родился Михаил Иванович. Это было очень памятно, знаменательно для нас было появиться в этом районе. Мы нашли этот адрес: улица Рабочая, дом 10/12. Родственница его живет там и сейчас. То есть, это практически два дома. Они жили большой семьёй. Он уехал из Астрахани в 1942 году, когда было самое начало войны. Попросился добровольцем и отправился на фронт. Он приписал себе два года, чтобы попасть в армию. Его направили в военное училище, где был и военный оркестр. И они уже во время битвы находились на левом берегу Волги, что его, наверное, и спасло. Потому что многие, кто попал в Сталинградскую битву, погибли, жертвы были просто немыслимые. После войны он сохранился как музыкант и приехал в 1946 году уже в Москву. Закончил институт музыкальной педагогики имени Гнесиных у Платонова. А ведь в Астрахани он занимался только во Дворце пионеров. Там был оркестр. Это же было повсеместно, во всей стране: в каждом городе, в каждом районе, в каждом уголке, там, глядишь, были оркестры. И это давало очень много, было очень много музыкантов, любителей. А он стал профессионалом, потому что это был уникальнейший флейтист. Это знают все флейтисты мира. Его звук, его эталонное звучание – это в ушах у многих флейтистов, которые потом стремились к этому звучанию. Потому что это полёт, это соловей. Соловей на флейте. Когда Каширский играл в оркестре Большого театра, это было украшение оркестра Большого театра сразу. Поэтому это просто природа».
Символично, что концерт прошёл в здании (ДМШ № 1 – прим. ред.), где раньше находилось Верховное Духовенство епархии. «Мы в этом здании находимся сейчас. То есть высокодуховные люди здесь были. И на столетие маэстро мы провели концерт именно здесь! Это просто воля судьбы, как говорится. Поэтому счастье то, что мы приехали в Астрахань».
О педагогике, уличных музыкантах и будущем
Владимир Кудря – не только исполнитель, но и дирижёр с огромным опытом. «Я по образованию симфонический дирижёр. У меня было очень много программ не только по России, но и за рубежом. Я был главным дирижёром 850-летия Москвы – всего праздника и заключительного концерта. Меня попросили просто. Тогда Лужков был мэром. И мы провели этот 850-летний юбилей просто “на ура”. Также первый концерт на Красной площади после парада войск наших – первый концерт с симфонической музыкой на Красной площади в 1995 году, к 50-летию Победы. Я тоже был художественным руководителем этой программы. То есть, опыт большой».
Разговор зашёл и о судьбе музыканта вне сцены. Собеседник вспомнил встречу в Старой Руссе: «На набережной я услышал звуки духового инструмента. Настолько бережно, настолько профессионально, настолько интересно, что я ахнул. Подошёл к этому человеку – старичок, измождённый, видимо, болеет. Очень тихо звучала фонограмма. И он исполнял джазовую классику, фрагменты из классической музыки. Я послушал, мы разговорились. И он мне поведал, что когда-то учился в Ленинградской консерватории и даже участвовал в оркестре Гергиева. А сейчас вот он – здесь, дети его привезли на родину. И он вечерами, спокойно, отрешённо, абсолютно, мне кажется, для себя больше, воспоминания ради, играет ту музыку, которую любил. И вот вы сейчас сказали: мы готовим профессионалов. А оказывается, эта музыка может сопровождать всю жизнь. И вот так? сидя на берегу небольшой речки, играть для самого себя и для тех, кто проходит мимо, – это тоже дорого стоит. Это не то, что деньги он зарабатывает, он уже всё своё заработал. Я подумал: если когда-нибудь придётся, почему бы и нет, почему не выйти, не порадовать? Мне кажется, профессия, чем вы занимаетесь, настолько широкая. Даже в 90-е годы она кормила. Я знаю людей, коллег, которые просто выходили к людям. А выйти к людям – это вам «не два притопа», это ответственность. Там и поколотить могут, если не ту ноту взял (шучу). Поэтому я очень хорошо отношусь к уличным музыкантам. Есть очень уважаемые музыканты, которые живут просто этим. Понятно, что это для них – жизнь. Они выражают себя, радуют публику. Когда человек занимается