Марьяна Наумова

ОСЕНЬ РУССКОГО ПРИГРАНИЧЬЯ: ГАРАЖНЫЙ ФРОНТ
Первую часть «Сезон охоты на саранчу» читайте здесь.

Ливень превратил просёлок в сплошной поток грязи, наша Таха даже пару раз опасно вильнула, но отец удержал тяжёлую машину. Минут через двадцать впереди проступили глухие очертания старого ангара.
Пикап барсиков нырнул под покосившуюся железную крышу, мы заехали следом.
— Глуши! – крикнули откуда-то сбоку. Мы заглушили мотор, и в наступившей тишине было слышно только, как дождь сплошной стеной хлыщет по ржавому железу кровли.
В глубине помещения горела тусклая переноска, у верстака копошились двое.
— О, Седой приехал! — подал голос плотный мужик в замасленном комбинезоне поверх флиски, и отложив в сторону паяльник, повернулся к нам.
— Ну как?
— Минус один, Михалыч чётко отработал, — Седой тяжело вздыхая стащил с себя мокрый бронежилет. — Тепляк залило, стёкла в грязи. Давай, шамань, а то до рассвета ещё пара часов...
Это место мужчины из "БАРС САРМАТ" уважительно называют лабораторией. Я представляла себе что-то белое и стерильное, где ходят умные люди в очках, а это оказался обычный полуразрушенный гараж на старой деревенской автобазе.
Здесь работают те, кого на фронте уважительно зовут инженерами и технарями. До начала СВО Саныч чинил иномарки в Белгороде, а его напарник, молодой парень с позывным «Чип» — студент-радиоэлектронщик, пришёл в БАРС добровольцем после того, как прилетело родительскому дому...
Я подошла к верстаку. На нём вперемешку лежали разобранные платы, антенны, медная фольга, мотки проводов, обгоревшие куски сбитых украинских «птиц» и новенькие детали.
— А модная турель с монитором - ваша работа? — спросила я, кивнув на пикап, где Михалыч уже протирал тряпкой стволы ПКТ.
— Наша, — улыбнулся Саныч. — Понимаешь, Марьяна, обычным прицелом, да ещё ночью, попробуй поймай этот «комар», когда он чуть над полем летит. Только на ощупь. А мы взяли тепляк, вывели сигнал на монитор, приварили спарку ПКТ на станок, пристреляли. Теперь стрелок стоит ровно, держится за рукоятки, перед ним экран, как в компьютерной игре. Только жизнь и смерть вокруг настоящие.
— А электроспуск на ПКТ как поставили? — со знанием дела подал голос отец.
— Электроспуск от БМП взяли, питание перепаяли под два аккумулятора, — тихо отозвался Чип, не отрывая взгляда от паяльника. — Нам сейчас главное РЭБ настроить. Вон, гляньте, — он показал на угол верстака, где стояла странная конструкция, похожая на связку металлических ромашек.
— Это наша глушилка. Рубит частоты, на которых их ночные FPV ходят. Как дождь стихнет, они сто процентов за нашими пикапами охоту откроют. Пикап без РЭБа — это братская могила на колёсах.
Михалыч принёс с пикапа залитый грязью тепловизор, Саныч тут же начал просушивать линзы феном, а где-то в углу уже зашумел чайник.
— Чай, кофе?
На слове чай я кивнула. Седой налил в кружку крепкий чай и протянул мне, горячий фарфор приятно обжог ладони.
— Тяжело? — тихо спросила я Седого, глядя на его уставшее лицо.
— Тяжело, Марьяна, - ответил он, сделав глоток. — Война изменилась. Раньше мы против людей воевали, а теперь — против железа, людей вообще не видим. Но за каждой железной птицей с той стороны всё равно сидит человек, и совсем не дурак. А значит, мы должны быть быстрее и хитрее. Вот, ребята за ночь успевают платы перепаять под новые частоты, которые мы только вчера нащупали. Это тоже фронт, понимаешь? Гаражный фронт. Без которого наш пикап в поле — просто мишень для врага.

