Что в детской голове?
Как ребёнок учится понимать свои эмоции
Ребёнок не рождается со словарём чувств. Он ещё не знает слов «я злюсь», «мне страшно», «я расстроился». Но его тело уже умеет чувствовать: сжаться от страха, напрячься от злости, расслабиться рядом с тем, кому доверяешь.
Для маленького ребёнка эмоция — это целая волна. Накрыло — и кажется, что весь мир стал плохим. Он ещё не может просто взять и успокоиться по просьбе взрослого.
И здесь очень важен тот, кто рядом.
Первый «словарь эмоций» ребёнок получает от взрослого из обычной жизни:
— «Ты расстроился, потому что игрушка сломалась».
— «Тебе сейчас страшно, я рядом».
— «Ты очень злишься. Злиться можно, а бить нельзя».
Мы словно становимся переводчиками детских чувств: помогаем понять, что именно с ним происходит. И постепенно то, что раньше было просто огромной непонятной волной, получает имя и становится чуть более управляемым.
Так ребёнок учится не только понимать себя, но и замечать других: «Мама устала», «Мальчик расстроился», «Ей больно». Эмпатия тоже начинается с опыта: меня поняли — значит, я могу научиться понимать другого.
И поэтому ребёнку не нужно запрещать «неудобные» чувства. Злиться, ревновать, бояться, грустить можно. Чувство — это не поступок. Можно сердиться, но нельзя бить. Можно завидовать, но не обязательно отбирать. Можно плакать — и при этом оставаться хорошим.
А наша задача — помочь маленькому человеку постепенно разобраться в огромном мире, который сначала происходит у него внутри.
Как ребёнок учится понимать свои эмоции
Ребёнок не рождается со словарём чувств. Он ещё не знает слов «я злюсь», «мне страшно», «я расстроился». Но его тело уже умеет чувствовать: сжаться от страха, напрячься от злости, расслабиться рядом с тем, кому доверяешь.
Для маленького ребёнка эмоция — это целая волна. Накрыло — и кажется, что весь мир стал плохим. Он ещё не может просто взять и успокоиться по просьбе взрослого.
И здесь очень важен тот, кто рядом.
Первый «словарь эмоций» ребёнок получает от взрослого из обычной жизни:
— «Ты расстроился, потому что игрушка сломалась».
— «Тебе сейчас страшно, я рядом».
— «Ты очень злишься. Злиться можно, а бить нельзя».
Мы словно становимся переводчиками детских чувств: помогаем понять, что именно с ним происходит. И постепенно то, что раньше было просто огромной непонятной волной, получает имя и становится чуть более управляемым.
Так ребёнок учится не только понимать себя, но и замечать других: «Мама устала», «Мальчик расстроился», «Ей больно». Эмпатия тоже начинается с опыта: меня поняли — значит, я могу научиться понимать другого.
И поэтому ребёнку не нужно запрещать «неудобные» чувства. Злиться, ревновать, бояться, грустить можно. Чувство — это не поступок. Можно сердиться, но нельзя бить. Можно завидовать, но не обязательно отбирать. Можно плакать — и при этом оставаться хорошим.
А наша задача — помочь маленькому человеку постепенно разобраться в огромном мире, который сначала происходит у него внутри.