Репост из: Неизвестно
Вы знаете эту картину: Пересвет и Челубей несутся друг на друга с копьями. Но вам не объяснили самого главного. Русский монах выходит против тибетского колдуна, за которым стоят нечистые силы. Поэтому Челубея считали бессмертным и непобедимым.
Вот как тайну этого боя раскрыл митрополит Митрофан Баданин. По его рассказу, Челубей прошёл тибетскую школу бон-по и владел боевой магией. Его выставили первым, чтобы ещё до Куликовской битвы сломить русское войско: у Мамая есть воин, которого невозможно победить.
Но Сергий Радонежский посылает вместе с Дмитрием Донским двух монахов на битву. Он отправляет их навстречу этой тёмной силе. Он даёт Пересвету не доспехи, а крест Христов, нашитый на схиме, и велит возложить её вместо золочёного шлема.
Посмотрите на две картины. У Михаила Авилова оба бойца закованы в железо, а Павел Рыженко раскрывает другой смысл. Челубей идёт в броне, а Пересвет — в великой монашеской схиме. Железо против креста, магия против молитвы, сила демона против человека, который отдал себя Христу.
По рассказу митрополита Митрофана, в Тибете помнят имя Пересвета. Его победа занесена в священную книгу как событие, нарушившее привычный ход вещей. Непобедимый был побеждён.
Антоний Великий говорил: «Где крестное знамение, там изнемогает чародейство и бездействует волшебство».
Старец Паисий Святогорец рассказывал о молодом тибетском колдуне. Дело было в Швеции. Православный священник дал колдуну крест. Тот стал вызывать духов, но они не смогли приблизиться, потому что крест оказался сильнее. Позже на Афоне этот человек попытался ударить Паисия ногой, но нога остановилась возле лица старца.
И вот моё предположение: проклятия, которыми Челубей пытался сломить русских, были матерной бранью. Потому что мат — это язык ада. Апостол Иаков пишет, что необузданный язык воспаляется от геенны, то есть от ада. Митрополит Митрофан называет мат антимолитвой, которая лишает человека благодатной помощи. А отец Андрей Ткачёв говорит ещё резче: мат — это бесовский лай и адские звуки, направленные ниже пояса.
Была такая история уже в наши дни. Бывший снайпер Николай Кравченко рассказывал, как его группа оказалась в окружении без патронов. Вместо привычного мата бойцы бросились на прорыв с криком: «Христос воскресе!» То есть пошли с молитвой. Все вышли живыми, а потом снайпер стал священником. Теперь он отец Николай. И он сам был уверен: пошли бы с матом — погибли бы все.
Теперь ещё раз посмотрите на поединок Пересвета и Челубея. Челубей выходит в доспехах, с проклятием и силой тьмы. Пересвет — без доспехов, в схиме, с крестом и молитвой. Пали оба, но бессмертный колдун оказался смертным.
Перед Куликовской битвой русское войско увидело самое главное: тьма не всесильна. Это нужно запомнить и нам.
Роман Голованов
Вот как тайну этого боя раскрыл митрополит Митрофан Баданин. По его рассказу, Челубей прошёл тибетскую школу бон-по и владел боевой магией. Его выставили первым, чтобы ещё до Куликовской битвы сломить русское войско: у Мамая есть воин, которого невозможно победить.
Но Сергий Радонежский посылает вместе с Дмитрием Донским двух монахов на битву. Он отправляет их навстречу этой тёмной силе. Он даёт Пересвету не доспехи, а крест Христов, нашитый на схиме, и велит возложить её вместо золочёного шлема.
Посмотрите на две картины. У Михаила Авилова оба бойца закованы в железо, а Павел Рыженко раскрывает другой смысл. Челубей идёт в броне, а Пересвет — в великой монашеской схиме. Железо против креста, магия против молитвы, сила демона против человека, который отдал себя Христу.
По рассказу митрополита Митрофана, в Тибете помнят имя Пересвета. Его победа занесена в священную книгу как событие, нарушившее привычный ход вещей. Непобедимый был побеждён.
Антоний Великий говорил: «Где крестное знамение, там изнемогает чародейство и бездействует волшебство».
Старец Паисий Святогорец рассказывал о молодом тибетском колдуне. Дело было в Швеции. Православный священник дал колдуну крест. Тот стал вызывать духов, но они не смогли приблизиться, потому что крест оказался сильнее. Позже на Афоне этот человек попытался ударить Паисия ногой, но нога остановилась возле лица старца.
И вот моё предположение: проклятия, которыми Челубей пытался сломить русских, были матерной бранью. Потому что мат — это язык ада. Апостол Иаков пишет, что необузданный язык воспаляется от геенны, то есть от ада. Митрополит Митрофан называет мат антимолитвой, которая лишает человека благодатной помощи. А отец Андрей Ткачёв говорит ещё резче: мат — это бесовский лай и адские звуки, направленные ниже пояса.
Была такая история уже в наши дни. Бывший снайпер Николай Кравченко рассказывал, как его группа оказалась в окружении без патронов. Вместо привычного мата бойцы бросились на прорыв с криком: «Христос воскресе!» То есть пошли с молитвой. Все вышли живыми, а потом снайпер стал священником. Теперь он отец Николай. И он сам был уверен: пошли бы с матом — погибли бы все.
Теперь ещё раз посмотрите на поединок Пересвета и Челубея. Челубей выходит в доспехах, с проклятием и силой тьмы. Пересвет — без доспехов, в схиме, с крестом и молитвой. Пали оба, но бессмертный колдун оказался смертным.
Перед Куликовской битвой русское войско увидело самое главное: тьма не всесильна. Это нужно запомнить и нам.
Роман Голованов