Рация на поясе Седого внезапно зашипела.
«Первый, я Третий. Готовы? Пошла вторая волна...»
Саныч молча передал просушенный тепловизор Михалычу.
— По коням...
Мы проглотили чай и загрузились в машины.
Дождь затих, до рассвета два часа, и наша смена ещё не закончилась…

Военкор Марьяна Наумова
«Хроники нового Неба»

Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.

АВДЕЕВКА - СЛАВА БОГУ, МЫ В РОССИИ:
"Мы с четырнадцатого года ждали. Ясиноватая рядом, Донецк рядом, а мы не можем туда попасть...
Мы решили никуда не уезжать, у меня семья, дети, двое внучек. Переживали тут, от и до. Внучку меньшую прятали, говорили всем, что она уехала, потому что забирали детей.
Я тут родилась, прожила семьдесят лет, и слава Богу, что мы теперь в России, что нас освободили, что нас приняли.
С Божьей помощью всё, Господь нам помогает. С нашего района все здесь, почти никто не уехал, все выходят, помогают, народ созидатель. Война идёт, и у нас всё делается. Люди, которые остались, они восстановят город, он будет ещё краше, чем был..."
В многострадальной Авдеевке наступило долгожданное затишье, фронт отодвинулся на десятки километров и понемногу началось восстановление.

О том, как это было, смотрите наш сюжет "МЫ ЖИВЫ" №286 от 07 октября 2024 года.
На двое октябрь 2026-го, и мы продолжаем работать в Новороссии и русском военном приграничье.
Мы помогаем, разговариваем, мы слушаем людей, наших, простых русских людей, в жизнь к которым неожиданно постучалась война.
Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте.
Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы.

Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь можно здесь.

О ЧЕМ ШУМИТ НОЧНОЕ НЕБО: КОГДА ПРИЛЕТАЮТ «ВАМПИРЫ»
Русское приграничье сейчас — это особый мир, где осень пахнет порохом, остывающей сталью и сырой землей. Днем здесь еще теплится жизнь, но стоит солнцу зайти, как всё замирает: наступает время, когда просыпается то, что местный фольклор окрестил "Бабой-Ягой", а специалисты называют "Вампиром".

МИФ ОБ АГРОДРОНАХ
Долгое время существовало мнение, что «Баба-Яга» — это просто неуклюжий китайский летающий трактор-переросток, к которому скотчем примотали мину. Когда-то, возможно, так и было, но сегодняшний Vampire — это специализированная военная платформа от компании SkyFall, собранная в гаражных мастерских в самой Украине.
Огромная, жужжащая шестью винтами пластиковая пчела, которая тащит на себе до 20 кг. смерти: 82-мм мины, кумулятивные заряды, а иногда и противотанковые тяжёлые мины ТМ-62, которые они сбрасывают на дома, на дороги, на технику и на блиндажи.
КОНСТРУКЦИЯ
* Проблема для РЭБа: Главная проблема — Vampire почти невозможно заглушить окопной глушилкой. Раньше на них стоял Starlink, а теперь к ним добавили умные полётные контроллеры. Даже потеряв связь дрон не падает, а упрямо возвращается назад по визуальным ориентирам и по памяти, как заведенная механическая игрушка.
* Глаза хищника: Новые версии Vampire Gen 3 оснащены ночной оптикой, тепловизором и электронными мозгами. Они видят остывающий след от сигареты, тепло только что заглушенного мотора, дыхание человека.
* Летающий авианосец: Часто «Вампиры» работают как матки-ретрансляторы. Они залетают в наш тыл, неся на спине ретранслятор, а на брюхе стаю небольших FPV-дронов, расширяя их радиус в разы.

