Каждую субботу я приходила к могиле мужа. Но в этот раз там уже стоял незнакомец…
После смерти Сергея я каждую субботу приезжала на кладбище во Владимире. Мы прожили вместе тридцать шесть лет, и мне казалось, что за это время у нас не осталось друг от друга никаких тайн.
Но в то октябрьское утро возле его могилы стоял незнакомый мужчина лет тридцати пяти. Увидев меня, он заметно побледнел, быстро поставил на плиту белые розы и ушёл между рядами памятников.
Я подошла ближе и увидела маленькую записку:
«Спасибо, что все эти годы был мне отцом. Андрей».
Я перечитала её несколько раз.
У Сергея не было сына по имени Андрей.
Дома я впервые после похорон открыла его письменный стол. В нижнем ящике нашла банковские выписки. Почти двадцать лет муж каждый месяц переводил деньги одной женщине из Мурома — Наталье Воронцовой.
А под выписками лежала старая фотография.
На ней Сергей держал за руку маленького мальчика.
На обороте его почерком было написано:
После смерти Сергея я каждую субботу приезжала на кладбище во Владимире. Мы прожили вместе тридцать шесть лет, и мне казалось, что за это время у нас не осталось друг от друга никаких тайн.
Но в то октябрьское утро возле его могилы стоял незнакомый мужчина лет тридцати пяти. Увидев меня, он заметно побледнел, быстро поставил на плиту белые розы и ушёл между рядами памятников.
Я подошла ближе и увидела маленькую записку:
«Спасибо, что все эти годы был мне отцом. Андрей».
Я перечитала её несколько раз.
У Сергея не было сына по имени Андрей.
Дома я впервые после похорон открыла его письменный стол. В нижнем ящике нашла банковские выписки. Почти двадцать лет муж каждый месяц переводил деньги одной женщине из Мурома — Наталье Воронцовой.
А под выписками лежала старая фотография.
На ней Сергей держал за руку маленького мальчика.
На обороте его почерком было написано: