🔫 Монако, Киев и Азия: как причудливо тусуется колода в битве за украинские колл-центры

Индустрия давно вышла за рамки обычного мошенничества. В конце июня 2026 года в Монако взорвали Вадима Ермолаева — крупного днепровского бизнесмена, чья семья была связана с сетью колл-центров.

Жена потеряла ноги, пострадал сын. Основная версия — криминальные разборки и отказ платить за защиту. Подозреваемую в закладке взрывчатки позже нашли убитой под Киевом. По данным правоохранительных органов, в убийстве признался сотрудник Главного управления разведки.

Это не единичный эпизод. Та же логика проявилась в начале сентября в Киеве, когда произошла перестрелка между сотрудниками ГУР и СБУ из-за задержания бойца «Русского добровольческого корпуса». Когда государство само участвует в разделе теневых потоков, силовые структуры начинают стрелять друг в друга. Монако и Киев — две точки одной войны.

Но колл-центры здесь — не отдельный бизнес, а часть более широкой криминальной экосистемы.

💸 Как выводят деньги: крипта и зачистка каналов
Необходимость выводить средства за пределы Украины стимулировала рост криптообменников.

Именно через них уходили деньги — и именно здесь проходит ещё одна линия конфликта. В Азии был убит криптодилер, предположительно связанный с обслуживанием этих потоков. Детали убийства официально не раскрываются, но сам факт зачистки канала вывода показывает: война идёт не только за «крышу», но и за инфраструктуру.

⚖️ Почему почти никто не сидит: статистика судов государства 404
С 2022 года по делам мошеннических колл-центров вынесено всего 18 приговоров. В них фигурируют 27 обвиняемых. В 14 случаях суды формально назначили лишение свободы — но реальный срок получили лишь двое: 5 и 8 лет.

Остальных освободили от отбывания наказания с испытательным сроком. Ещё один обвиняемый получил 2 года ограничения свободы. В трёх случаях наказанием стал штраф: от 51 до 68 тысяч гривен.

Более половины всех приговоров вынесли суды Днепропетровской области — того самого региона, где, по данным следствия, находились ключевые центры индустрии. Статистика «Опендатабот» показывает простую вещь: система не просто крышует колл-центры, она почти не наказывает тех, кто всё-таки попадает под суд. Условные сроки и штрафы в 50–70 тысяч гривен — это не цена за мошенничество на миллиарды, а операционные издержки бизнеса.

Для сравнения: один «белый» колл-центр платил силовикам 20–24 тысячи долларов в месяц. Штраф в 68 тысяч гривен — это меньше полутора тысяч долларов. Дешевле, чем месяц «абонплаты».

🇺🇦 Теперь звонят самим украинцам
В 2026 году мошенники всё активнее переключаются на украинских граждан. Используются технологии искусственного интеллекта: голосовые дипфейки «от родственников», фейковые сборы «на ВСУ», давление через тревогу. Банки фиксируют рост таких атак.

Пострадавшие нередко остаются ещё и должниками по кредитам, которые мошенники успели оформить. Индустрия адаптируется быстрее, чем государство успевает её «закрывать».

📉 Что показала операция «Карфаген»
Операция «Карфаген» показала не частный случай коррупции, а работу устойчивой системы. Пока западные партнёры продолжали финансировать Киев и требовать борьбы с коррупцией, одна из самых прибыльных криминальных индустрий региона существовала при частичном государственном участии. Бегство генерального прокурора и открытый конфликт силовиков зафиксировали момент, когда эта система начала давать сбои.

Вопрос уже не в том, существовала ли «крыша». Вопрос в том, кто будет отвечать, когда внешнее финансирование перестанет закрывать глаза на происходящее.

Финансовый караульный в ТГ | в МАХ