Колесница судеб. Рассказы и истории

Он обманул Муссолини, продал болото чикагским богачам — и умер нищим в сто один год

Джозеф Уэйл родился в Чикаго в 1875 году.

Работал официантом в дешёвом салуне, но быстро понял: на зарплату рыжую актрису кабаре не пригласить. А он любил рыжих. И вкусно поесть. И красиво одеться. На всё это нужны деньги.

Он познакомился с человеком, называвшим себя доктором. Тот изобрёл «средство от глистов»: дождевая вода, ликёр и кора крушины. Партнёры поехали по городам. Доктор давал объявление о бесплатной лекции. Собирались обыватели. Доктор рассказывал, что все болезни — от глистов.

Потом в зал вбегал Джо и бросался ему на шею:

— Спасибо! Думал, конец мне. Мигрень, чахотка, гастрит, ревматизм — умирал буквально. Но выпил ваш эликсир — и всё прошло. Даже рука отросла взамен ампутированной.
Он размахивал пачкой денег:

— Сколько у вас ящиков? Десять? Беру все!

— Погодите, — возмущались в зале. — Мы тоже хотим лечиться.
Эликсир расходился мгновенно. Мошенники ехали дальше.

Заработав на эликсире, Джо взялся за недвижимость. Купил болото у озера Мичиган. Открыл офис под названием «Мичиганский Элизиум». На стенах — фотографии теннисных кортов, охотничьих угодий, лужаек. Он умел пускать пыль в глаза.

— Я тут закрытый клуб организовал, — ронял он небрежно. — Только для приличных людей. Хотите, подарю участок?

— Неудобно как-то.

— Мне главное, чтобы соседи были респектабельные. А то понаедут всякие, начнут шуметь, праздники свои справлять. Зайдите завтра в контору, оформим дарственную.
Богачи приходили. Выяснялось: регистрация участка стоит триста долларов. Платили. Получали бумаги на кусок болота ценой в доллар.

Собрав деньги, Джо за одну ночь ликвидировал офис и уехал в Париж. Там развлекался с рыжеволосыми артистками кабаре. Вернулся полный сил и затеял главное дело.

Он узнал, что крупный банк из Мунси переезжает в Чикаго. Джо арендовал здание и открыл поддельный банк. Нанял бандитов, которые изображали клерков. Принимал вклады от наивных граждан. Потом продал одному мультимиллионеру земельные наделы банка за полмиллиона. Чистая прибыль составила четыреста тысяч — с учётом аренды и расходов на «персонал».

Этого показалось мало. Джо выписал себе от имеи мифического банка дорожные чеки по сто тысяч каждый. Взял пятерых друзей и снова уехал в Европу. Там компания сняла девушек. Джо выбрал рыжеволосую. Все отправились по ювелирным и меховым магазинам. Девушки выбирали подарки. Мужчины расплачивались чеками. Выглядели богато — американские туристы тогда считались самыми платёжеспособными. Продавцы давали сдачу наличными.

По легенде, перед войной Джо приехал в Италию, добился аудиенции у Муссолини и продал ему права на разработку медных рудников в Колорадо. Рудники существовали только на поддельной карте. По поздним оценкам, эта афера могла принести около двух миллионов долларов — хотя документальных подтверждений сделки нет.

В его биографии хватало самых разных афер: то он продавал поддельных породистых собак, то устраивал фиктивные казино, то торговал ложными сведениями о скаковых лошадях. По подсчётам биографов, за всю свою карьеру он заработал порядка восьми миллионов долларов. Но когда Джо решил попробовать жить по-честному и стать настоящим бизнесменом, ничего не вышло: зарабатывать законным путём у него просто не получалось.

Он дожил до ста одного года и умер в доме престарелых — без денег, нищим. И всё же сам Уэйл не считал свою жизнь неудавшейся.

Его слова звучат почти как девиз: «Деньги нужны были мне не ради денег, а ради удовольствий, которые на них можно купить. Я прожил восхитительную жизнь и ни о чём не жалею».

