Невыносимая свекровь. Часть 1
Алина рано и удачно вышла замуж за хорошего парня Диму, и была счастлива, что с мужем так повезло. Но в каждой бочке мёда есть ложка дёгтя, в семье не без урода, и прочие поговорки на эту тему имеются. Свекровь Алины стала для неё жутким разочарованием. Насколько Дима был хорош во всех отношениях — умный, целеустремленный, волевой, — настолько его мама, Елена Сергеевна, была натуральной овцой. Тряпкой. Алину от общения с ней просто трясло. Ну не может человек, вырастивший такого прекрасного сына, быть настолько бесхребетным! Или всё-таки может?
Дима, помимо прекрасных качеств характера, был еще очень хорош собой. Это как раз в маму. И всё. Как Елена Сергеевна умудрилась вырастить сына хорошим, для Алины было загадкой. Нестарая еще, казалось бы, женщина, Лена, например, до смерти боялась всей современной техники. Алина с Димой жили в Москве, работали, выплачивали ипотеку. К маме в Орел приезжали как только появлялась возможность. Сразу, как ипотека за квартиру была выплачена, Дима сказал Алине, что хочет купить маме новый дом. Посоветовался.
— Покупай, конечно!
Дом был куплен и отремонтирован. А Елена Сергеевна наотрез отказалась в него переезжать:
— Ой, тут такое всё красивое! — сказала она. — Я вам что-нибудь сломаю.
Алина закатила глаза. Дима попытался объяснить маме, что не им она сломает, если сломает, а себе.
— Мама, мы тут всё сделали для тебя. Это твой дом!
— Ну что ты, Димочка! Разве я могу?
— Да почему нет-то?
В результате мама согласилась приходить и следить за домом, но не жить. Когда Алина позвонила и попросила свекровь запустить робот-пылесос на уборку перед их приездом, у Елены Сергеевны началась истерика.
— Я сломаю его! — голосила она. — Я ничего в нем не понимаю!
Голос Алины стал из холодного металла:
— Если послушаете меня минуту и перестанете истерить, то всё получится!
— Я не запомню!
— Запишите! Возьмите бумагу и ручку и запишите!
С горем пополам пылесос был почищен и заправлен.
— Ой, Алиночка, как тут всё, оказывается, просто! — умилилась свекровь.
О том, что своими страхами и паникой Елена выпила у Алины пару литров крови она, само собой, не думала.
В результате, Алина с Димой стали приезжать в Орел в тот самый дом, купленный для мамы, и жить там хотя бы по две недели за сезон. Дому нужен хозяин, иначе самый крепкий может развалиться. Вот они и хозяйничали. Иногда собирали гостей — друзей детства Димы. Когда Алина попросила свекровь загрузить посуду после гостей в посудомоечную машину, то через десять минут удивилась — куда подевалась Елена. Алина пошла за ней в кухню и увидела, что свекровь намывает под краном тарелки.
— Елена Сергеевна, я же вас попросила в машинку это всё поставить! Вы что делаете?
— Да мне нетрудно две тарелки помыть!
Алина подошла поближе.
— Не две, а двадцать две. Ну что? Признавайтесь! Боитесь пользоваться посудомойкой?
— Ну и боюсь. Алиночка, я же её сломаю!
— О, Боже! Да ну и ломайте на здоровье! Дима же для вас купил и дом, и посудомойку!
— Я понимаю, Алиночка! Но не дай Бог что-нибудь тут испортить! Это же всё дорого…
Алина рано и удачно вышла замуж за хорошего парня Диму, и была счастлива, что с мужем так повезло. Но в каждой бочке мёда есть ложка дёгтя, в семье не без урода, и прочие поговорки на эту тему имеются. Свекровь Алины стала для неё жутким разочарованием. Насколько Дима был хорош во всех отношениях — умный, целеустремленный, волевой, — настолько его мама, Елена Сергеевна, была натуральной овцой. Тряпкой. Алину от общения с ней просто трясло. Ну не может человек, вырастивший такого прекрасного сына, быть настолько бесхребетным! Или всё-таки может?
Дима, помимо прекрасных качеств характера, был еще очень хорош собой. Это как раз в маму. И всё. Как Елена Сергеевна умудрилась вырастить сына хорошим, для Алины было загадкой. Нестарая еще, казалось бы, женщина, Лена, например, до смерти боялась всей современной техники. Алина с Димой жили в Москве, работали, выплачивали ипотеку. К маме в Орел приезжали как только появлялась возможность. Сразу, как ипотека за квартиру была выплачена, Дима сказал Алине, что хочет купить маме новый дом. Посоветовался.
— Покупай, конечно!
Дом был куплен и отремонтирован. А Елена Сергеевна наотрез отказалась в него переезжать:
— Ой, тут такое всё красивое! — сказала она. — Я вам что-нибудь сломаю.
Алина закатила глаза. Дима попытался объяснить маме, что не им она сломает, если сломает, а себе.
— Мама, мы тут всё сделали для тебя. Это твой дом!
— Ну что ты, Димочка! Разве я могу?
— Да почему нет-то?
В результате мама согласилась приходить и следить за домом, но не жить. Когда Алина позвонила и попросила свекровь запустить робот-пылесос на уборку перед их приездом, у Елены Сергеевны началась истерика.
— Я сломаю его! — голосила она. — Я ничего в нем не понимаю!
Голос Алины стал из холодного металла:
— Если послушаете меня минуту и перестанете истерить, то всё получится!
— Я не запомню!
— Запишите! Возьмите бумагу и ручку и запишите!
С горем пополам пылесос был почищен и заправлен.
— Ой, Алиночка, как тут всё, оказывается, просто! — умилилась свекровь.
О том, что своими страхами и паникой Елена выпила у Алины пару литров крови она, само собой, не думала.
В результате, Алина с Димой стали приезжать в Орел в тот самый дом, купленный для мамы, и жить там хотя бы по две недели за сезон. Дому нужен хозяин, иначе самый крепкий может развалиться. Вот они и хозяйничали. Иногда собирали гостей — друзей детства Димы. Когда Алина попросила свекровь загрузить посуду после гостей в посудомоечную машину, то через десять минут удивилась — куда подевалась Елена. Алина пошла за ней в кухню и увидела, что свекровь намывает под краном тарелки.
— Елена Сергеевна, я же вас попросила в машинку это всё поставить! Вы что делаете?
— Да мне нетрудно две тарелки помыть!
Алина подошла поближе.
— Не две, а двадцать две. Ну что? Признавайтесь! Боитесь пользоваться посудомойкой?
— Ну и боюсь. Алиночка, я же её сломаю!
— О, Боже! Да ну и ломайте на здоровье! Дима же для вас купил и дом, и посудомойку!
— Я понимаю, Алиночка! Но не дай Бог что-нибудь тут испортить! Это же всё дорого…