Шел пятый день съемок новогоднего шоу для НТВ.
По традиции, я продюсировал его на коньяке.
На сцене Ирина Аллегрова репетировала «Свадебные цветы». На ней была царь-шуба, сшитая из защитников животных.

Я решил, пойду покурю. Вышел в коридор. Затянулся. И тут слышу вопли. Причем и мужские, и женские, и Аллегровой.
Вбегаю обратно. В павильоне запах горелого меха, а за спиной у Ирины Александровны полыхает двухметровое пламя.

— Что происходит? — спрашиваю.
По сценарию Аллегрова должна была сидеть в этой шубе на роскошном ледяном троне. Нам его трое суток высекал из ледяной глыбы какой-то склочный зодчий. Где трон?!!
— Коль, понимаешь, это трон и горит!
— Ледяной? У вас загорелся трон изо льда?
— Не совсем. В павильоне жарко. Он начал подтаивать. Ира сидит на нём и кричит: «У меня вся жопа мокрая!» Ну мы и решили облить его бензином и поджечь. Смотри, красота какая!
.