При этом он старался не трогать бедных и никогда не забирал у людей последнее. В его жизни было всё, что вообще можно купить за деньги: роскошь, приключения, красивые женщины, свобода от скучных правил.

Про Джо Уэйла сняли фильм «Афера» — он стал одним из прототипов главного героя.

А вы бы рискнули прожить такую жизнь — яркую, но вне закона?

#КолесницаСудеб #ДжоУэйл #истории

💌 Новый промокод!
Дополнительная скидка 15% на товары Чистая Линия на Ozon

✅ Промокод — 15PUREL
Действует на каждый заказ без минимальной суммы

Реклама. ООО "АРНЕСТ ЮНИРУСЬ", ИНН 7705183476 erid: 2RanykcA66w

Заметался пожар голубой,
Позабылись родимые дали.
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.

Был я весь — как запущенный сад,
Был на женщин и зелие падкий.
Разонравилось пить и плясать
И терять свою жизнь без оглядки.

Мне бы только смотреть на тебя,
Видеть глаз злато-карий омут,
И чтоб, прошлое не любя,
Ты уйти не смогла к другому.

Поступь нежная, легкий стан,
Если б знала ты сердцем упорным,
Как умеет любить хулиган,
Как умеет он быть покорным.

Я б навеки забыл кабаки
И стихи бы писать забросил.
Только б тонко касаться руки
И волос твоих цветом в осень.

Я б навеки пошел за тобой
Хоть в свои, хоть в чужие дали…
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.

________
Сергей Есенин
Заметался пожар голубой

#осень #стихи #Есенин #поэзия

Они любили друг друга почти четырнадцать лет. Более тысячи писем. И ни одного свидания

Надежда фон Мекк была вдовой железнодорожного магната — богаче многих аристократок России. Пётр Чайковский был тридцатишестилетним преподавателем Московской консерватории. Талантливым, но без денег. В 1876 году фон Мекк услышала его «Бурю» и решила: этому человеку нельзя размениваться на уроки. Она назначила ему ренту — шесть тысяч рублей в год, целое состояние. С одним условием: они никогда не встретятся.

Чайковский согласился. Так началась переписка, которая продлится почти четырнадцать лет и насчитает более тысячи двухсот писем.

Сначала о деле. Потом тон изменился. «Дорогой, несравненный друг мой» — так начинала она. «Горячо целую ваши руки» — так заканчивал он. Они обсуждали музыку, книги, судьбу, страхи. Она писала о детях, о болезнях, о тоске. Он отвечал исповедями, которых не доверял никому.

Четвёртую симфонию он посвятил ей. По её просьбе — без имени. На партитуре стояло: «Моему лучшему другу».

Они не встречались. Дважды их пути пересеклись случайно: на дороге в её имении экипажи разъехались, оба раскланялись и проехали мимо. Во флорентийском театре Чайковский разглядывал её в бинокль, но не подошёл. Она объяснила: «Чем больше я очаровываюсь Вами, тем больше боюсь знакомства». Боялась, что живой человек разрушит образ.

В 1877 году Чайковский женился. На бывшей ученице Антонине Милюковой — чтобы пресечь слухи о своей личной жизни. Фон Мекк сгорала от ревности. Брак оказался катастрофой: через несколько недель Чайковский сбежал от жены за границу. В письмах к фон Мекк он описывал женитьбу как помешательство. Она поддерживала его, как могла.

А потом пришло письмо. Сентябрь 1890 года. Короткое, сухое, после тринадцати лет нежных посланий. Фон Мекк писала, что разорена и больше не может помогать. В конце стояло: «Вспоминайте меня иногда».

Дело было не в деньгах — к тому моменту Чайковский зарабатывал достаточно. Он ответил: «Неужели Вы считаете меня способным помнить о Вас только, пока я пользовался Вашими деньгами?» Просил продолжать переписку. Она не ответила. Три года он не мог этого забыть — не потерю ренты, а потерю друга.