МЕТОДЫ БОРЬБЫ
Но если умное железо создаётся человеком, значит, человеку по силам его одолеть. Наши парни выработали противоядие, состоящее из русской смекалки и хорошей картечи:

1. Ночная оптика, пулемёт и гладкоствол: Самый надежный способ. «Ягу» слышно издалека — ее тяжелый, низкий, утробный звук винтов ни с чем не перепутаешь. Парни в «секретах» ловят ее силуэт через ночную оптику и бьют пулемётами и длинноствольными дробовиками 12-го калибра. Помните у Гая Ричи "Время обрезов прошло. Сегодня люди хотят дальнобойности"?
Крупная картечь на дистанции до 70 метров легко рубит пластиковые пропеллеры и корпуса.
2. Охота на живца: Хитрость, спасшая не одну жизнь. В пустом окопе ставится свеча, газовая горелка или ведро с углями, имитирующие тепловой контур бойца. Когда Vampire зависает над ложной целью для сброса мины, из засады по нему открывается шквальный огонь.
3. Небесные истребители: Наши операторы поднимают навстречу тяжёлому коптеру быстрые, как осы, FPV-камикадзе. Они залетают сверху, таранят винты или подрываются рядом, а тяжёлая «Баба-Яга» просто физически не успевает увернуться.

Все эти новые технологии — Starlink, искусственный интеллект, автопилоты — на первый взгляд кажутся чем-то непобедимым.
В русском же небе, под Курском, Белгородом или Донецком, это разбивается о мужество обычного парня с ружьём или пулемётом.
Война стала технологичной, механической, бездушной, но побеждает в ней по-прежнему человек.
Берегите себя, мужчины.
Мы справимся и победим.
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.

В ПЛАНАХ - ВСЁ КАК У ВСЕХ: СЕМЬЯ, ДОМ, РАБОТА:
Кого только не встретишь на фронтах нашей спецоперации - студенты, рабочие, инженеры, бизнесмены, актёры, художники, поэты, музыканты...
Богата талантами земля русская!
Работая в одном из подразделений встретила Купера, который в свободное от службы время, в мастерской, творит шедевры буквально из того, что ещё вчера летало, стреляло и взрывалось...
Позывной "КУПЕР", военнослужащий ВС РФ, г. Новый Уренгой.

Мы продолжаем работать, друзья, скоро будут еще фото и видео.
Мы собираем материал для нашего проекта "Мы живы", привозим гуманитарную помощь, мы разговариваем, слушаем людей, наших, простых русских людей, в жизнь которых пришла война.
Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте.
Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы.
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

Друзья, приветствую всех!

По роду своей журналистской деятельности в последнее время я езжу не только в зону СВО и приграничье, но и открываю для себя новые регионы и города нашей необъятной страны. Получается не только работать, но и изучать новые места, от которых я в полном восторге!

Поэтому я решила ввести рубрику #путешествуюпоработе, где буду собирать маршруты, места, которые стоит посетить, где прогуляться, вкусно поесть и где остановиться.

На этот раз я отправилась в Смоленск на фестиваль документального кино и просто влюбилась в этот город. Ловите мои рекомендации👇

🚂 Как добраться:
Из Москвы до Смоленска отправляемся с Белорусского вокзала на «Ласточке». Время в пути — около 4 часов, и мы на месте.

🏘️Где остановиться:
Останавливаемся в гостинице «Мегаполис». Здесь новые комфортные номера с панорамными окнами, безумно вкусный завтрак, есть скромный спортзал, а также бассейн с сауной (включены в стоимость). Там же, на 15-м этаже, находится отличный ресторан «Икра».

