"За Корфу я и слова благоприятного никакого не получил". Откровенное письмо Федора Ушакова об отношении начальства к подвигам его эскадры в Средиземном море.
Ф.Ф. Ушаков писал В.С. Томаре (послу России в Турции) 14 августа 1799 года:
"…За Корфу я и слова благоприятного никакого не получил, не только того, как Вы предзнаменовали… После чего целое Неаполитанское королевство нами освобождено, Анкона блокируется, Венецианский залив весь очищен, вся турецкая граница от стороны неприятеля приведена в безопасность; мы действия свои простираем о отдаленных местах… за всем тем не замечаю из Санкт-Петербурга приятного виду и благоволения, что одно военных людей оживлять может и приводить в то, чтобы всякой рвением употребил последние свои силы и возможность, напротив того, замечаю в подчиненных моих уныние; столь славные дела, каково есть взятие Корфу (что на будущее время эпохою служить может) принято, как кажется, с неприятностью, а за что? Не знаю. Мальта ровесница Корфу, она другой год уже в блокаде и когда возьмется, еще неизвестно, но Корфу нами взята и, к слову сказать, безо всего, при всех неимуществах…"
Надо добавить, что вконце концов, адмирал получил от Павла I за эту экспедицию звание полного адмирала и алмазные знаки на уже имеющийся у Федора Федоровича с екатеринских времен орден св. Александра Невского. Высшего военного ордена империи - св. Георгия 1 степени император Ушакову не дал. Несмотря на эти милости, прохладное отношение Ушаков чувствовал к себе всегда, особенно в следующее царствование. Как мы видим, это сильно расстраивало адмирала.
Ф.Ф. Ушаков писал В.С. Томаре (послу России в Турции) 14 августа 1799 года:
"…За Корфу я и слова благоприятного никакого не получил, не только того, как Вы предзнаменовали… После чего целое Неаполитанское королевство нами освобождено, Анкона блокируется, Венецианский залив весь очищен, вся турецкая граница от стороны неприятеля приведена в безопасность; мы действия свои простираем о отдаленных местах… за всем тем не замечаю из Санкт-Петербурга приятного виду и благоволения, что одно военных людей оживлять может и приводить в то, чтобы всякой рвением употребил последние свои силы и возможность, напротив того, замечаю в подчиненных моих уныние; столь славные дела, каково есть взятие Корфу (что на будущее время эпохою служить может) принято, как кажется, с неприятностью, а за что? Не знаю. Мальта ровесница Корфу, она другой год уже в блокаде и когда возьмется, еще неизвестно, но Корфу нами взята и, к слову сказать, безо всего, при всех неимуществах…"
Надо добавить, что вконце концов, адмирал получил от Павла I за эту экспедицию звание полного адмирала и алмазные знаки на уже имеющийся у Федора Федоровича с екатеринских времен орден св. Александра Невского. Высшего военного ордена империи - св. Георгия 1 степени император Ушакову не дал. Несмотря на эти милости, прохладное отношение Ушаков чувствовал к себе всегда, особенно в следующее царствование. Как мы видим, это сильно расстраивало адмирала.