Перед смертью он помирился с ней — через её дочь. В сентябре 1893 года попросил передать, что страдает от разрыва и сожалеет обо всём. Фон Мекк ответила: «Мои чувства к нему никогда не менялись. Он навсегда останется моим лучшим и любимым другом». Чайковский, услышав это, сказал: «Я помирился с мадам фон Мекк. Я так счастлив!»

Через два месяца он умер от холеры. Она пережила его на два месяца.

Что страшнее — потерять любимого человека или никогда его не увидеть?

#Чайковский #НадеждаФонМекк #КолесницаСудеб #судьбылюдей

Чему бы жизнь нас ни учила
Но сердце верит в чудеса:
Есть нескудеющая сила,
Есть и нетленная краса.

И увядание земное
Цветов не тронет неземных,
И от полуденного зноя
Роса не высохнет на них.

И эта вера не обманет
Того, кто ею лишь живёт,
Не всё, что здесь цвело, увянет,
Не всё, что было здесь, пройдёт!

Но этой веры для немногих
Лишь тем доступна благодать,
Кто в искушеньях жизни строгих,
Как вы, умел, любя, страдать.

Чужие врачевать недуги
Своим страданием умел,
Кто душу положил за други
И до конца всё претерпел.

Ф. Тютчев, 1870г.

Она ворчала на весь Союз

Старуха Шапокляк знакома каждому. Вредная, эксцентричная, с крысой Лариской в ридикюле. Внешность для неё художник Леонид Шварцман взял у собственной тёщи — Нины Францевны Домбровской.

Вот она на фото. Разве это Шапокляк? Польская красавица начала XX века. Образованная барышня, знала несколько языков, преподавала в спецшколе. Среди её учеников был Василий Сталин.

Шварцман отталкивался от слова Шапокляк — складной цилиндр, шляпа XIX века. Значит, рассуждал он, и героиня должна быть не советской бабушкой в платочке, а европейской дамой. Жабо, рюши, манжеты. «Ушедший символ имперской интеллигенции».

Но чего-то не хватало. Художник смотрел на тёщу и понял: седого пучка на затылке. Добавил. Потом удлинил нос, подбородок — и интеллигентная старушка превратилась в шкодную, мультяшную особу.

В жизни Нина Францевна была хорошо воспитана и начитана. Но характер — это уже отдельная история.

Как думаете — обидно ли тёще, что её запомнили такой?

#КолесницаСудеб #Шапокляк #Мультфильмы #История

1886 год. В Японии выходит русский роман. В переводе название звучит так: «Плачущие цветы и скорбящие ивы. Последний прах кровавых битв в Северной Европе».

Книжка тонкая. Страниц сто пятьдесят.

Переводчик Мори Тай объяснил: в оригинале было «много лишнего». Он взял на себя смелость «чуть-чуть» подсократить.

Так Япония узнала «Войну и мир».

#КолесницаСудеб #Толстой #Япония #История

Николай I топнул ногой. А Ротшильд даже не повысил голоса

XIX век. Абсолютная монархия. Император Всероссийский Николай I. Его слово — закон. Армия — самая большая в Европе. За косой взгляд — Сибирь.

А где-то в Париже живёт Александр Герцен. Дворянин, философ, эмигрант и главный критик режима. Уехал в Европу и возвращаться не собирается.

Николай решил наказать беглеца рублём. Объявил изгнанником, лишил прав состояния, наложил арест на капиталы. Включая облигации Московской сохранной казны, которые Герцену переписала мать.

Царь потирает руки: без маминых денег Сашенька в Париже быстро заскучает по берёзкам.

Но Герцен пошёл не в полицию. Он пошёл к барону Джеймсу Ротшильду. Главе парижского банкирского дома. Человеку, который спонсировал половину европейских правительств.

— Барон, у меня есть русские бумаги. Обналичите?

— Без проблем.

Ротшильд выдал деньги. А потом отправил в Петербург официальный запрос: извольте выплатить по облигациям.