🚶‍♀️ Маршрут по городу:
Город компактный, очень удобно ходить пешком. Я собрала прогулочный маршрут, по которому прекрасно прогулялась и познакомилась со Смоленском.
1. Лопатинский сад. Начинаем с красивого парка с прудами, мостиками и лебедями. Гуляем, наслаждаемся и заходим в сувенирную лавку «Смоленский кот». Там берем смоленскую смокву или мармелад и классный мерч с регионом 67.
2. Башня Громовая. От парка неспешно прогуливаемся, рассматривая архитектуру, до башни. Берем экскурсию или читаем информационные таблички. Главное — берегите голову и будьте аккуратнее на лестнице в башне!)
3. Сад Блонье. Далее идем по небольшому, но уютному саду. Балдеем на лавочках или качелях, наслаждаемся золотой осенью.
4. Улица Ленина. Выходим на пешую улицу и заходим в «Ланин бистро», чтобы отведать драники с лососем и корпусный десерт «Громовая башня» (историю которой мы узнали ранее).
5. Улица Большая Советская. Гуляем дальше и сворачиваем на Большую Советскую. Издали наблюдаем визитную карточку города — Свято-Успенский кафедральный собор — и спускаемся прямо к нему.
6. Антикварная лавка. По дороге, на той же улице (Большая Советская, 5), заглядываем в антикварную лавку. Уж очень я люблю разглядывать старинные вещи, есть в них что-то особенное.
7. Свято-Успенский собор. Доходим до Собора и рассматриваем церковное убранство. На выходе в лавке берем вкусный хлеб и булочки, испеченные при храме.
📍
Маршрут составляет всего 2 километра, а захватывает многие знаковые места города.

Еще несколько отличных мест:
1.Раковарня Клешни и Хвосты - вкусные и недорогие морские гады и не только.
2. Музей «Русская старина».
3. Мастерская шоколада «Мари Трюфель», вкусный кофе и конфеты собственного производства. Взяла в подарок домашним.

Пользуйтесь, друзья! Оставляю ссылку на маршрут: https://maps.app.goo.gl/3hXAehfK8gSKKNWh9?g_st=ic

Военкор Марьяна Наумова

Родина-мать зовёт!
Снова в путь, на этот раз в город-герой Волгоград.

Военкор Марьяна Наумова

МЫ СОХРАНИЛИ МЕЧТУ И ВЕРНУЛИСЬ ДОМОЙ
С Денисом Владимировичем Пушилиным, Главой ДНР, мы познакомились в далёком уже 2014-м, когда я, ещё школьница, но уже довольно известная спортсменка-чемпионка, впервые приехала на Донбасс.
С тех пор мы неоднократно взаимодействовали рамках гуманитарных проектов, и даже вместе тренировались - в своё время он тоже увлекался жимом лёжа.
В эту командировку удалось встретиться с Денисом Владимировичем и взять у него небольшое интервью...
Донецк, Донецкая Народная Республика.
Мы продолжаем работать, друзья, скоро будут еще фото и видео.
Мы собираем материал для нашего проекта "Мы живы", привозим гуманитарную помощь, мы разговариваем, слушаем людей, наших, простых русских людей, в жизнь которых пришла война.
Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте.
Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы.
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

СТРАШНО, НО КТО-ТО ДОЛЖЕН ДЕЛАТЬ ЭТУ РАБОТУ:
"В подразделение меня пригласили знакомые - хороший коллектив, командование и обеспечение, хорошая боевая работа. В мобильную огневую группу попал спустя месяц.
Враг применяет новые технологии, летает и днём и ночью, мы стараемся бороться с этим. Мобильные огневые группы не только сопровождают грузы, но и стоят по точкам и работают на перехват. Враг меняет маршруты, меняют своё расположение и наши группы.
Страшно всегда потом, когда уже отработал, и анализируешь ситуацию, что могло бы быть.
А в момент боевой работы нужна холодная голова, иначе не будет ничего хорошего.
Это мой первый контракт, скоро заканчивается, буду перезаходить обратно..."
Павел, позывной "ПИТЕР", военнослужащий ЦСН "БАРС-САРМАТ", врио командира взвода, отряд "Багратион", г. Санкт-Петербург.

Недавно я побывала в отрядах ЦСН "БАРС-САРМАТ", пообщалась с бойцами, сопровождала на боевое дежурство мобильные огневые группы: скоро будут ещё фото и видео.
Мы продолжаем работать, друзья, скоро будут еще фото и видео.
Мы собираем материал для нашего проекта "Мы живы", привозим гуманитарную помощь, мы разговариваем, слушаем людей, наших, простых русских людей, в жизнь которых пришла война.
Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте.
Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы.
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

