Ну прочитайте это как-нибудь четко и не ошибаясь. Разомните дикцию))
В безбрежных бархатных барханах бескрайней сахарской пустыни, где беспощадное багряное солнце безжалостно выжигает всё живое, блуждал бедолага-бедуин, бормоча бессвязные благоглупости. Бедуин, бедолага, безнадёжно блуждал, бормоча: «Благослови, Всевышний, благослови!» — и брёл безнадёжно вперёд, будто бы в бреду.
Безжалостный ветер взвивал вихри вздымающейся взвеси. Вихри взвивались вверх, вздымая взвесь, взвесь взвивалась ввысь, и всё вокруг казалось в вязком вихревом вихре.
Вдруг вдалеке виднеется вереница верблюдов, ведомых вёртким верблюдоводом. Верблюдовод, вёрткий, вёл вереницу верблюдов вдоль высохшей впадины, где встарь волновались волны водоёма. Верблюды, вздымая взоры, взирали на вёрткого верблюдовода, и в их взглядах виднелась вера в спасение.
Верблюдовод, увидев вдалеке вёрткого бедуина, вскричал: «Встань! Взгляни! Вокруг — вода!» Бедуин, вздрогнув, взревел: «Вода? Вода? Где вода?» Верблюдовод, взмахнув вожжами, вёл верблюдов вперёд, вглубь впадины, где вдруг виднелся влажный, вожделенный, волшебный водоём.
Вода в водоёме волновалась, вздымая волны, волны вздымались вверх, вздымая ввысь влажную взвесь. Бедуин, взволнованный, встал на колени, воздел взоры к небесам, возгласил: «Всевышний! Возблагодарю!» — и впал в воду, впитывая влагу, впитывая восторг, впитывая веру в вечное воздаяние.
Вокруг водоёма вились вёрткие вьюнки, вздымая ввысь вянущие веники. Вьюны вились вверх, веники вяли, и всё вокруг в едином вихре вилось, вилось, вилось…