В Петербурге — шок. Николай топает ногами: не платить! Герцен — экстремист! Министр финансов пишет вежливый отказ: «Возникли секретные политические обстоятельства…»

Ротшильд ответил. Если вы не платите по своим облигациям, вы банкрот. А раз банкрот — кредитов больше не будет. И он расскажет всем на бирже, что русскому царю нельзя верить.

Шах и мат.

Без европейских займов экономика империи могла сложиться как карточный домик.

Николаю пришлось проглотить обиду. Секретные указы порвали. Аресты сняли. Россия выплатила всё до копейки, с процентами.

А Герцен остался в Лондоне с полными карманами. Через два года открыл Вольную русскую типографию. Начал издавать «Колокол» — журнал, который ещё много лет портил нервы царской цензуре.

Николай I усвоил урок: самодержавие самодержавием, а кредитная история должна быть идеальной.

#КолесницаСудеб #Ротшильд #Герцен #История

«Вы очень похожи на Райкина», — сказал грузин

Аркадий Райкин много гастролировал в Москве и всегда селился в одном номере гостиницы «Москва». Однажды он сказал сыну Константину, что сможет перевоплотиться в официанта так, что никто его не узнает. Константин не поверил. Поспорили.

Райкин надел узкий пиджак, короткие брюки, придал себе небрежный вид и отправился разносить заказы. В первом номере две дамы беседовали. Они скользнули по Райкину взглядом и продолжили разговор. Обычный официант.

А вот в следующем номере жил грузин. Он вцепился в Райкина взглядом и не отпускал. Как тот ни держался профессионально равнодушно, гость следил за каждым движением. Потом не выдержал:

— Скажите, вам никто не говорил, что вы очень похожи на Райкина?

— Говорили, — ответил Аркадий Исаакович. — Меня даже в шутку называют Райкиным.

— И вы никогда его не видели?

— Нет.

Грузин полез за деньгами:

— Обязательно сходите на его концерт. Вам повезло — он как раз здесь на гастролях!

Спор закончился вничью. А вечером Райкин сидел в первом ряду и увидел грузина. Тот торчал перед глазами весь спектакль. На поклоне Райкин не удержался и подмигнул.

И с грузином случилось страшное. Он вскочил, стал хватать соседей за руки и бешено вращать глазами, что-то рассказывая. Соседи нервно выдёргивали руки. Никто не поверил, что грузина за завтраком обслуживал сам Райкин.

Из воспоминаний Константина Райкина.

#КолесницаСудеб #Райкин #Театр #истории #театральныебайки

«Пляши», — сказал Толстой

Осенью 1897 года Татьяна Толстая написала отцу, что хочет замуж. Лев Николаевич ответил длинным письмом. Рассказал, как дядя Серёжа был с братом Николаем у цыган. Николай пил и пускался плясать. Неуклюже, скверно — не к лицу серьёзному человеку. Все смеялись и будто одобряли. А Серёжа сказал убитым голосом: «Пляши». И опустил голову, чтобы не видеть этого безобразия.

Толстой и дочери отвечает так же. Он не может запретить. Он может только сказать: «Пляши». И надеяться, что после она придёт в себя — вернётся к тому состоянию, в котором должна быть.

Татьяна вышла замуж через два года. В 1899-м, в тридцать пять лет. За Михаила Сухотина, предводителя дворянства. Сорок девять лет, второй брак.

Толстой записал в дневнике: «Что за жалкое и ничтожное существо. Особенно поразительно потому, что внешне даровитое».

Но Сухотин прижился. Толстой признал неправоту и написал зятю: «Хочется ещё вам сказать, что я вас люблю не только как мужа любимой Тани, но и за вас — за ваш милый характер и своеобразную мягкую твёрдость».

На снимке — Татьяна Львовна с мужем Михаилом Сергеевичем Сухотиным.

#КолесницаСудеб #Толстой #История #Семья

Кто шил вам этот костюм? 🤨

1940 год. Латвия только что стала советской. Леонид Утёсов приехал в Ригу. Пришёл к знаменитому еврейскому портному — заказать костюм.