МЫ СОХРАНИЛИ МЕЧТУ И ВЕРНУЛИСЬ ДОМОЙ:
"Мы мечтали, мы ждали этого, но всё равно, до конца не верилось. Этот референдум поставил точку в рассуждениях - хотят ли жители Донбасса в Россию. Да, конечно - хотели, хотели этого с 14-го года, и это свершилось.
То, что сделали жители Донбасса, то что выдержали, выстояли, сохранили мечту - это наша гордость..."
30 сентября 2022 года были подписаны международные договоры о принятии Донецкой и Луганской народных республик, Запорожской и Херсонской областей в состав России. Для жителей этих регионов День воссоединения с Россией стал долгожданным возвращением домой и торжеством исторической справедливости. Они поделились со мной своими чувствами и оценкой этого события...
МЫ ЖИВЫ №380, Донецк, Луганск.
Мы продолжаем работать, друзья, скоро будут еще фото и видео.
Мы собираем материал для нашего проекта "Мы живы", привозим гуманитарную помощь, мы разговариваем, слушаем людей, наших, простых русских людей, в жизнь которых пришла война.
Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте.
Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы.
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

До встречи, Смоленск! Обязательно вернусь в этот замечательный город❤️
Военкор Марьяна Наумова

СТРЕМИТЬСЯ НАДО ТОЛЬКО ВВЕРХ, А ЛИНГВИСТЫ ПРЕДЛАГАЮТ СДАТЬСЯ
С утра читаю новости:
«То, что всегда исправляли, скоро станет нормой. Почему? Потому что так говорит молодёжь...»
Прекрасно.
Учёные мужи с тёплых кафедр снисходительно объясняют:
«Ну, это же живой процесс, подростки просто ищут симметрию, когда говорят "то что", "ща" или "чонить"».
Серьёзно? Может, это обыкновенное отсутствие образования?
Когда вместо советской системы сделали современный «рынок образовательных услуг», разрушили саму фигуру Учителя.
Из наставника и непререкаемого авторитета его превратили в обслуживающий персонал, а родителей и учеников — в капризных клиентов, которые «всегда правы».
А клиент не хочет напрягаться, клиент хочет попроще и поудобнее. И вот, вместо того чтобы заставлять учиться, подтягивать ребят до уровня великой русской культуры, школа начала подстраиваться под клиента, оказывая услугу по выдаче аттестатов.
А лингвисты оправдывают: «Ну ладно, ветер дует в сторону упрощения, давайте это возглавим».
Я помню, как в детстве мой отец постоянно подкладывал мне книги — Дюма, Брэдбери, Конан Дойля, Беляева...
Он повторял: читать нужно хотя бы для того, чтобы приучаться видеть грамотный текст, чтобы перед глазами была качественная литература со сложными и красивыми предложениями. А мою младшую сестру отец вообще заставлял по полчаса читать вслух. Нас, детей, это тогда бесило, но сейчас я понимаю: когда ребёнок читает вслух, он не просто пробегает глазами строчки, он проживает текст, чувствует его ритм, знаки препинания и учится уважать слово. Становится грамотнее, по-настоящему растёт.
Почему же наши академические институты сдаются там, где мой отец держал оборону?
Почему вместо того, чтобы возвращать в школы культуру чтения, нам, русским людям, предлагают смириться с деградацией речи?
Я сама совсем не святая. Я четыре года работаю на фронте, в блиндажах и окопах, в полумёртвых рабочих посёлках и разбитых городах, среди боли, грохота и смертельной опасности.
И конечно, я замечаю, как моя речь упрощается, как в неё пролезает фронтовой сленг и местный суржик, как слова сжимаются до коротких команд, как уже не режет слух мат.
Окопная жизнь и местная среда давят, они затягивают тебя, как болото. Это естественная реакция на экстремальные условия.
Да, иногда на фронте, «в полях», я могу говорить проще. Но выходя к людям, садясь писать тексты, возвращаясь в студию, я обязана вытравливать из себя это упрощение и говорить на чистом, сильном, красивом русском языке.
Потому что если я этого не сделаю, если каждый из нас махнёт на себя рукой, мы проиграем.

