Осташковское Историческое Общество

Документальный фильм «Город Евстафия — Осташков», 1994 год.
Часть 1.

Н.П. Архаров в Осташкове.

По обнародовании Положения 1785 года, в Осташкове в 1786 году открыта Шестигласная Дума.

В 1793 году в Осташкове растрачена была казенная соль. Заведывание этой солью принадлежало тогда городовому магистрату, а распоряжение – особым Государственным чиновникам; но, судя по ходу дела об этой растрате соли, фактически распоряжались всем делом чиновники, а на магистрате лежали только формальное заведывание и действительная ответственность. Когда о растрате стало известно в губернии, в Осташков отправился производить дознание знаменитый в свое время сыщик Генерал-Губернатор Николай Петрович Архаров.

Собрав на торговой площади всех членов магистрата Н.П. Архаров начал бранить их и обозвал ворами. «Мы не воры, ваше высокопревосходительство!» осмелился возразить один из ратманов, купец Щетинин; «мы соли не крали, а только верили приставленным к ней чиновникам», Н.П. Архаров разгневался, затопал ногами и закричал: «Да знаешь ли, что говоришь? вам доверено, вы и отвечайте за все...» и, указав на стоявший позорный столб, у которого наказывали преступников, добавил: «хочешь ли ты – я введу тебя на этот столб»? Щетинин затрясся и упал, a прочие члены тотчас упали на колени и умоляли о прощении. По обозрении города, Архаров отправился по озеру в деревню Сорогу в шлюпке, в сопровождении дворян и граждан. Две лодки шли с провизией и винами. В Copoгe собраны были песельники и песельницы и началось веселье. После угощения начальник смягчился и на прощанье дал слово ходатайствовать перед Правительством за виновных. Ходатайство было уважено, и все дело окончилось для осташей благополучно.

Дело о растрате соли находится в Архиве упраздненных присутственных мест в Твери. Впоследствии в 1842 г. вызвышена в г. Осташкове продажная цена на казенную соль.

P.S. Деятельность Архарова как московского обер-полицеймейстера долго жила в памяти москвичей. Обер-полицеймейстер знал до мельчайших подробностей все, что делалось в Москве, всевозможные пропажи отыскивались с изумительной быстротой. Архаров использовал довольно жесткие и зачастую спорные меры для наведения порядка на улицах Москвы (нередко виновность подозреваемого он определял просто взглянув на него), однако деятельность его была довольно эффективна.

Приемы, которыми пользовался Архаров для раскрытия самых сложных преступлений, нередко отличались оригинальностью и породили многочисленные анекдоты о нём.

По одной из версий, именно его сотрудников начали называть «архаровцами» — впоследствии это слово стало крылатым, хотя и несколько изменило своё значение.

В скором времени исторический центр города преобразится, обретя новое, пронзительное и величественное звучание. На площади Свободы, у подножия сурового монумента Партизанам, застынут в строгом молчании шесть массивных металлических кубов. Их монументальная, отточенная геометрия станет безмолвным камертоном памяти, настраивающим душу на скорбный и торжественный лад.
Эти стелы — не просто камень и металл. На их полированных гранях, словно дыхание вечности, застынут имена всех, кто пал в беспощадных боях Великой Отечественной войны и навсегда остался на полях сражений, так и не вернувшись под родной кров. Имена не будут просто выгравированы — они будут искусно запечатлены методом тончайшей перфорации. Сотни тысяч сквозных отверстий в холодном металле сложатся в буквы и строки, создавая поразительный визуальный эффект: в ясный день сквозь них на брусчатку площади будут ложиться кружевные солнечные тени, напоминая о том, как быстротечна человеческая жизнь.
Но подлинное таинство этих изваяний раскроется с приходом сумерек. Кубы зажгутся изнутри мягким, пульсирующим светом. Эта внутренняя подсветка превратит их в негасимые маяки памяти. Свет, проходя сквозь мириады пробитых имен, создаст иллюзию, будто сами души павших героев светятся из глубины металла, а их фамилии парят в вечернем воздухе, сплетаясь в светящийся нимб над площадью. Это будет не просто освещение, а материализовавшееся сияние вечной славы, которое не позволит тьме забытья коснуться ни одного из героев.
Однако этот мемориальный комплекс задуман не только как алтарь скорби по безвозвратным утратам, но и как живой мост, перекинутый сквозь десятилетия в наше сегодня. На одной из граней комплекса будет закреплена небольшая, но значимая деталь — табличка с QR-кодом. Этот скромный цифровой ключ станет порталом в безграничное пространство народной памяти. Для этого не потребуется специальных приложений — достаточно навести камеру любого смартфона, чтобы перед глазами развернулся масштабный электронный мартиролог. Он вберет в себя поименные списки всех осташей — не только тех, кто пал смертью храбрых, но и тех, кто прошел через все круги военного ада, вернулся домой с Победой, трудился в изможденном тылу, поднимал страну из руин и пронес свои фронтовые воспоминания через долгую мирную жизнь.
Цифровой архив — это бесконечность, доступная в одно касание. Но память требует и весомой, осязаемой формы. В самое ближайшее время эти бесценные списки, собранные по крупицам в архивах и семейных шкатулках, обретут свое материальное воплощение. Они лягут в основу фундаментального печатного труда — «Книги Памяти и Славы». Этот увесистый фолиант в строгом переплете станет настоящей народной энциклопедией подвига. На его плотных страницах сухие архивные строки оживут благодаря бережно сохраненным воспоминаниям потомков, пожелтевшим треугольникам фронтовых писем, копиям наградных листов и выцветшим фотографиям из домашних альбомов. Она будет издана, чтобы ни одно имя не осталось забытым, эта книга займет почетное место в каждой городской библиотеке, музее и школьном кабинете истории, став настольной для исследователей, краеведов и всех, кому бесконечно дорога судьба родного края.

https://docs.google.com/spreadsheets/d/1jerUp6c3Os2vkP_BYlcfKAQuBBZNwAIh/edit?gid=1474995656#gid=1474995656

ПУТЕВКА начинается с пятого июля? Очень хорошо! Выезжайте в ночь на пятое, отнюдь не позже, и тогда первое утро вашего отпуска увидит вас на палубе парохода «Максим Горький».

Этот ветеран русского речного флота построен чуть ли не в средине прошлого столетия. Его тонкая и длинная труба стоит на носу.

На верху трубы слегка набекрень, как у диккенсовских персонажей, надет смятый проволочный цилиндр. Единственное колесо находится сзади, и два московских комсомольца, перевесившись за борт, рассматривают его с уважением. Им, выросшим в век обтекаемых корпусов и скрытых механизмов, это сооружение кажется странным и романтичным, как старинный бриг.

Колесо вышлепывает от Осташкова до Селигерского дома туриста не меньше часа, и вы обязательно успеете разговориться с каким-либо энтузиастом и знатоком Селигера. Ваш собеседник покажет вам и остров Кличен, на котором когда-то стояла крепость, и лесистую Городомлю и белеющую вдали колокольню Ниловой Пустыни, в прошлом основного хозяина этих мест. Он будет молча и ревниво смотреть, какое впечатление производит на вас мыс Никола-Рожок с древней игрушечной церковкой наверху, и вы, чтобы не обидеть человека, будете шумно восхищаться действительно красивым пейзажем.

Газета "Красный спорт", #33 (860), 13 июня 1940 г.