воды между стельками и носками. Они то прилипнут к пяткам, то к стелькам, стирка на носу, но это не важно, сегодня получатся замечательные фотографии, снятые на телефон. Да, качество не очень, но и в этом будет свой стиль. Снова ночь, а вообще, это одна и та же или уже новая? Да Бог с ней, не спится, пахнет то ли сыром, то ли носками, не разобрать. В окно бьётся рис с неба, опять подмораживает.
Питерская осень — как старые счёты.
Мечта зовёт в Ленинград былых времён,
Где в Эрмитаже матросы сказки сказывают,
Где Дом книги полон, и билеты в театр —
Подарок, что сердца от счастья заставляют биться от предвкушения пива.
Но реальность жёстче, чем сны о былом,
И утро приходит без света, но с мечтой.
Петербург живёт своей странной жизнью,
Где каждый день — как новая глава поэмы.
И Василий продолжает свой путь,
Ловя в объектив осколки городской судьбы
И за кадром своей.
В этом городе нельзя не быть поэтом,
Нельзя не чувствовать, нельзя не верить в себя, с той мечтой сокровенной засыпая и мечтая, где день похож на ночь.
Написано в феврале 2025 года
Эпилог
На могиле установят скромный памятник. Старая ограда, которую он покрасил всего месяц назад, теперь защищает и его вечный покой. Петербург продолжал жить, но где-то в его лабиринтах улиц ещё долго витал призрак одинокого человека, который нашёл своё последнее пристанище среди близких.
И когда осенние дожди стучат по крышам, а ветер листает страницы старых открыток, кажется, что Василий всё ещё здесь — бродит по знакомым улицам, фотографирует город и ждёт того дня, когда одиночество больше не будет его спутником.