Наш язык — это не сорняк в поле и не товар на прилавке, который можно продавать и кромсать в угоду любому покупателю. Это стратегическое оружие нашей культуры, наш фундамент, это то, что объединяет огромную страну!
Сейчас на фронтах Новороссии русские люди бьются за право говорить и думать по-русски. За то, чтобы их дети учились по нормальным, сильным русским учебникам, а не по «программам услуг». За великий язык Пушкина, Толстого и Шолохова, а не убогую простоту, легализованную чиновниками от лингвистики.

Не надо опускаться под предлогом того, что «так говорит большинство». Жизнь сложная, времена тяжёлые — понятно. Но стремиться надо всегда только вверх.
И если язык — это наше знамя, то его нужно держать крепко, а не волочить по грязи.
Так думаю. Обсудим?
Военкор Марьяна Наумова

Друзья, эксклюзивный лично-спортивный контент — только для подписчиков канала! 😉
Пока нас тут немного, решила с вами поделиться.

Всю жизнь я занималась жимом лёжа: много жала, дополнительно закачивала плечи, трицепс и спину. У меня в целом хорошо развит верхний плечевой пояс, а вот низ всегда отставал. Даже когда я перестала заниматься жимом, мой добротный трицепс никуда не делся, лишь немного потерял былую форму.

С началом работы военным корреспондентом, регулярными командировками, выматывающими фронтовыми дорогами и сном по 4 часа спорт на время ушёл из моей жизни — на него просто не было сил. Когда его отсутствие и командировочные перекусы бутерами, шоколадками и прочим дали прибавку на весах, я поняла, что с этим нужно что-то делать. Я практически каждый день работаю в кадре, и это не скрыть ни одеждой, ни чем-либо ещё — всё видно на лице, плюс камера всегда визуально добавляет объёма.

Со временем командировки стали не такими интенсивными, появилось чуть больше времени. Как только я начала регулярно заниматься, потихоньку вливаясь и посещая групповые занятия и пилатес, всё встало на свои места. Позже добавились функциональные и силовые тренировки. Я в целом быстро набираю вес, поэтому стараюсь следить за питанием, много ходить и меньше есть сладкого, хотя очень его люблю. Я закрыла практически все дефициты в организме, которые появились за время работы, нашла грамотного специалиста, который вернул здоровье моей спине, и сейчас прекрасно себя чувствую.

Поэтому база, друзья, — наше всё. Зарядка по утрам (делаю ежедневно), хорошие силовые, ходьба, правильное питание, сон и водный баланс. Ну и по возможности — меньше стрессовать.
За формой я не гонюсь — всё-таки не билдер, а силовик. Моя цель — здоровое и функциональное тело.

Так что делитесь, друзья, в комментариях своими историями, достижениями и лайфхаками, как быть в хорошей форме. Обсудим! 👇

Военкор Марьяна Наумова

ГЛАВНОЕ - ОПРАВДАТЬ ДОВЕРИЕ, КОТОРОЕ МНЕ ОКАЗАЛИ ЛЮДИ:
"На программу "Герои Севера" был достаточно жёсткий отбор, четыреста человек подали свои кандидатуры, тридцать были отобраны. Почти год мы обучались, с перерывами на службу: месяц учимся, потом полтора служим. Проект дал очень много, были хорошие спикеры, в том числе из Президентской академии, нам читали лекции федеральные министры и главы муниципалитетов. Много теории, но самое главное - практика, которую мы проходили в органах исполнительной власти и муниципалитетах области. Много нюансов, много сложностей, но надеюсь, мой опыт военной службы будет хорошим заделом..."
Ярослав Мельник, капитан 1 ранга, участник СВО.

Недавно я побывала в Русском Заполярье - в Североморске, в Мурманске, в Териберке и в самой настоящей саамской деревне: смотрите наши сюжеты тут, тут, тут и тут.
Первую часть интервью с Ярославом смотрите тут, по ссылке.

