Повод к вызову: «задыхается, давит в груди». Мужчина, около 50 лет. Шестой этаж, лифт не работает. Тащим аппаратуру по лестнице.
Залетаем в квартиру. На диване сидит пациент. Цвет лица пепельный, липкий холодный пот течет ручьями. Рубаха расстегнута.
Смотрю на его грудную клетку и на секунду теряю дар речи. Вся грудь от ключиц до ребер жирно расчерчена коричневой сеткой из йода. Запах стоит такой, что щиплет глаза.
Жена рядом мечется с полотенцем: «Доктор, его с обеда прижало! Наверное, под сплитом надуло, миозит проклятый. Я ему сеточку сделала, грелочку приложила, чтобы мышцу отпустило...»
Три часа они грели и мазали йодом погибающее сердце. Три драгоценных часа «золотого окна». А боль тем временем уже намертво вцепилась в нижнюю челюсть и рвала левую лопатку.
Падаем рядом. Быстро зачищаем кожу, лепим электроды прямо поверх этой коричневой мазни. Включаю аппарат. Лента ползет, и внутри всё сжимается. Элевация сегмента ST в грудных отведениях. Та самая «кошачья спинка». Острейший инфаркт миокарда. Участок сердечной мышцы погибает прямо сейчас из-за перекрытой коронарной артерии.
Врач четко руководит действиями: катетер в вену, монитор, кислород, анальгезия, антиагреганты и антикоагулянты строго по протоколу. Боль необходимо купировать как можно скорее - симпатическая буря перегружает и без того измученное сердце.
Носилки, бережная и быстрая эвакуация вниз.
Водитель включает сирену - рвем через пробки в региональный сосудистый центр. В салоне мигают синие проблесковые маяки и стоит тяжелый запах йода от пропитанной рубашки. Успели: передали пациента прямо на стол рентгенэндоваскулярным хирургам для экстренной коронарографии и стентирования. Буквально выдернули в последний момент.
Выхожу на крыльцо стационара, снимаю перчатки и выдыхаю от напряга.
Народ, запомните раз и навсегда: если за грудиной давит плита, а боль отдает в челюсть, плечо или под лопатку - выкиньте нахрен мази, банки и грелки. Не грейте инфаркты. Набирайте 103 сразу.
Залетаем в квартиру. На диване сидит пациент. Цвет лица пепельный, липкий холодный пот течет ручьями. Рубаха расстегнута.
Смотрю на его грудную клетку и на секунду теряю дар речи. Вся грудь от ключиц до ребер жирно расчерчена коричневой сеткой из йода. Запах стоит такой, что щиплет глаза.
Жена рядом мечется с полотенцем: «Доктор, его с обеда прижало! Наверное, под сплитом надуло, миозит проклятый. Я ему сеточку сделала, грелочку приложила, чтобы мышцу отпустило...»
Три часа они грели и мазали йодом погибающее сердце. Три драгоценных часа «золотого окна». А боль тем временем уже намертво вцепилась в нижнюю челюсть и рвала левую лопатку.
Падаем рядом. Быстро зачищаем кожу, лепим электроды прямо поверх этой коричневой мазни. Включаю аппарат. Лента ползет, и внутри всё сжимается. Элевация сегмента ST в грудных отведениях. Та самая «кошачья спинка». Острейший инфаркт миокарда. Участок сердечной мышцы погибает прямо сейчас из-за перекрытой коронарной артерии.
Врач четко руководит действиями: катетер в вену, монитор, кислород, анальгезия, антиагреганты и антикоагулянты строго по протоколу. Боль необходимо купировать как можно скорее - симпатическая буря перегружает и без того измученное сердце.
Носилки, бережная и быстрая эвакуация вниз.
Водитель включает сирену - рвем через пробки в региональный сосудистый центр. В салоне мигают синие проблесковые маяки и стоит тяжелый запах йода от пропитанной рубашки. Успели: передали пациента прямо на стол рентгенэндоваскулярным хирургам для экстренной коронарографии и стентирования. Буквально выдернули в последний момент.
Выхожу на крыльцо стационара, снимаю перчатки и выдыхаю от напряга.
Народ, запомните раз и навсегда: если за грудиной давит плита, а боль отдает в челюсть, плечо или под лопатку - выкиньте нахрен мази, банки и грелки. Не грейте инфаркты. Набирайте 103 сразу.