Сегодня единицы вспомнят писателя Алексея Новикова-Прибоя и его книгу "Цусима". А ведь эта историко-художественная эпопея может обогатить современные поколения бесценным опытом очевидца и участника Русско-японской войны.
Во время Цусимского сражения Новиков попал в плен. В лагере, куда его распределили, содержались команды со всех погибших и захваченных кораблей. Матросы охотно делились воспоминаниями, и у будущего писателя возник замысел — воссоздать пережитое на бумаге. Новиков начал аккуратно записывать каждую историю.
Вернувшись из плена, Алексей Силыч был вынужден скрываться за границей из-за участия в революционном движении. Записи о Цусиме он оставил дома — их спрятал брат.
Позже часть дневников пропала, их нашли через много лет в заброшенном улье. Настоящая детективная история!
Жизнь самого писателя — с её захватывающими подпольными приключениями, боевыми сражениями и морскими походами — точно достойна экранизации.
Новиков рассказывает, как геройски сражались простые матросы и офицеры, уже зная, что их корабль обречён, как страдали, вынужденные топить родной броненосец или крейсер, чтобы тот не достался японцам.
Самоотверженность, взаимовыручка, сила и отвага моряков в той войне должны стать примером для новых поколений. Мы обязаны сохранить память об их подвиге навсегда.
Однако очень важно — переосмыслить горький опыт этой войны. Анализируя описанные автором причины поражения, можно заключить, что они, скорее всего, стали толчком к краху Империи.
А причин поражения в войне было много: начиная от проблем с обеспечением и оснащением эскадры и заканчивая ошибками командования в бою.
Новиков откровенно пишет о каждом просчёте, не забывая даже о мелочах. К примеру, он отмечает, что неудачная окраска наших кораблей, в отличие от японских, делала их легко заметными на фоне волн. Или о том, что из-за отсутствия должной подготовки команды стрелков канонирам приходилось приобретать опыт уже в боевых условиях.
Плохо налаженная связь отражалась даже на строе кораблей, не говоря уже о действиях во время боя: "Некоторые суда, замедляя ход, наваливались на другие, не знавших об этом манёвре. Транспорты со снабжением плелись за эскадрой несуразной кучей. Какие-то суда выходили влево, другие — вправо. Эскадра сгрудилась, представляя из себя грандиозную мишень".
Автора поражало беспримерное равнодушие командующего Рождественского к разведке: "Эскадра шла вперёд буквально с завязанными глазами", — это приводило к неоправданно большим потерям.
Возмущали писателя безалаберность, безответственность, воровство, карьеризм, незаслуженное получение наград и чинов большой части офицерского состава, их высокомерие, заносчивость, презрение, жестокость по отношению к матросам и в то же время лесть и подхалимаж по отношению к высшим чинам.
Новиков сравнивал методы командования выдающегося флотоводца адмирала Макарова, которому противопоставил вице-адмирала Рождественского. Последний, хотя и был трудолюбив и честен, отличался огромным самомнением, деспотизмом и рукоприкладством, не терпел возражений, искоренял всякую инициативу и выстроил жёсткое централизованное управление.
Эта книга создана талантливым и неравнодушным человеком, который с горечью и душевной мукой описывает поражение в морском сражении у Цусимы, гибель кораблей, экипажей и пленение оставшихся в живых.
Новиков-Прибой предрекает: история повторится: "Как некогда Крымская кампания открыла всем глаза на то, что "так жить нельзя", вызвав брожение в умах и волну крестьянских восстаний, привела к отмене крепостного права, — так и нынешняя война неизбежно сменится эпохой перемен".
Сегодня уникальная эпопея "Цусима" звучит как никогда актуально. Её необходимо читать. Эта книга — жёсткий, но ценный урок-напоминание о том, как важно учиться на ошибках прошлого.
Natalia
Во время Цусимского сражения Новиков попал в плен. В лагере, куда его распределили, содержались команды со всех погибших и захваченных кораблей. Матросы охотно делились воспоминаниями, и у будущего писателя возник замысел — воссоздать пережитое на бумаге. Новиков начал аккуратно записывать каждую историю.
Вернувшись из плена, Алексей Силыч был вынужден скрываться за границей из-за участия в революционном движении. Записи о Цусиме он оставил дома — их спрятал брат.
Позже часть дневников пропала, их нашли через много лет в заброшенном улье. Настоящая детективная история!
Жизнь самого писателя — с её захватывающими подпольными приключениями, боевыми сражениями и морскими походами — точно достойна экранизации.
Новиков рассказывает, как геройски сражались простые матросы и офицеры, уже зная, что их корабль обречён, как страдали, вынужденные топить родной броненосец или крейсер, чтобы тот не достался японцам.
Самоотверженность, взаимовыручка, сила и отвага моряков в той войне должны стать примером для новых поколений. Мы обязаны сохранить память об их подвиге навсегда.
Однако очень важно — переосмыслить горький опыт этой войны. Анализируя описанные автором причины поражения, можно заключить, что они, скорее всего, стали толчком к краху Империи.
А причин поражения в войне было много: начиная от проблем с обеспечением и оснащением эскадры и заканчивая ошибками командования в бою.
Новиков откровенно пишет о каждом просчёте, не забывая даже о мелочах. К примеру, он отмечает, что неудачная окраска наших кораблей, в отличие от японских, делала их легко заметными на фоне волн. Или о том, что из-за отсутствия должной подготовки команды стрелков канонирам приходилось приобретать опыт уже в боевых условиях.
Плохо налаженная связь отражалась даже на строе кораблей, не говоря уже о действиях во время боя: "Некоторые суда, замедляя ход, наваливались на другие, не знавших об этом манёвре. Транспорты со снабжением плелись за эскадрой несуразной кучей. Какие-то суда выходили влево, другие — вправо. Эскадра сгрудилась, представляя из себя грандиозную мишень".
Автора поражало беспримерное равнодушие командующего Рождественского к разведке: "Эскадра шла вперёд буквально с завязанными глазами", — это приводило к неоправданно большим потерям.
Возмущали писателя безалаберность, безответственность, воровство, карьеризм, незаслуженное получение наград и чинов большой части офицерского состава, их высокомерие, заносчивость, презрение, жестокость по отношению к матросам и в то же время лесть и подхалимаж по отношению к высшим чинам.
Новиков сравнивал методы командования выдающегося флотоводца адмирала Макарова, которому противопоставил вице-адмирала Рождественского. Последний, хотя и был трудолюбив и честен, отличался огромным самомнением, деспотизмом и рукоприкладством, не терпел возражений, искоренял всякую инициативу и выстроил жёсткое централизованное управление.
Эта книга создана талантливым и неравнодушным человеком, который с горечью и душевной мукой описывает поражение в морском сражении у Цусимы, гибель кораблей, экипажей и пленение оставшихся в живых.
Новиков-Прибой предрекает: история повторится: "Как некогда Крымская кампания открыла всем глаза на то, что "так жить нельзя", вызвав брожение в умах и волну крестьянских восстаний, привела к отмене крепостного права, — так и нынешняя война неизбежно сменится эпохой перемен".
Сегодня уникальная эпопея "Цусима" звучит как никогда актуально. Её необходимо читать. Эта книга — жёсткий, но ценный урок-напоминание о том, как важно учиться на ошибках прошлого.
Natalia