За каждой березой — чья-то жизнь.
Вчера мы стояли на священной земле — на Мемориале «Зеленый пояс Славы обороны Ленинграда». Вместе с отцом Прокопием приехали поклониться тем, кто не дал умереть нашему городу, кто вынес 872 дня ада, но не сдал Ленинград врагу.
Здесь, у рубежей обороны, высажено ровно 900 берез: по числу дней блокады. Каждое деревце — как свеча, как живая память о тех, кто остался в ледяном кольце.
Отец Прокопий пропел вечную память всем блокадникам от глада , хлада, и ран скончавшимся…
Мы читали молитву, и казалось, что ветер в ветвях вторит нам. Тот самый ветер с Ладоги, который когда-то приносил надежду.
Низкий поклон вам, защитники. Мы помним. Мы благодарны. Мы живы, потому что вы были.
Вчера мы стояли на священной земле — на Мемориале «Зеленый пояс Славы обороны Ленинграда». Вместе с отцом Прокопием приехали поклониться тем, кто не дал умереть нашему городу, кто вынес 872 дня ада, но не сдал Ленинград врагу.
Здесь, у рубежей обороны, высажено ровно 900 берез: по числу дней блокады. Каждое деревце — как свеча, как живая память о тех, кто остался в ледяном кольце.
Отец Прокопий пропел вечную память всем блокадникам от глада , хлада, и ран скончавшимся…
Мы читали молитву, и казалось, что ветер в ветвях вторит нам. Тот самый ветер с Ладоги, который когда-то приносил надежду.
Низкий поклон вам, защитники. Мы помним. Мы благодарны. Мы живы, потому что вы были.