Вернувшись пораньше с дачи, решила порадовать мужа вкусным ужином. Но едва успела достать кастрюли, как хлопнула дверь - и на кухню, словно к себе домой, вошла незнакомка с пакетами. Похоже, у неё тут свой планы на мой дом.... И на моего мужа.
Но в этой истории финал будет за мной — и это будет моя месть...
Марина опустила тяжелую сумку на пол в прихожей и с облегчением выдохнула. Дорога с дачи в душной электричке вымотала ее окончательно, но душу грело чувство выполненного долга и предвкушение уютного вечера. Выходные пролетели незаметно, оставив приятную усталость в мышцах и запах свежей зелени на руках. Огурцы в этом году уродились на славу — крепкие, пупырчатые, один к одному, а помидоры налились таким сладким соком, что кожица едва не лопалась от прикосновения.
Хотелось порадовать Андрея. Муж в последние месяцы ходил сам не свой: выглядел измотанным, похудел, постоянно жаловался на авралы на работе и бесконечные совещания. Марина жалела его, старалась не нагружать бытовыми проблемами, и решение вернуться на день раньше пришло спонтанно, как озарение. Утром, срезая укроп, она живо представила, как удивится Андрей, увидев богато накрытый стол, как они откроют бутылочку красного вина и проведут тихий семейный вечер, обсуждая планы на грядущий отпуск.
Она прошла в гостиную, по привычке окинув взглядом комнату. Мягкие кресла, полки, забитые книгами, которые они собирали годами, старые рисунки их шестнадцатилетней дочери Даши в рамках на стенах. Все здесь дышало покоем и семейным теплом. Но что-то заставило Марину насторожиться. Какая-то едва уловимая деталь царапнула взгляд.
Слишком чисто. Идеально убрано, словно перед приходом важных гостей. Обычно Андрей в ее отсутствие не то что пыль протереть — чашку за собой помыть забывал, оставляя в раковине гору посуды. А тут ни пылинки, подушки на диване взбиты, шторы поправлены.
— Андрей? — негромко позвала она, но ответом была тишина.
Марина пожала плечами, решив не накручивать себя раньше времени. Может, совесть проснулась, решил сюрприз сделать к ее приезду? Она прошла на кухню, включила свет и сразу принялась за дело. Достала из холодильника кусок мяса для жаркого, выложила на стол дачные овощи. Нужно приготовить большую кастрюлю, чтобы мужу хватило с собой на работу на пару дней.
Входная дверь хлопнула, когда Марина уже нарезала лук.
— Андрей! — крикнула она, не оборачиваясь, смахивая выступившие от лукового сока слезы. — А я дома раньше! Представляешь, решила не ждать завтрашней электрички. Сейчас такой ужин приготовлю, пальчики оближешь!
Ответа не последовало, но послышались шаги. Не тяжелая поступь мужа, а легкое, дробное цоканье каблуков по ламинату. Марина замерла с ножом в руке, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Она медленно обернулась.
На пороге ее кухни стояла незнакомая женщина. Высокая, ухоженная, в строгом, но явно дорогом деловом костюме, который сидел на ней как влитой. В руках она держала несколько объемных пакетов из элитного супермаркета. Незнакомка смотрела на Марину с легким недоумением, но без капли страха. Она двигалась уверенно, по-хозяйски, словно знала каждый уголок в этой квартире.
— А вы, собственно, кто такая? — спросила вошедшая, приподняв идеально выщипанную бровь
На Выкате
Но в этой истории финал будет за мной — и это будет моя месть...
Марина опустила тяжелую сумку на пол в прихожей и с облегчением выдохнула. Дорога с дачи в душной электричке вымотала ее окончательно, но душу грело чувство выполненного долга и предвкушение уютного вечера. Выходные пролетели незаметно, оставив приятную усталость в мышцах и запах свежей зелени на руках. Огурцы в этом году уродились на славу — крепкие, пупырчатые, один к одному, а помидоры налились таким сладким соком, что кожица едва не лопалась от прикосновения.
Хотелось порадовать Андрея. Муж в последние месяцы ходил сам не свой: выглядел измотанным, похудел, постоянно жаловался на авралы на работе и бесконечные совещания. Марина жалела его, старалась не нагружать бытовыми проблемами, и решение вернуться на день раньше пришло спонтанно, как озарение. Утром, срезая укроп, она живо представила, как удивится Андрей, увидев богато накрытый стол, как они откроют бутылочку красного вина и проведут тихий семейный вечер, обсуждая планы на грядущий отпуск.
Она прошла в гостиную, по привычке окинув взглядом комнату. Мягкие кресла, полки, забитые книгами, которые они собирали годами, старые рисунки их шестнадцатилетней дочери Даши в рамках на стенах. Все здесь дышало покоем и семейным теплом. Но что-то заставило Марину насторожиться. Какая-то едва уловимая деталь царапнула взгляд.
Слишком чисто. Идеально убрано, словно перед приходом важных гостей. Обычно Андрей в ее отсутствие не то что пыль протереть — чашку за собой помыть забывал, оставляя в раковине гору посуды. А тут ни пылинки, подушки на диване взбиты, шторы поправлены.
— Андрей? — негромко позвала она, но ответом была тишина.
Марина пожала плечами, решив не накручивать себя раньше времени. Может, совесть проснулась, решил сюрприз сделать к ее приезду? Она прошла на кухню, включила свет и сразу принялась за дело. Достала из холодильника кусок мяса для жаркого, выложила на стол дачные овощи. Нужно приготовить большую кастрюлю, чтобы мужу хватило с собой на работу на пару дней.
Входная дверь хлопнула, когда Марина уже нарезала лук.
— Андрей! — крикнула она, не оборачиваясь, смахивая выступившие от лукового сока слезы. — А я дома раньше! Представляешь, решила не ждать завтрашней электрички. Сейчас такой ужин приготовлю, пальчики оближешь!
Ответа не последовало, но послышались шаги. Не тяжелая поступь мужа, а легкое, дробное цоканье каблуков по ламинату. Марина замерла с ножом в руке, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Она медленно обернулась.
На пороге ее кухни стояла незнакомая женщина. Высокая, ухоженная, в строгом, но явно дорогом деловом костюме, который сидел на ней как влитой. В руках она держала несколько объемных пакетов из элитного супермаркета. Незнакомка смотрела на Марину с легким недоумением, но без капли страха. Она двигалась уверенно, по-хозяйски, словно знала каждый уголок в этой квартире.
— А вы, собственно, кто такая? — спросила вошедшая, приподняв идеально выщипанную бровь
На Выкате