Репост из: Дела Церкви
«Русская роза на болгарской земле»
Так называл Юлию Вревскую Виктор Гюго. Но в то время никакой болгарской земли в жизни Юлии не было. Только светские приемы и дружба с Тургеневым.
В 1877 году, когда началась война с Турцией, Юлия могла остаться в Петербурге, как и большинство. Но вместо этого продала отцовское имение, прошла курсы сестёр милосердия и на все деньги снарядила санитарный отряд.
Она перевязывала, кормила до ста раненых в день. Сидела с солдатами до утра, а других сестёр в это время отправляла спать. Ходила и в тифозные бараки, куда боялись заходить даже врачи.
Когда ей передали, что подвиг оценили и ее ждет награда, она ответила: «Мы здесь, чтобы помогать, а не получать ордена».
Через несколько месяцев она сама заболела тифом. Последние недели она провела в сарае, наспех оборудованном под госпиталь.
К ней не заглянул ни один врач. Приходили только её бывшие пациенты. Они подносили воду к её губам.
Полную историю Юлии Вревской читайте в нашем Дзен-канале.
«Дела Церкви» в МАХ
Так называл Юлию Вревскую Виктор Гюго. Но в то время никакой болгарской земли в жизни Юлии не было. Только светские приемы и дружба с Тургеневым.
В 1877 году, когда началась война с Турцией, Юлия могла остаться в Петербурге, как и большинство. Но вместо этого продала отцовское имение, прошла курсы сестёр милосердия и на все деньги снарядила санитарный отряд.
Она перевязывала, кормила до ста раненых в день. Сидела с солдатами до утра, а других сестёр в это время отправляла спать. Ходила и в тифозные бараки, куда боялись заходить даже врачи.
Когда ей передали, что подвиг оценили и ее ждет награда, она ответила: «Мы здесь, чтобы помогать, а не получать ордена».
Через несколько месяцев она сама заболела тифом. Последние недели она провела в сарае, наспех оборудованном под госпиталь.
К ней не заглянул ни один врач. Приходили только её бывшие пациенты. Они подносили воду к её губам.
Полную историю Юлии Вревской читайте в нашем Дзен-канале.
«Дела Церкви» в МАХ