— Не воспитывай его, — просила мужа. Пять лет он молчал, пока директор не назвал нашу семью неполной
— Дань, твои кроссовки опять посреди коридора, я об них чуть не убился, — сказал Игорь, заглядывая в комнату пасынка. — Убери, пожалуйста.
— Мама ничего не говорила, — отозвался Даня, не отрываясь от телефона.
— Она на работу собирается. Я тебя прошу.
— Ну, я услышал, — пожал плечами парень и отвернулся к стене.
Ольга стояла в ванной с тушью в руке и изо всех сил старалась не выскочить в коридор с одним накрашенным глазом. Такие разговоры звучали в их квартире по нескольку раз на дню, и она знала их наизусть, как песенку из рекламы, которую хочешь не хочешь, а запомнишь.
— Даниил! — всё-таки не выдержала она. — Обувь!
Кроссовки исчезли с прохода за три секунды. Игорь постоял, хмыкнул и пошёл одеваться, чтобы спуститься и прогреть машину.
Пять лет назад, когда Ольга выходила за Игоря, Дане было девять. Тогда он называл отчима по имени, и это казалось нормальным: не дядей же Игорем звать человека, с которым живёшь под одной крышей. Но лет с двенадцати это «Игорь» стало звучать совсем по-другому. Сын произносил его так, будто речь шла о соседе по лестничной клетке, которого терпят исключительно из вежливости. На любую просьбу отчима у него был готов один ответ: «Мама разрешила» или «Мама скажет — сделаю».
Ольга понимала, откуда это растёт, и честно признавала, что часть вины лежит на ней самой. В самом начале, ещё до свадьбы, она взяла с Игоря обещание.
— Ты только не воспитывай его, ладно? — просила она тогда. — Ему и так досталось, отец уехал, пусть привыкнет к тебе потихоньку. Если что-то надо, говори мне, я сама с ним разберусь.
— Как скажешь, — согласился Игорь. — Ты мать, тебе виднее.
И держал это обещание пять лет. Возил Даньку в футбольную секцию три раза в неделю, проверял с ним математику, потому что Ольга путалась в дробях ещё со школы, чинил ему велосипед, а потом и самокат. Но ни разу не повысил голос и ни разу ничего не запретил. Если сын грубил, Игорь просто разворачивался и уходил, а вечером тихо говорил жене: «Оль, поговори с ним». На игры Даня его никогда не звал. Туда, если получалось, ходила Ольга, а Игорь ждал на парковке в машине.
Мама Ольги, Тамара Ивановна, такую расстановку всецело одобряла.
— И правильно, нечего чужому человеку ребёнком командовать, — говорила она по телефону. — Сегодня он с вами живёт, а завтра хвостом махнул, и поминай как звали. А ребёнок привыкнет, потом страдать будет.
— Мам, мы пять лет женаты, — напоминала Ольга.
— С Вадимом ты шесть лет прожила, и что? — резонно отвечала мать.
Продолжение