Иногда нам кажется, что мы уже знаем, как должна выглядеть «настоящая» духовная жизнь. Кто правильно молится, кто достаточно глубоко верит, кто действительно близок к Богу, а кто пока только «ходит в церковь по праздникам». В романе о преподобном Силуане Афонском отец Софроний задает старцу примерно такой вопрос.
— У меня иной сейчас вопрос. Собственно, я о чём. Простые люди в миру, обычные православные, что ходят в церковь по праздникам, кладут поклоны… Те, что читают молитвы не вот так, как ты сейчас разъяснил, а просто губами, словами, голосом? Даже пусть и про себя в тишине, но всё равно словами! Те, которые просят, и просят, и просят: «Господи, дай…» Они, собственно… далеки они от настоящей веры и от Бога?
Силуан хитро прищурился:
— Да уж! Выдумал про других сейчас болтать. Праздный вопрос у тебя, от рассудка он, а не от сердца. Но я уж отвечу, коль разошёлся тут с тобой. Каждому Господь даёт то и столько, сколько он унести может.
И если в молитвенном делании не доходит он до исихии и света нетварного, ещё не значит, что он Богом забыт и не принимает Господь молитвы его.
Христос сказал: «Царствие Божие внутри вас есть». Но Он же изрёк и это: «Царствие Божие подобно тому, как если человек бросит семя в землю, и спит, и встаёт ночью и днём; и как семя всходит и растёт, не знает он…»
Любой молящийся, отец Софроний, стоит перед Богом и видим Ему. И какими путями будет ходить человек, куда, как и когда он придёт, сколько выпадет петлять и наворачивать кругов — ему самому неведомо.
Потому оставь каждому меру его, а сам возрастай в свои собственные меры.
И не суди, отец Софроний. Не суди. Мы семя в земле. А как оно всходит, растёт и в какой момент стебель листьями покрывается — тем Бог один управляет.
— У меня иной сейчас вопрос. Собственно, я о чём. Простые люди в миру, обычные православные, что ходят в церковь по праздникам, кладут поклоны… Те, что читают молитвы не вот так, как ты сейчас разъяснил, а просто губами, словами, голосом? Даже пусть и про себя в тишине, но всё равно словами! Те, которые просят, и просят, и просят: «Господи, дай…» Они, собственно… далеки они от настоящей веры и от Бога?
Силуан хитро прищурился:
— Да уж! Выдумал про других сейчас болтать. Праздный вопрос у тебя, от рассудка он, а не от сердца. Но я уж отвечу, коль разошёлся тут с тобой. Каждому Господь даёт то и столько, сколько он унести может.
И если в молитвенном делании не доходит он до исихии и света нетварного, ещё не значит, что он Богом забыт и не принимает Господь молитвы его.
Христос сказал: «Царствие Божие внутри вас есть». Но Он же изрёк и это: «Царствие Божие подобно тому, как если человек бросит семя в землю, и спит, и встаёт ночью и днём; и как семя всходит и растёт, не знает он…»
Любой молящийся, отец Софроний, стоит перед Богом и видим Ему. И какими путями будет ходить человек, куда, как и когда он придёт, сколько выпадет петлять и наворачивать кругов — ему самому неведомо.
Потому оставь каждому меру его, а сам возрастай в свои собственные меры.
И не суди, отец Софроний. Не суди. Мы семя в земле. А как оно всходит, растёт и в какой момент стебель листьями покрывается — тем Бог один управляет.
📖 Из книги Романа Богословского «Силуан Афонский. Святой, одолевший ад». Изд. АТС. Это художественный роман о пути преподобного Силуана Афонского — его поиске Бога, духовной борьбе, молитве и постепенном внутреннем преображении.