В отдельных случаях внутренний спор начинает выполнять функцию когнитивного ритуала. Человек повторно проверяет аргументы, детали разговора и собственную моральную позицию, чтобы снизить тревогу. Облегчение длится недолго, поэтому процедура возобновляется. Клиническая значимость (ведь одна или другая из форм такого внутреннего поведения может быть клинически значима) определяется не количеством повторений и не необычностью содержания. Более важным признаком становится степень свободы: способен ли человек прекратить анализ без ощущения угрозы и продолжать выбранное действие при сохраняющейся неопределенности. (Про ОКР подробнее напишу в другой раз).
Завершение без победы
Попытка запретить себе такой внутренний диалог обычно добавляет еще один уровень контроля (то есть попытки управлять своими мыслями). То есть функционально ничего не меняется, только теперь появляется еще один уровень - человек мысленно спорит с собеседником и одновременно пытается перестать этим заниматься.
Более гибкая позиция начиналась бы с принятия происходящего: «Да, я сейчас действительно снова доказываю воображаемому собеседнику свою правоту» или «Да, мой разум снова пытается добиться окончательной ясности», такие формулировки замечают процесс, при этом не вступая с его содержанием во взаимодействие.
Это важно, потому что такое разграничение не обесценивает конфликт и не требует считать мысли ошибочными. Оно позволяет заметить, что внутренний диалог является одним из возможных способов реагирования, а не обязательным продолжением ситуации. И конечно, сразу становится очевидно, что мысли не являются хозяином ситуации.
После этого уже становится возможным следующий вопрос, что делать дальше? В одном случае требуется новый разговор, уточнение или обозначение границы, в другом случае может быть полезно сформулировать для себя какой-то вывод и «подготовиться» к похожей ситуации. Часто же нам приходится признать, что нужного ответа мы не получим. Этот последний вариант предполагает контакт с болью и неопределенностью без предварительного их устранения (то есть это полная противоположность того, чего так пыталась добиться наша психика, жуя эту жвачку несколько дней подряд).
Наше мышление предлагает сначала разрешить внутренний конфликт, а затем вернуться к жизни. (Сначала пройти этот уровень, а потом переходить к следующему, по-другому же нельзя:). На практике же влияние спора уменьшается только после того, как победа в нем перестает быть условием следующего действия, то есть когда мы просто идем на следующий уровень, оставив этот «непройденным».
Вероника Бодрова
Завершение без победы
Попытка запретить себе такой внутренний диалог обычно добавляет еще один уровень контроля (то есть попытки управлять своими мыслями). То есть функционально ничего не меняется, только теперь появляется еще один уровень - человек мысленно спорит с собеседником и одновременно пытается перестать этим заниматься.
Более гибкая позиция начиналась бы с принятия происходящего: «Да, я сейчас действительно снова доказываю воображаемому собеседнику свою правоту» или «Да, мой разум снова пытается добиться окончательной ясности», такие формулировки замечают процесс, при этом не вступая с его содержанием во взаимодействие.
Это важно, потому что такое разграничение не обесценивает конфликт и не требует считать мысли ошибочными. Оно позволяет заметить, что внутренний диалог является одним из возможных способов реагирования, а не обязательным продолжением ситуации. И конечно, сразу становится очевидно, что мысли не являются хозяином ситуации.
После этого уже становится возможным следующий вопрос, что делать дальше? В одном случае требуется новый разговор, уточнение или обозначение границы, в другом случае может быть полезно сформулировать для себя какой-то вывод и «подготовиться» к похожей ситуации. Часто же нам приходится признать, что нужного ответа мы не получим. Этот последний вариант предполагает контакт с болью и неопределенностью без предварительного их устранения (то есть это полная противоположность того, чего так пыталась добиться наша психика, жуя эту жвачку несколько дней подряд).
Наше мышление предлагает сначала разрешить внутренний конфликт, а затем вернуться к жизни. (Сначала пройти этот уровень, а потом переходить к следующему, по-другому же нельзя:). На практике же влияние спора уменьшается только после того, как победа в нем перестает быть условием следующего действия, то есть когда мы просто идем на следующий уровень, оставив этот «непройденным».
Вероника Бодрова