Умом Россию не понять

С местными лодочниками можно договориться прокатиться по Волге за 2 тысячи рублей.

Такое золото на деревьях и утренний туман в Плёсе сохранится до конца октября. Так что поторопитесь.

Орнаменты легли на футболки и толстовки, сумки, косметички и платки. Это тот случай, когда сувенир из музея не пылится на стенке холодильника или на полке с бесполезными вещами.

Их иллюстрации легко узнать по сдержанной палитре и яркому акценту. За книгу «На Север. Путешествие вслед за чайкой» сестры получили «Золотое яблоко» на биеннале в Братиславе. Для «Смотри, Байкал!» они несколько лет ездили к озеру, жили в палатках и прошли маршруты сами – однажды у них даже стащила конфеты лисица, которая научилась открывать молнии на рюкзаках. А новая книга «Смотри: Урал!» стала путешествием по родному краю художниц.

Проект появился на месте советской турбазы «Юность» и сохранил дух места, но добавил авторский характер: дома отделаны ветровальной древесиной и топляком, поэтому здесь уютно и немного брутально.

Цены зависят от сезона: ориентир – от 9 000 ₽ за ночь, в высокий сезон может быть значительно дороже.

Порезался – «послюнявь». Гвоздь поймал – помажь. Что-то оторвало – ну, тоже попробуй, вдруг поможет. Помажь слюной, и всё пройдёт. На любую рану. Так нас лечили, так лечимся сами, и, честно говоря, до сих пор работает.

Елена называет свои работы современной мифологией. Личные переживания, культурный код и образы из глубин подсознания сплетаются в единую систему. Фарфор и керамика для неё – не просто материалы, а хранители памяти. Их хрупкость и долговечность превращают вещи в артефакты. Они выглядят как свидетельства мира, которого никогда не было, но который до боли знаком.

Сейчас народно-художественный промысел решил покорить хоккей. К открытию VOLGA Арены в Нижнем Новгороде, новой домашней площадки «Торпедо», «Хохлома» выпустила новую коллабу.

Когда-то здесь была маленькая деревня на Стромынском тракте – дороге возрастом почти 900 лет. В 1956-м Совет министров СССР решил создать в Черноголовке научный полигон Института химической физики. Место выбрали Николай Семёнов и Фёдор Дубовицкий: бывший военный полигон под эксперименты со взрывчаткой и ракетным топливом.

•••Прогуляться по «городу-саду» и найти «взрывные купола».
•••Увидеть «Сингулярность», муралы Романа Иванова и советские мозаики.
•••Пройти «планетарную тропу» – модель Солнечной системы в масштабе
1:1 500 000 000. Планеты сделаны из натуральных минералов.
•••Заглянуть в арт-резиденцию «Гало»: проекты на стыке искусства и науки, паблик-арт и выставки по городу.
•••Отдохнуть на Южном озере: особенно летом.

🩰Новая хореография. Под руководством Дягилева Фокин отказался от условных «па» в пользу выразительного, живого движения. Танец подчинялся драме, а не наоборот.
🩰Новая музыка. Стравинский писал так, что публика сначала скандалы устраивала – а потом аплодировала стоя.
🩰Новый зритель. Дягилев вывел балет из аристократических салонов на широкую публику.

Наследие живо – и не в музеях, а на сцене. В Перми уже много лет идёт «Дягилевский фестиваль», где классика встречается с самым смелым современным танцем.
А ещё по стране ездит Всероссийский фестиваль «Русский балет навсегда». Звёзды ведущих театров исполняют легендарные партии из дягилевских балетов.

Думаем, ребята точно вдохновились людьми, читающими в метро. А их, как нам кажется, с каждым годом все больше. И это круто!

Классная мотивация на чтение – собрали книжные полки россиян.
В СССР книги покупали чаще, чем читали. И это было логично: полка с корешками работала как ковёр на стене – не для тепла, а для ощущения, что «вот теперь все будут знать, что хорошо живем».
Книги были и вложением, и украшением, и обещанием себе: «Будет время – прочту».

Попробуйте объяснить иностранцу, что такое тоска. «Грусть», «печаль», «хандра» – всё не то. В английском есть melancholy, yearning, longing, но переводчики насчитали 66 эквивалентов, и ни один не передаёт суть. Набоков и Рильке считали тоску непереводимой. Иностранец кивает, но не понимает: потому что в его языке нет слова, которое вмещает это.

Философы это чувство не обошли. Бердяев писал: «В тоске есть надежда: в скуке – безнадёжность». Достоевский дал экзистенциальное отчаяние, Чехов – тоску от бессмыслия, Пушкин – русскую хандру. Набоков называл её «без всякой причины – самое острое душевное страдание».

Двое друзей, Яша и Бернар, сворачивают с шоссе и останавливаются в придорожном отеле «Роза». Утром выясняется: выехать невозможно – любая дорога возвращает их обратно. Постояльцы – курящий тигр, девушка в компании розовых зайцев, мужчина, превращающийся в пирамидку – начинают бесследно исчезать. За мистикой – история об одиночестве.

〰️Днепрогэс и Запорожье (1927–1932) — Виктор Веснин руководил проектом комплекса, ставшего символом индустриализации.
〰️Дворец культуры ЗИЛ в Москве (1930–1938) – один из самых знаменитых их проектов, шедевр мирового конструктивизма.
〰️Микрорайон «Сокол» в Москве – Леонид Веснин проектировал первые советские города-сады.
〰️Пресненский Мосторг (1927) – универмаг, где впервые в Москве так масштабно применили стекло и бетон.

Они не просто строили – они воспитывали новое поколение архитекторов. И доказали: город – это не кучная застройка, а живой организм, который можно проектировать заново.