— Но учтите, я в Риге всего три дня.

— Вы получите костюм завтра, — ответил портной.

— Как вы успеете? — удивился Утёсов.

— У нас ещё нет планового хозяйства.

Утёсов показал на свой лучший костюм, надетый по случаю «заграничного» вояжа.

— Хотелось бы, чтобы новый выглядел не хуже.

Портной обошёл артиста, осмотрел каждый шов, каждую складку.

— Кто вам шил это?

— Зингер, — сказал Утёсов. Он назвал известного московского закройщика.

— Меня не интересует фамилия, — отрезал портной. — Я спрашиваю, кто он по профессии?

Портной не спросил фамилию — она ему ничего не говорила. По швам он видел: этот Зингер шить не умеет.

#КолесницаСудеб #Утёсов #История #Юмор

Как Карпов играл в шахматы в чебуречной

Ленинград, начало 1980-х. Чебуречная на шестой линии Васильевского острова. Анатолий Карпов зашёл перекусить. Взял три чебурека, томатный сок, сел у окна.

За соседним столиком двое играли в шахматы. Дед в ватнике, борода всклокочена. Рядом — парень с зеленоватым лицом, напарник по игре. На столе стояла миска со сметаной. Рядом — алюминиевые вилки, которыми они по очереди вылавливали пельмени. Из-за пазухи парень то и дело доставал портвейн, разливал по стаканам.

— Не дрейфь, — громко говорил дед, глядя на буфетчицу. Распивать в чебуречной запрещалось.

Карпова никто не узнавал. Он смотрел партию. Играли без часов. Позиция казалась чемпиону незнакомой.

Минут через десять старик выиграл. Парень полез за мелочью и отсчитал рубль. Дед спрятал его в карман. Парень разлил остатки, поставил бутылку на пол. На полу уже стояли две пустые.

— Сходи-ка ещё за одной, — попросил дед. Стали скидываться. Юноша ушёл.

Карпов решил подшутить:

— Не желаете партию?

— Охотно. Только я на интерес.

— Сколько?

— Червонец.

По тем временам — сумма. Карпов решил: выиграет — денег не возьмёт. Признается, кто он. И подарит старику книжку своих дебютов. Она была с собой.

— Годится.

Пересел. Доска истёрта до неразличимости, нумерация обновлена шариковой ручкой. Вместо чёрной ладьи — пуговица. Старик зажал две пешки в пальцах с жёлтыми ногтями. Карпову выпало играть белыми.

— Ну-с, приступим.

Пошёл Е4. Противник допил вино, ответил Е5.

После десятого хода Карпов нахмурился. Так с ним играли немногие.

Через двадцать минут вернулся юноша с бутылкой. Взглянул на доску — и всё понял. Карпов потерял ферзя, отчаянно спасал короля. Старик потребовал вина. Гонец откупорил зубами. Через три минуты — развязка.

— Рассчитаемся?

Карпов сидел оглушённый. Вытащил десятку, сглотнул, пригладил волосы.

— Ещё?

Кивнул. Расставил фигуры.

В одной партии дед зевнул ферзя. Карпов выиграл.

К концу десятой партии Карпов очнулся. Огляделся. «Господи, что я здесь делаю и кто все эти люди?» Из десяти партий он проиграл семь, одну свёл вничью.

Встал, шатаясь. Рассчитался.

— Неплохо, паренёк, — похвалил старик, пряча выигрыш.

Пожали руки. Карпов побрёл к двери. На улице моросило. В руке — книжка с дебютами. Он положил её в урну и пошёл к метро. Больше на деньги он не играл никогда.

Эта история гуляет по сети. Карпов действительно бывал в чебуречных, но конкретный сюжет с дедом и семью проигранными партиями — скорее всего, чей-то литературный вымысел. Но байки хороши не точностью, а духом времени. А здесь он есть.

