#архиРоман
«Приключения француза в России»
Заграницей к тому времени я жила уже семь лет. Но ни один зарубежный воздыхатель даже мысли не мог допустить поехать со мной в Россию. Россия им казалось очень далекой и непонятной страной. Зато мне с ними потом все понятно было. Это была проверка. Поедет за мной, значит он — тот самый, который единственный и сложноповторимый
Чарльзу с Россией все было понятно.
«Там любят водку, сгущенку и говорят «на здоровье», — радостно охарактеризовал француз мой дом.
Он оделся в свой любимый кашемир, заполнил чемодан круассанами и поехал знакомиться с родителями.
«Как он себя чувствует», — осторожно спросила мама тщательно разжёвывая круассан и кивая на человека в свитере
«Я люблю холодно», — радостно ответил француз, пытаясь что-то разглядеть сквозь запотевшие стёкла очков
«Может у дяди Альберта в деревне валенки ему закажем», — неуверенно предложил папа, с интересом рассматривая лакированные туфли на тонкой подошве, «он как по сугробам в этих балетках ходить будет?»
Снега в том году и правда было много. Чарльз к слову хорошо был знаком с севером России, где даже недолго пожил в -50 градусов. С ненцами в чумах.
Поэтому, когда он увидел в прогнозе погоды, что в Уфе «всего-то» -20 решил для себя, что это тепло и свитера хватит.
Не хватило. На семейном собрании решено было француза переодеть. Дабы не смущать жителей города голым гигантом и не вызывать подозрения в его здравом уме и твёрдой памяти.
Помню наш поход в супермаркет. На Чарльзе папина куртка (что изначально была плащом) и валенки.
Француз и валенки — это была любовь с первого взгляда. Он носил их всегда и везде и горько плакал, когда я не разрешили забрать их в Париж
Валенки плакали тоже. Как в том супермаркете, где в тепле с мороза расслабились и потекли. Чарльза это не смущало. Он широко шагал за подарками и сувенирами для своих французских друзей. Водкой и мёдом. О том, что купил иностранец знал весь супермаркет. Его легко можно было по следам вычислить. Столько симметричных луж 47-го размера уборщица магазина ещё никогда не видела.
Так с Уфой и задружился, пройдя проверку)
«Приключения француза в России»
Заграницей к тому времени я жила уже семь лет. Но ни один зарубежный воздыхатель даже мысли не мог допустить поехать со мной в Россию. Россия им казалось очень далекой и непонятной страной. Зато мне с ними потом все понятно было. Это была проверка. Поедет за мной, значит он — тот самый, который единственный и сложноповторимый
Чарльзу с Россией все было понятно.
«Там любят водку, сгущенку и говорят «на здоровье», — радостно охарактеризовал француз мой дом.
Он оделся в свой любимый кашемир, заполнил чемодан круассанами и поехал знакомиться с родителями.
«Как он себя чувствует», — осторожно спросила мама тщательно разжёвывая круассан и кивая на человека в свитере
«Я люблю холодно», — радостно ответил француз, пытаясь что-то разглядеть сквозь запотевшие стёкла очков
«Может у дяди Альберта в деревне валенки ему закажем», — неуверенно предложил папа, с интересом рассматривая лакированные туфли на тонкой подошве, «он как по сугробам в этих балетках ходить будет?»
Снега в том году и правда было много. Чарльз к слову хорошо был знаком с севером России, где даже недолго пожил в -50 градусов. С ненцами в чумах.
Поэтому, когда он увидел в прогнозе погоды, что в Уфе «всего-то» -20 решил для себя, что это тепло и свитера хватит.
Не хватило. На семейном собрании решено было француза переодеть. Дабы не смущать жителей города голым гигантом и не вызывать подозрения в его здравом уме и твёрдой памяти.
Помню наш поход в супермаркет. На Чарльзе папина куртка (что изначально была плащом) и валенки.
Француз и валенки — это была любовь с первого взгляда. Он носил их всегда и везде и горько плакал, когда я не разрешили забрать их в Париж
Валенки плакали тоже. Как в том супермаркете, где в тепле с мороза расслабились и потекли. Чарльза это не смущало. Он широко шагал за подарками и сувенирами для своих французских друзей. Водкой и мёдом. О том, что купил иностранец знал весь супермаркет. Его легко можно было по следам вычислить. Столько симметричных луж 47-го размера уборщица магазина ещё никогда не видела.
Так с Уфой и задружился, пройдя проверку)