Проблема алюминия: как России заработать на европейских запретах
Еврокомиссия готовит практически полный запрет на экспорт отходов, включая алюминиевый лом, в страны вне OECD. Переработка лома требует примерно на 95% меньше энергии, чем производство первичного алюминия, поэтому Брюссель хочет оставить этот ресурс европейским заводам. Основными покупателями лома выступали Китай (349 тыс. тонн, +17% год к году) и Индия (366 тыс. тонн).
Для азиатских производителей автокомпонентов, банок или литейных сплавов возникает выбор: платить больше за лом либо увеличивать долю первичного металла. В России ключевым производителем является «Русал», уже ориентирующийся на Азию. После ухода западных покупателей, в 2025 году на Азию пришлось уже 52% выручки против 43% годом ранее, причём один Китай дал 35% всей выручки компании. Европа сократилась до 16,4%.
В этом смысле европейская мера может работать в пользу российского производителя дважды. ЕС оставляет лом внутри себя и тем самым уменьшает собственную потребность в первичном алюминии — это для «Русала» минус. Но европейский рынок для компании и так быстро сжимается из-за санкционных и торговых ограничений. Зато в Китае и Индии исчезновение части вторсырья поддерживает цену и спрос на первичный металл, то есть именно тот продукт, который Россия всё активнее продаёт в Азии.
Но масштаб эффекта важно не преувеличивать. Китай — крупнейший производитель алюминия в мире, выпускающий десятки миллионов тонн первичного металла ежегодно. Потеря нескольких сотен тысяч тонн европейского лома сама по себе не создаст там дефицита алюминия. Она скорее слегка ухудшит экономику вторичной переработки и поддержит маржу первичного металла.
Индия гораздо сильнее зависит от импортного лома, а ОАЭ уже ограничили его экспорт.
Есть и риски: чем сильнее «Русал» зависит от Китая — уже 35% всей выручки — тем сильнее становится переговорная позиция китайского покупателя. Если европейский лом исчезает, это временно помогает российскому металлу. Но структурно компания всё глубже оказывается привязана к одному огромному рынку.
Нужно отметить, что в качестве посредника может возникнуть, кто бы сомневался, Турция. Потому что будущий запрет касается стран, не входящих OECD. Турция — член OECD. Следовательно, прямой экспорт европейского лома в Турцию формально остаётся возможным. Что в Анкаре уже поняли: поставки алюминиевого лома из ЕС в Турцию растут: за январь–май 2026 года они увеличились примерно с 34,7 до 40,6 тыс. тонн.
Российскому алюминию полезно особенно агрессивно заходить в Индию. Именно там европейский запрет лома может дать наиболее осязаемый эффект. При этом не отдавать российский лом наружу без необходимости. ЕС фактически показывает, что вторсырьё превращается в стратегический ресурс.
России логично делать то же самое — развивать сбор и сортировку собственного алюминиевого лома, перерабатывать его внутри страны и экспортировать уже металл или полуфабрикаты с большей добавленной стоимостью.
Еврокомиссия готовит практически полный запрет на экспорт отходов, включая алюминиевый лом, в страны вне OECD. Переработка лома требует примерно на 95% меньше энергии, чем производство первичного алюминия, поэтому Брюссель хочет оставить этот ресурс европейским заводам. Основными покупателями лома выступали Китай (349 тыс. тонн, +17% год к году) и Индия (366 тыс. тонн).
Для азиатских производителей автокомпонентов, банок или литейных сплавов возникает выбор: платить больше за лом либо увеличивать долю первичного металла. В России ключевым производителем является «Русал», уже ориентирующийся на Азию. После ухода западных покупателей, в 2025 году на Азию пришлось уже 52% выручки против 43% годом ранее, причём один Китай дал 35% всей выручки компании. Европа сократилась до 16,4%.
В этом смысле европейская мера может работать в пользу российского производителя дважды. ЕС оставляет лом внутри себя и тем самым уменьшает собственную потребность в первичном алюминии — это для «Русала» минус. Но европейский рынок для компании и так быстро сжимается из-за санкционных и торговых ограничений. Зато в Китае и Индии исчезновение части вторсырья поддерживает цену и спрос на первичный металл, то есть именно тот продукт, который Россия всё активнее продаёт в Азии.
Но масштаб эффекта важно не преувеличивать. Китай — крупнейший производитель алюминия в мире, выпускающий десятки миллионов тонн первичного металла ежегодно. Потеря нескольких сотен тысяч тонн европейского лома сама по себе не создаст там дефицита алюминия. Она скорее слегка ухудшит экономику вторичной переработки и поддержит маржу первичного металла.
Индия гораздо сильнее зависит от импортного лома, а ОАЭ уже ограничили его экспорт.
Есть и риски: чем сильнее «Русал» зависит от Китая — уже 35% всей выручки — тем сильнее становится переговорная позиция китайского покупателя. Если европейский лом исчезает, это временно помогает российскому металлу. Но структурно компания всё глубже оказывается привязана к одному огромному рынку.
Нужно отметить, что в качестве посредника может возникнуть, кто бы сомневался, Турция. Потому что будущий запрет касается стран, не входящих OECD. Турция — член OECD. Следовательно, прямой экспорт европейского лома в Турцию формально остаётся возможным. Что в Анкаре уже поняли: поставки алюминиевого лома из ЕС в Турцию растут: за январь–май 2026 года они увеличились примерно с 34,7 до 40,6 тыс. тонн.
Российскому алюминию полезно особенно агрессивно заходить в Индию. Именно там европейский запрет лома может дать наиболее осязаемый эффект. При этом не отдавать российский лом наружу без необходимости. ЕС фактически показывает, что вторсырьё превращается в стратегический ресурс.
России логично делать то же самое — развивать сбор и сортировку собственного алюминиевого лома, перерабатывать его внутри страны и экспортировать уже металл или полуфабрикаты с большей добавленной стоимостью.