Мы продолжаем работать, друзья, скоро будут еще фото и видео.
Мы собираем материал для нашего проекта "Мы живы", привозим гуманитарную помощь, мы разговариваем, слушаем людей, наших, простых русских людей, в жизнь которых пришла война.
Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте.
Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы.
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

Гуляя по Смоленску, по улице Глинки, я вышла к памятнику Александру Твардовскому, военному корреспонденту времён Великой Отечественной войны, где он изображён вместе с героем своей поэмы Василием Тёркиным. И вот они, два товарища, на привале, покуривая махорку, да с гармонью и автоматом наперевес, говорят о чём-то своём.

На войне одной минутки
Не прожить без прибаутки,
Шутки самой немудрой.
Не прожить, как без махорки,
От бомбёжки до другой
Без хорошей поговорки
Или присказки какой, —
Без тебя, Василий Тёркин,
Вася Тёркин — мой герой.

Поэма Твардовского посвящена бойцу Василию Тёркину, но это не вымышленный персонаж, это собирательный образ бойца, он живой и настоящий: и в бой первый пойдёт, и за собой поведёт, и песню сыграет, да прибаутку поведает. Именно поэтому эта поэма стала родной для каждого. Поэма писалась на протяжении всей войны и выходила отдельными новеллами, а читатели каждый раз требовали продолжения. Последняя глава поэмы была закончена в победный 1945 год, и навсегда это произведение осталось родным и любимым для многих.

Таких Тёркиных я и сейчас встречаю в каждом подразделении, про одного из них мы сняли сюжет.

Военкор Марьяна Наумова

Друзья, отличная новость и долгожданное обновление! 
В МАХ появились опросы в каналах с возможностью мультивыбора.

Проголосовать можно с любого устройства. Если у вас iPhone — воспользуйтесь с мобильной веб-версии.

"ЁЛКА" – КОГДА РЕШАЕТ ПРОСТОЕ:
Раньше небо над донецкими степями было просто небом – с облаками, пылью и жаворонками. Но птицы улетели, когда воздух стал слишком плотным от невидимых радиоволн. Теперь там, наверху, постоянно кто-то недобро жужжит, выкруживает и высматривает, кого бы сжечь.

А у парней из «БАРС-САРМАТ» в кузове пикапа теперь живёт она – «Ёлка», зелёный полуторакилограммовый крест, сидящий на пластиковой рукоятке от детского пистолета, внутри которого бьется крошечное ИИ-сердце.
Щелчок – и с тихим электрическим вздохом в небо срывается стремительный силуэт. Оптическая камера ловит вражеское крыло – и всё, готово, дальше «Ёлка» всё сделает сама. Вокруг могут включиться все глушилки мира, радиоэфир может выгореть дотла – «Ёлке» плевать. Она сама видит, как в перекрестии её кремниевых глаз дергается чужая «Баба-Яга» или очередной FPV-дрон. Сама рассчитает траекторию, сама скорректирует полёт, сама, на финише, сделав глубокий вздох всеми четырьмя роторами, ускорится до 230 километров в час.
Сама ударит - хруст пластика, ломающиеся карбоновые винты и чужой беспилотник камнем падает в подсолнухи. А «Ёлка» - ну что «Ёлка»?
Свою работу она сделала, умница…

Ребята из московской компании «Наше небо», придумавшие эту замечательную штуку, заложили в неё достаточную гибкость, поэтому у «Ёлки» сразу появилось несколько модификаций.
Есть осколочно-фугасная версия с направленной боевой частью – за счет подрыва она разносит в щепки крупные обьекты, для которых обычная «Ёлка» - как шлепок по детской попе.
Есть технологичная версия с возможностью подключения к радиолокатору и автоматизированным запуском.
Разрабатываются модификации со скоростью за триста километров в час – надеюсь, скоро появятся и на фронте.
Но и базовая «Ёлка» вполне уверенно охотится на разведывательные «Лелёки» и «Валькирии», на медлительные «Майи» и на юркие «Дартсы», на лёгкие FPV-камикадзе и на тяжёлые гексакоптеры типа «Баба Яга». Есть, конечно, и ограничения – поскольку система наведения у бортового ИИ оптическая, «Ёлка» очень не любит густой туман и кромешную темноту. Но ночью помогает зенитный прожектор – луч света буквально ведёт «Ёлку» на цель, сохраняя столь необходимый ей визуальный ориентир…

Враг может сколько угодно модернизировать свои беспилотники, на каждую их хитрость у нас найдется своя «Ёлка».
Такие дела.
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.

