Ждали первого утренника
23 сентября (10 вересеня)
Весна цветами красна, осень снопами (Даль)
Весна цветами красна, осень снопами (Даль), а нынешняя осень красна ещё и рябиной. Двух святителей Никейских народный календарь взял к себе не за житие, которого не знал, а за имена. Пётр и Павел, соимённые великим апостолам, читались в свете их славы и получили прозвание Малых Петро-Павлов, и присловье развело обе пары по временам года, большой да малый, летний да осенний. Летний Петров день, двенадцатого июля, отворял лесную ягоду, а осенний закрывал ягодный год рябиной.
В осень и у воробья пиво (Даль), а у рябины и подавно. Ждали её до последнего, и ждали не из бережливости. Пока не прошли первые утренние заморозки, ягода горька до оскомины, и никакая хозяйка её брать не станет. А после мороза горечь уходит, и рябина делается сладкой и мягкой, и то же самое видно на кисти глазом, потому что подмороженная ягода темнеет и слегка морщится. Вот тогда и шли в лес, обрывали кисти целиком, не обдёргивая ягод, и несли домой связками.
Обирали при этом не всё. Часть кистей оставляли на кусту сознательно, и оставляли птице, дроздам, которых за эту самую рябину и прозвали рябинниками, снегирям, свиристелям, всякому, кому зимовать в наших краях. Расчёт тут двойной и честный. Птице зимой есть нечего, а рябина, калина да боярышник её последняя еда, и та же ягода нужна человеку, так что кусты приходится делить. Про это и говорили, что срубить рябину к голоду, то есть лишить себя зимнего припаса и птицу оставить ни с чем разом.
Рябину сажали и у самого дома, почти при каждой избе, и держали её как своё дерево. Народ объяснял это по-своему, как объяснял многое, чему хотел придать веса, а хозяйственный смысл лежит на виду, ибо дерево это невысокое и кровле не грозит, растёт где придётся, даёт ягоду тогда, когда всё остальное уже отдало, а зимой само собирает к дому птицу. Окна на зиму украшали рябиновыми гроздьями, и это было не одно украшение, потому что висящая на морозе кисть доходила и оставалась годной до самой весны.
По урожаю рябины судили о том, что впереди. «Если рябины в лесу много, осень дождливая, если мало, сухая», говорили в одних местах, а в других смотрели дальше, «Большой урожай рябины, к морозной и долгой зиме». В песнях же и частушках рябина всегда стояла образом женской тоски, и стояла по причине понятной, ведь дерево это цветёт белым, а плодоносит красным, и ягода у него горькая, а такое сочетание народная поэтика читала однозначно, «Не от солнышка рябина кисти принавесила, не от радости девчонка голову спровесила».
МЕСЯЦЕСЛОВЪ.РФ