Про расстройства телесного дистресса (BDD)
Начало в предыдущей публикации.
Отдельно хотел бы подчеркнуть в этом вопросе, что наличие органической патологии само по себе не исключает расстройство телесного дистресса.
Например, пациент с фибромиалгией действительно испытывает хроническую боль. Но если вся его жизнь постепенно начинает организовываться вокруг боли (постоянное сканирование тела, катастрофические интерпретации ощущений, многочисленные обследования, страх физической нагрузки и отказ от привычной активности), то возникает дополнительная психопатология, которую нельзя объяснить только наличием соматического заболевания.
📌 Т.е. BDD - это не диагноз для тех, у кого ничего не нашли. И наоборот: обнаружение соматического заболевания не означает автоматически, что психиатрическая проблема отсутствует.
В диагностике необходимо разделять как минимум два направления:
1️⃣ Есть ли заболевание, функциональное нарушение, последствия травмы, хроническая боль и т. д.
2️⃣ Что происходит в отношениях человека с собственными телесными ощущениями? Сколько внимания они занимают? Как пациент их интерпретирует? Какие действия предпринимает? Как это влияет на его жизнь?
Второй блок и является центральным для концепции расстройства телесного дистресса.
Ещё одна важная особенность - BDD не требует большого количества разнообразных симптомов. В центре может находиться один или несколько стойких и выраженных телесных симптомов. Поэтому пациент с хронической болью и пациент с множеством различных жалоб могут находиться в рамках одной диагностической концепции, если патологический паттерн реагирования на симптомы соответствует критериям.
Несколько важных ориентиров
◾ Если мы рассматриваем исключительно медикаментозное лечение, то ответ на него может быть несколько ниже, чем к примеру при лечении тревожных расстройств. Часто пациент продолжает весьма активно ждать, когда препарат полностью уберёт беспокоящий его симптом. Ежедневное проблемное сканирование тела продолжается и переживания тоже. А это, увы, улучшению не способствует. Крайне желательно, чтобы параллельно была когнитивно-поведенческая психотерапия.
◾ Если основной симптом боль, то часто препаратами выбора могут стать антидепрессанты из группы СИОЗСН или ТЦА. Иногда в комбинации с прегабалином, габапентином и др. В общем, ряд психиатрических препаратов имеют свою противоболевую эффективность. Но это не значит, что используя эти препараты, мы должны ставить для себя задачу "обезболить любой ценой". Это может лишь мешать. "Правильный" настрой на работу с хроническим изнуряющим симптомом мы можем сформировать в ходе психотерапии.
◾ Можно встретить ситуацию, когда при ипохондрии врачи постоянно заверяют пациента: "Да я вам в 100 раз уже говорю, нет у вас никакого рака". Якобы пациент придумывает себе болезни и врач пытается его разубедить. А при расстройствах телесного дистресса: "Да нечему у вас здесь болеть / жечь / кружиться". Врач словно пытается отрицать наличие симптома. Вот это вот всё точно не работает. Первоочередная задача - признание проблемы и поддержка.
◾ При изнуряющих симптомах пациент всё больше и больше отказывается от привычного уклада жизни: работа, досуг, встречи с друзьями. Общая идея пациента: "Вот когда всё пройдёт, то я вновь смогу нормально жить". Задача специалиста скорее заключается в том, чтобы помочь пациенту сформировать достаточно хорошее качество жизни, несмотря на наличие симптомов.
◾ Параллельно мы занимаемся работой восприятием с интерпретацией симптомов ("ощущение ≠ катастрофа". Идентифицируем триггеры соматических ощущений. Осуществляем поведенческую активацию, экспозицию и много чего ещё. И помним о том, что нет какой-то секретной психологической техники, которая просто уберёт симптом и всё.
Начало в предыдущей публикации.
Отдельно хотел бы подчеркнуть в этом вопросе, что наличие органической патологии само по себе не исключает расстройство телесного дистресса.
Например, пациент с фибромиалгией действительно испытывает хроническую боль. Но если вся его жизнь постепенно начинает организовываться вокруг боли (постоянное сканирование тела, катастрофические интерпретации ощущений, многочисленные обследования, страх физической нагрузки и отказ от привычной активности), то возникает дополнительная психопатология, которую нельзя объяснить только наличием соматического заболевания.
📌 Т.е. BDD - это не диагноз для тех, у кого ничего не нашли. И наоборот: обнаружение соматического заболевания не означает автоматически, что психиатрическая проблема отсутствует.
В диагностике необходимо разделять как минимум два направления:
1️⃣ Есть ли заболевание, функциональное нарушение, последствия травмы, хроническая боль и т. д.
2️⃣ Что происходит в отношениях человека с собственными телесными ощущениями? Сколько внимания они занимают? Как пациент их интерпретирует? Какие действия предпринимает? Как это влияет на его жизнь?
Второй блок и является центральным для концепции расстройства телесного дистресса.
Ещё одна важная особенность - BDD не требует большого количества разнообразных симптомов. В центре может находиться один или несколько стойких и выраженных телесных симптомов. Поэтому пациент с хронической болью и пациент с множеством различных жалоб могут находиться в рамках одной диагностической концепции, если патологический паттерн реагирования на симптомы соответствует критериям.
Несколько важных ориентиров
◾ Если мы рассматриваем исключительно медикаментозное лечение, то ответ на него может быть несколько ниже, чем к примеру при лечении тревожных расстройств. Часто пациент продолжает весьма активно ждать, когда препарат полностью уберёт беспокоящий его симптом. Ежедневное проблемное сканирование тела продолжается и переживания тоже. А это, увы, улучшению не способствует. Крайне желательно, чтобы параллельно была когнитивно-поведенческая психотерапия.
◾ Если основной симптом боль, то часто препаратами выбора могут стать антидепрессанты из группы СИОЗСН или ТЦА. Иногда в комбинации с прегабалином, габапентином и др. В общем, ряд психиатрических препаратов имеют свою противоболевую эффективность. Но это не значит, что используя эти препараты, мы должны ставить для себя задачу "обезболить любой ценой". Это может лишь мешать. "Правильный" настрой на работу с хроническим изнуряющим симптомом мы можем сформировать в ходе психотерапии.
◾ Можно встретить ситуацию, когда при ипохондрии врачи постоянно заверяют пациента: "Да я вам в 100 раз уже говорю, нет у вас никакого рака". Якобы пациент придумывает себе болезни и врач пытается его разубедить. А при расстройствах телесного дистресса: "Да нечему у вас здесь болеть / жечь / кружиться". Врач словно пытается отрицать наличие симптома. Вот это вот всё точно не работает. Первоочередная задача - признание проблемы и поддержка.
◾ При изнуряющих симптомах пациент всё больше и больше отказывается от привычного уклада жизни: работа, досуг, встречи с друзьями. Общая идея пациента: "Вот когда всё пройдёт, то я вновь смогу нормально жить". Задача специалиста скорее заключается в том, чтобы помочь пациенту сформировать достаточно хорошее качество жизни, несмотря на наличие симптомов.
◾ Параллельно мы занимаемся работой восприятием с интерпретацией симптомов ("ощущение ≠ катастрофа". Идентифицируем триггеры соматических ощущений. Осуществляем поведенческую активацию, экспозицию и много чего ещё. И помним о том, что нет какой-то секретной психологической техники, которая просто уберёт симптом и всё.