#факт Бывший крепостной построил джемовую империю
В 1804 году Степан Николаев — бывший крепостной из Пензенской губернии — приехал в Москву с одним нехитрым планом: варить варенье и мармелад. Фамилии у него не было. Были только навык, яблоки и решимость.
Самое интересное — не масштаб, а подход. В 1880 году Абрикосовы построили в Симферополе паровую фабрику, куда свозили крымские фрукты. Отборные шли на компоты и цукаты, а некондицию — мелкую, мятую, неликвидную — перетирали в пюре и отправляли в Москву. Там из неё варили джем, мармелад и пастилу. Безотходное производство — в XIX веке, задолго до того, как кто-то придумал для этого модный термин.
К 1900 году две машины маркировали и фасовали более 3000 банок в день каждая. Брак — меньше одного процента. В 1899 году только консервный цех принес 336 тысяч рублей чистой прибыли — это десятки миллиардов на нынешние деньги.
Джем — не побочный продукт, а умная переработка того, что иначе выбросили бы. И эта идея старше электричества в российских фабриках.
@glazurmag
В 1804 году Степан Николаев — бывший крепостной из Пензенской губернии — приехал в Москву с одним нехитрым планом: варить варенье и мармелад. Фамилии у него не было. Были только навык, яблоки и решимость.
Через сто лет его потомки — Абрикосовы — владели крупнейшей кондитерской фабрикой Российской империи, поставляли лакомства императорскому двору и обеспечивали сладостями каждого второго жителя страны.
Самое интересное — не масштаб, а подход. В 1880 году Абрикосовы построили в Симферополе паровую фабрику, куда свозили крымские фрукты. Отборные шли на компоты и цукаты, а некондицию — мелкую, мятую, неликвидную — перетирали в пюре и отправляли в Москву. Там из неё варили джем, мармелад и пастилу. Безотходное производство — в XIX веке, задолго до того, как кто-то придумал для этого модный термин.
К 1900 году две машины маркировали и фасовали более 3000 банок в день каждая. Брак — меньше одного процента. В 1899 году только консервный цех принес 336 тысяч рублей чистой прибыли — это десятки миллиардов на нынешние деньги.
Джем — не побочный продукт, а умная переработка того, что иначе выбросили бы. И эта идея старше электричества в российских фабриках.
@glazurmag