#КолесницаСудеб #Карпов #Шахматы #История

У них было 22 ребёнка и кондитерская империя, которую сегодня знают как концерн «Бабаевский». Но главным они считали не деньги

Алексей и Агриппина Абрикосовы владели кондитерской империей.
Фабрика, сеть магазинов, сахарный завод, собственный банк и страховая компания.

«Конфетный король» Российской империи — так называли Алексея Ивановича.

Но когда в 1899 году они отмечали золотую свадьбу, за стол сели 150 прямых потомков. Не партнёры, не чиновники — дети, внуки, правнуки.

О своих рабочих Абрикосовы думали в первую очередь. Для них построили общежитие, организовали бесплатные обеды, а для их детей открыли детский сад.

Агриппина Александровна родила мужу 22 ребёнка. В 1889 году она учредила родильный приют на Миусском поле. Первый частный роддом в Москве.

Двести мест, лучшие врачи, приём для всех рожениц — независимо от сословия. Детская смертность там составляла всего 1%, что по тем временам казалось недостижимым. Каждую неделю Агриппина приезжала к роженицам с подарками.

Семья поддерживала и просто нуждающихся. Социальные столовые. Детский сад для беспризорных на 150 мест. Психиатрическая лечебница — сейчас это больница имени Алексеева. Одно из зданий Московской консерватории.

А ещё Абрикосовы выпускали пасхальные шоколадные яйца с сюрпризом внутри. За сто лет до «Киндер-сюрприза».

#КолесницаСудеб #Абрикосовы #История #Меценаты

28 сентября 1803 года в Париже родился Проспер Мериме. Писатель, автор «Кармен».

Переводчик Пушкина, Гоголя, Тургенева. И человек, который больше четверти века служил главным инспектором исторических памятников Франции.

Он ездил по стране, осматривал старые здания, добивался их сохранения. В 1840 году по его инициативе составили список памятников, которым нужна была государственная помощь. Без него многие из них давно бы исчезли.

А начинал Мериме с мистификаций. В 1825 году издал пьесы под именем испанской актрисы Клары Газуль. Актрисы не существовало. Себя Мериме представил переводчиком её сочинений. Через два года вышел сборник «Гузла» — якобы народные песни балканских славян. Песни он написал сам. Некоторые из них попали к Пушкину и вошли в «Песни западных славян».

Потом Мериме увлёкся русской литературой. Выучил язык. В 1849 году перевёл «Пиковую даму». В 1853-м — «Ревизора». С Тургеневым они дружили и переписывались. После смерти Мериме Тургенев писал, что тот «положительно благоговел перед Пушкиным».

Но даже благоговение не спасло от конфуза. Фразу «Томский закурил трубку, затянулся и продолжал» Мериме понял так, будто герой затянул пояс. Ошибку заметил Лев Пушкин, брат поэта. В следующем издании Мериме её исправил.

«С тех пор, как я заставил человека затянуть кушак вместо того, чтобы закурить, я недоверчиво отношусь к своим переводам», — признавался он в письме.

#КолесницаСудеб #Мериме #История #Литература

Поспевает брусника,
Стали дни холоднее,
И от птичьего крика
В сердце только грустнее.

Стаи птиц улетают
Прочь, за синее море.
Все деревья блистают
В разноцветном уборе.

Солнце реже смеется,
Нет в цветах благовонья.
Скоро Осень проснется
И заплачет спросонья.

________
Константин Бальмонд
Осень
1899 г.

Вы как в кино гад, так и в жизни

Виктор Павлов сыграл бандита Мирона Осадчего в «Адъютанте его превосходительства». Роль запомнилась зрителю настолько, что актёру пришлось расплачиваться за неё в обычной очереди.

После премьеры фильма он стоял в магазине. Очередь небольшая, человека четыре. Девушка лезет без очереди.

Павлов ей культурно:

— Я вас пропущу, но зачем впереди бабушек лезть?

Девушка обернулась и выдала:

— Вы как в кино гад, так и в жизни.

#КолесницаСудеб #ВикторПавлов #Кино #История