Накануне
знакового для меня завтрашнего дня, по сути - главной жизненной вехи, вольно и невольно в воспоминания дрейфуешь...
- В детстве и юности я мечтал стать историком, географом или, на крайний случай, писателем. Хотя, когда впервые попал на ростовский полуподпольный книжный рынок (там все якобы «менялись книгами», но на самом деле их больше продавали), и увидел издания, которых в книжных магазинах и даже в библиотеках найти было невозможно, то года полтора мечтал заниматься книжной фарцовкой. Было такое дело.
Это жизненное направление полностью сломала Советская Армия, за что я ей премного благодарен. Дело в том, что Ростовский университет, куда я поступал после школы на исторический факультет, взять меня к себе отказался, так как мне не хватило проходных балов, а военкомат с удовольствием взял, вернее призвал. И поехал несостоявшийся историк изначально в винницкую Вапнярку, в ШМАС (Школа младших авиационных специалистов), а затем в казахстанский Кустанай.
Два года в авиации стали «ликбезом» в изучении людей как таковых, ведь там были личности не только из родных мест, но со всего Союза. Разные нации, разные мировоззрения. Как ни говорил незабвенный кустанайский прапорщик Парасюк, исполняющий обязанности старшины подразделения: «Ваши разные рожи должны быть стандартно похожи», - но мы всё же оставались ходячими эксклюзивами.
Именно там, в армии, рядом с фронтовыми бомбардировщиками ИЛ-28, и появился серьезный интерес к религии. Гудящие моторы с заполненными бомболюками, ночные дежурства и грохочущий от взрывов полигон с макетами, которые разносили в пух и прах наши бомбардировщики, вызывали не только восхищение «мощью», они еще и о Боге заставляли думать.
К сожалению, уже на седьмом, да и теперь на восьмом, десятке жизни, мне вновь пришлось услышать грохот взрывов, и увидеть горящие строения.
Только теперь не над полигоном, а над головами и в домах моих прихожан…