Итак, у нас вышел новый выпуск «Рейтинга недружественных правительств» – подводим итоги мая.
🎯 Главное
ЕС все отчетливее перестраивает себя под долгосрочное противостояние с Россией. Мы наблюдаем формирование распределенной военно-инфраструктурной системы: штабы, логистика, переброска войск, активное военное производство, авиационная инфраструктура и новые механизмы координации. Все это складывается в единую систему конфронтации без признаков деэскалации.
🎭 Распределение ролей
Германия становится главным организационно-индустриальным узлом Европы. Берлин углубляет военно-промышленную кооперацию с союзниками и совместно с Нидерландами формирует новые командные структуры НАТО в Прибалтике. Пропитанная духом реваншизма, ФРГ превращается в одну из главных «пружин» европейской милитаризации.
Франция и Британия усиливают параллельный контур давления на Россию. Помимо санкционной враждебности и морских инцидентов, Париж расширяет свой «ядерный зонтик» в Европе – в мае число вовлеченных в этот формат стран достигло девяти.
Польша и Финляндия как части балто-скандинавского «кулака» закрепляют за собой роль передовой зоны военного развертывания: переброска контингентов, размещение авиации, насыщение инфраструктурой восточного фланга НАТО. В то же время территория, акватория и воздушное пространство Прибалтики все больше воспринимаются как единый военный плацдарм.
⚙️ Задачи ЕС
Евросоюз решает сразу две задачи. С одной стороны – формирует материально-техническую базу для будущего конфликта высокой интенсивности с Россией. С другой – пытается максимально затянуть украинский конфликт, чтобы выиграть время для собственной милитаризации, истощая российские ресурсы и одновременно распыляя внимание Москвы на другие чувствительные направления: Черноморье, Закавказье, Балтика и Арктика.
⚠️ Почему это опаснее, чем кажется
Украинский конфликт становится для ЕС уже не проблемой, которую необходимо урегулировать, а способом выиграть время для собственной милитаризации. В свою очередь постоянная политическая, финансовая и военная подпитка властей в Киеве формирует у украинского руководства ощущение возможности продолжать войну с Россией вне зависимости от реальной ситуации на фронте и издержек самой Украины.
Но главный парадокс в другом: формирующаяся европейская система становится менее предсказуемой, а потому потенциально опаснее классической модели НАТО. В альянсе ключевые решения принимает Вашингтон, который при всех противоречиях понимает последствия прямого столкновения ядерных держав. Как бы ни деградировали отношения России и США, между странами десятилетиями существовали механизмы стратегического сдерживания и определенная политическая рациональность, основанная на понимании последствий прямого столкновения двух ядерных держав.
Внутри же ЕС стремительно растет влияние политиков, сочетающих идеологическую радикализацию с крайне низким уровнем стратегического мышления. Многие из них воспринимают безопасность не как систему взаимного сдерживания, а как пространство постоянного давления, демонстрации силы и управляемой эскалации. Отсюда – разговоры об ударах по Калининграду, расширении «ядерного зонтика» и превращении Восточной Европы в пространство постоянного военного давления на Россию.
📌 Вывод
По мере того как ЕС приобретает черты военно-политического блока, местами похлеще НАТО, меняется и контекст оценки евроинтеграционных устремлений постсоветских стран – включая не только Украину, но также Молдавию и Армению. Игнорировать эту трансформацию при выстраивании российской политики на постсоветском пространстве уже невозможно.
📎 Корпус ссылок:
• Разбивка по критериям
• Полная версия рейтинга
• PDF-версия
• Архив выпусков
🎯 Главное
ЕС все отчетливее перестраивает себя под долгосрочное противостояние с Россией. Мы наблюдаем формирование распределенной военно-инфраструктурной системы: штабы, логистика, переброска войск, активное военное производство, авиационная инфраструктура и новые механизмы координации. Все это складывается в единую систему конфронтации без признаков деэскалации.
🎭 Распределение ролей
Германия становится главным организационно-индустриальным узлом Европы. Берлин углубляет военно-промышленную кооперацию с союзниками и совместно с Нидерландами формирует новые командные структуры НАТО в Прибалтике. Пропитанная духом реваншизма, ФРГ превращается в одну из главных «пружин» европейской милитаризации.
Франция и Британия усиливают параллельный контур давления на Россию. Помимо санкционной враждебности и морских инцидентов, Париж расширяет свой «ядерный зонтик» в Европе – в мае число вовлеченных в этот формат стран достигло девяти.
Польша и Финляндия как части балто-скандинавского «кулака» закрепляют за собой роль передовой зоны военного развертывания: переброска контингентов, размещение авиации, насыщение инфраструктурой восточного фланга НАТО. В то же время территория, акватория и воздушное пространство Прибалтики все больше воспринимаются как единый военный плацдарм.
⚙️ Задачи ЕС
Евросоюз решает сразу две задачи. С одной стороны – формирует материально-техническую базу для будущего конфликта высокой интенсивности с Россией. С другой – пытается максимально затянуть украинский конфликт, чтобы выиграть время для собственной милитаризации, истощая российские ресурсы и одновременно распыляя внимание Москвы на другие чувствительные направления: Черноморье, Закавказье, Балтика и Арктика.
⚠️ Почему это опаснее, чем кажется
Украинский конфликт становится для ЕС уже не проблемой, которую необходимо урегулировать, а способом выиграть время для собственной милитаризации. В свою очередь постоянная политическая, финансовая и военная подпитка властей в Киеве формирует у украинского руководства ощущение возможности продолжать войну с Россией вне зависимости от реальной ситуации на фронте и издержек самой Украины.
Но главный парадокс в другом: формирующаяся европейская система становится менее предсказуемой, а потому потенциально опаснее классической модели НАТО. В альянсе ключевые решения принимает Вашингтон, который при всех противоречиях понимает последствия прямого столкновения ядерных держав. Как бы ни деградировали отношения России и США, между странами десятилетиями существовали механизмы стратегического сдерживания и определенная политическая рациональность, основанная на понимании последствий прямого столкновения двух ядерных держав.
Внутри же ЕС стремительно растет влияние политиков, сочетающих идеологическую радикализацию с крайне низким уровнем стратегического мышления. Многие из них воспринимают безопасность не как систему взаимного сдерживания, а как пространство постоянного давления, демонстрации силы и управляемой эскалации. Отсюда – разговоры об ударах по Калининграду, расширении «ядерного зонтика» и превращении Восточной Европы в пространство постоянного военного давления на Россию.
📌 Вывод
По мере того как ЕС приобретает черты военно-политического блока, местами похлеще НАТО, меняется и контекст оценки евроинтеграционных устремлений постсоветских стран – включая не только Украину, но также Молдавию и Армению. Игнорировать эту трансформацию при выстраивании российской политики на постсоветском пространстве уже невозможно.
📎 Корпус ссылок:
• Разбивка по критериям
• Полная версия рейтинга
• PDF-версия
• Архив выпусков