Моему сыну Егору было шесть лет, и он почти не говорил.
Мы много занимались. Были специалисты, занятия дома, упражнения каждый день. Но обычных слов от него я почти не слышала.
Я уже научилась не ждать чуда каждое утро.
Однажды Егор сидел на ковре и играл со своим плюшевым мишкой. Я пошла на кухню поставить чайник.
И вдруг услышала:
— Ма... ма...
Я замерла.
Сначала подумала, что мне показалось.
Потом снова:
— Мама.
Я выглянула из кухни.
Егор сидел рядом с мишкой, гладил его по голове и что-то тихо говорил.
Я подошла ближе.
Он посмотрел сначала на игрушку, потом на меня.
И снова сказал:
— Мама.
Я расплакалась прямо на месте.
Шесть лет я ждала этого слова.
Неважно, кому он сказал его первым. Мишке, мне или просто попытался повторить звук.
Для меня это был огромный момент.
Я села рядом и обняла его.
Егор улыбнулся и снова произнёс:
— Мама.
На этот раз глядя прямо на меня.
Я плакала и смеялась одновременно. Чай на кухне давно остыл, а про разлитую воду я вообще забыла.
Сейчас Егору десять.
Он по-прежнему говорит не так много, как другие дети, но постепенно появляются новые слова и короткие фразы. Мы научились лучше понимать друг друга.
А мишка до сих пор живёт у нас.
Я не выбросила его и не отдала никому.
Иногда смотрю на эту старую игрушку и думаю:
он был первым, кто услышал слово «мама».
И, наверное, поэтому для меня это уже не просто плюшевый мишка.