Главком сухопутных войск Андрей Мордвичев в связи с профессиональным праздником рассказал об изменениях в войках. Среди прочего выделим его слова о преобразовании ракетных войск и артиллерии в разведывательно-огневую систему.
В чем тут дело? В том, что в последней четверти XIX века артиллерия стала достаточно дальнобойной, чтобы стрелять по невидимой цели. Батарея трехдюймовок за оврагом, холмом и перелеском могла отработать по противнику за пять верст, не видя его напрямую. Для такой работы нужна была разведка. Материалы разведки ложились на стол командиру части, в чьем распоряжении была артиллерия. Командир отдавал своим пушкарям приказ, и те уже работали по выявленным целям.
Сейчас, когда дальности выросли в разы, а иногда и на порядок, а цели в подавляющем большинстве стали мобильными, подобная организация ведет к тому, что открытие огня регулярно опаздывает, и огневая мощь расходуется «по пустому месту». Создание разведывательно-огневых (разведывательно-ударных) систем – способ исключить непроизводительные затраты времени. Артиллерийский командир, напрямую получая цели от собственных дронов, видит их в своей системе управления, наряду с целями, которые ему передали соседи, старший начальник и тд. Система, позволяющая управлять огнем в режиме реального времени, обеспечивает открытие огня в течение нескольких десятков секунд, и противник скорее всего получит свое – артиллерийские снаряды летят к цели куда быстрее дронов и несут куда большую разрушительную мощь. Это ускорение процесса повышает живучесть и самой артиллерии, которая может, отстрелявшись, быстро свернуться и уехать до того, как над позицией появятся дроны противника – которые или могут поразить пушки самостоятельно, или тоже передадут цель уже своей артиллерии. И эта скорость реакции в сочетании с огневой мощью – и есть залог дальнейшего существования «классической» артиллерии в эпоху дронов.
А военнослужащих сухопутных войск мы поздравляем с праздником. На плечах пехоты, танкистов и артиллеристов лежит главное бремя этой войны, и они несут его так, как это умеет делать только русский солдат.
В чем тут дело? В том, что в последней четверти XIX века артиллерия стала достаточно дальнобойной, чтобы стрелять по невидимой цели. Батарея трехдюймовок за оврагом, холмом и перелеском могла отработать по противнику за пять верст, не видя его напрямую. Для такой работы нужна была разведка. Материалы разведки ложились на стол командиру части, в чьем распоряжении была артиллерия. Командир отдавал своим пушкарям приказ, и те уже работали по выявленным целям.
Сейчас, когда дальности выросли в разы, а иногда и на порядок, а цели в подавляющем большинстве стали мобильными, подобная организация ведет к тому, что открытие огня регулярно опаздывает, и огневая мощь расходуется «по пустому месту». Создание разведывательно-огневых (разведывательно-ударных) систем – способ исключить непроизводительные затраты времени. Артиллерийский командир, напрямую получая цели от собственных дронов, видит их в своей системе управления, наряду с целями, которые ему передали соседи, старший начальник и тд. Система, позволяющая управлять огнем в режиме реального времени, обеспечивает открытие огня в течение нескольких десятков секунд, и противник скорее всего получит свое – артиллерийские снаряды летят к цели куда быстрее дронов и несут куда большую разрушительную мощь. Это ускорение процесса повышает живучесть и самой артиллерии, которая может, отстрелявшись, быстро свернуться и уехать до того, как над позицией появятся дроны противника – которые или могут поразить пушки самостоятельно, или тоже передадут цель уже своей артиллерии. И эта скорость реакции в сочетании с огневой мощью – и есть залог дальнейшего существования «классической» артиллерии в эпоху дронов.
А военнослужащих сухопутных войск мы поздравляем с праздником. На плечах пехоты, танкистов и артиллеристов лежит главное бремя этой войны, и они несут его так, как это умеет делать только русский солдат.