Порой слышу такие высказывания и комментарии в соцсетях: «У вас на ТЭЦ есть тесть такие тоненькие высокие трубы - они еще ничего, а вот низенькие толстенькие - те зимой нас совсем задушат дымом клубами».
Речь о градирнях. Эти сооружения — неотъемлемая часть теплового цикла. Предназначены для того, чтобы охладить теплоноситель от тепла, невостребованного потребителями из-за необходимости нести конденсационную выработку по режимам энергосистемы Сибири.
Проще говоря, когда ТЭЦ работает в определённом режиме по требованию энергосистемы, часть тепла остаётся невостребованной — его и нужно отвести, чтобы вернуть воду в цикл.
Что делаем:
Получаем холодную воду из водозабора на Ангаре, очищаем её, подготавливаем к нагреванию. Нагреваем до пара под высоким давлением в котлах. Пар вращает турбину — рождается электричество. Отработанный пар должен снова стать водой, чтобы вернуться на новый цикл. Вот здесь и вступает в дело система охлаждения. Для этого чаще всего используются градирни — те самые огромные «башни», которые видят многие на ТЭЦ. В Иркутске их три. Это 72-метровые исполины — высотой с 24-этажный дом.
В них горячая вода (около 40–45°C) подается с помощью специальных насосов. Часть жидкости испаряется и стремится вверх. Остальное падает вниз через специальные форсунки, создающие плотную водяную завесу. Проще говоря, пленку.
Процесс выглядит завораживающе: внутри башни — настоящий водопад, под которым рукотворное озеро, обрамленное бетонными блоками. Температура воды после охлаждения — примерно 30°C (как на море), но купаться там категорически запрещено. Да и некогда энергетикам — все готовятся к зиме.
Так что, когда видите пар из градирен, знайте: это не «дым» и не загрязнение, а обычный водяной пар — знак того, что тепловой цикл работает исправно.
Кстати, в тёплую погоду градирни работают интенсивнее, но из-за высокой температуры окружающего воздуха пар быстро рассеивается и менее заметен.
Речь о градирнях. Эти сооружения — неотъемлемая часть теплового цикла. Предназначены для того, чтобы охладить теплоноситель от тепла, невостребованного потребителями из-за необходимости нести конденсационную выработку по режимам энергосистемы Сибири.
Проще говоря, когда ТЭЦ работает в определённом режиме по требованию энергосистемы, часть тепла остаётся невостребованной — его и нужно отвести, чтобы вернуть воду в цикл.
Что делаем:
Получаем холодную воду из водозабора на Ангаре, очищаем её, подготавливаем к нагреванию. Нагреваем до пара под высоким давлением в котлах. Пар вращает турбину — рождается электричество. Отработанный пар должен снова стать водой, чтобы вернуться на новый цикл. Вот здесь и вступает в дело система охлаждения. Для этого чаще всего используются градирни — те самые огромные «башни», которые видят многие на ТЭЦ. В Иркутске их три. Это 72-метровые исполины — высотой с 24-этажный дом.
В них горячая вода (около 40–45°C) подается с помощью специальных насосов. Часть жидкости испаряется и стремится вверх. Остальное падает вниз через специальные форсунки, создающие плотную водяную завесу. Проще говоря, пленку.
Процесс выглядит завораживающе: внутри башни — настоящий водопад, под которым рукотворное озеро, обрамленное бетонными блоками. Температура воды после охлаждения — примерно 30°C (как на море), но купаться там категорически запрещено. Да и некогда энергетикам — все готовятся к зиме.
Так что, когда видите пар из градирен, знайте: это не «дым» и не загрязнение, а обычный водяной пар — знак того, что тепловой цикл работает исправно.
Кстати, в тёплую погоду градирни работают интенсивнее, но из-за высокой температуры окружающего воздуха пар быстро рассеивается и менее заметен.