ДОНЕЦК - ЖИВЁМ, РАБОТАЕМ, ПОДВОДИМ ИТОГИ НЕДЕЛИ:
Последнее время география нашего проекта "Мы живы" сильно расширилась и я уверена - вы заметили это. Появились сюжеты, репортажи и заметки со всех регионов нашей необьятной страны: Заполярье, республики Коми, Бурятия, Дагестан, Тамбовщина, Нижегородчина, всё, без исключения, русское военное приграничье, новые регионы - перечислить всё невозможно...
А сейчас уже больше недели я нахожусь в Донецке и каждый наш сьёмочный день - это истории, это судьбы и жизни наших героев. Мы наблюдали за выборами, изучали мамонтов и краеведение, побывали в республиканской травматологии, навещали друзей в прифронтовых посёлках, работали с МОГами, тренировались с морпехами - да, у меня самая лучшая работа в мире!

Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте - а мы продолжаем работать для вас!
Всё будет хорошо.
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

БАРС-ДНР, ОПОЛЧЕНИЕ 2.0:
ВОЙНА, В КОТОРОЙ ЗАБЫЛИ НАПИСАТЬ ПОСЛЕДНЮЮ СТРАНИЦУ
В своё время в ополчение Донбасса вступили многие мужчины республики, оставив заводы и шахты, взяв в руки оружие, они встали на защиту своих городов. Из моих воспоминаний - это мужчины средних лет, с крепкими руками, знавшими угольную пыль и стальную стружку, точно знающие, зачем, за что и за кого они воюют. Многих из них забрала и убаюкала родная земля, кто-то навсегда растворился в армейских шеренгах, другие вернулись в темноту забоев и грохот родных цехов.

Так они и жили: воевали, служили, трудились, растили детей и нянчили внуков, а война не прекращалась и жила рядом с ними, прямо за терриконами.

Когда началась СВО, они вновь привычно шагнули в огонь: штурмы, ранения, госпитали, кровавые бинты и попытки вновь вернуться к гражданской жизни.

И вот фронт откатился вперёд, и казалось, открылось дыхание: вдох-выдох и тишина на окраинах. Люди замирали, боясь спугнуть эту тишину, этот призрак мира. Но тишина обманула.

С неба, жужжа крыльями, посыпались чудовища — мерзкие, слепые механические осы. Они прилетели стаями, чтобы жалить дома, крушить подстанции, выжигать склады и охотиться за бегущими по дорогам автомобилями. Война, лениво потянувшись, вернулась в каждый дом, который едва успел глотнуть капельку покоя.

И снова встали на защиту ополченцы первых лет, теперь уже вместе со своими сыновьями и детьми погибших товарищей. Охотничьи ружья и страйкбольные автоматы на блокпостах уступили место пикапам с зенитными турелями и электронными глазами тепловизоров. Старая «горка» расцвела цифровыми узорами «мультикама», разномастные шевроны сменились нашивками БАРС-ДНР.

"Между землёй и небом — война", как пел когда-то товарищ Цой.
Война, в которой забыли написать последнюю страницу.

Мои Rutube | Vk | Telegram
Военкор Марьяна Наумова

Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.

ОСЕНЬ РУССКОГО ПРИГРАНИЧЬЯ: СЕЗОН ОХОТЫ НА САРАНЧУ
Ночь, узкий просёлок среди чернозёма где-то в русском приграничье. Осенний ветер задувает в приоткрытые окна нашей боевой «Тахи». На часах четыре утра — самое глухое и опасное время.
Впереди нас, метрах в тридцати, идёт перекрашенный в хаки пикап. Его швыряет на ухабах, из-под колёс летит жирная грязь, а в кузове, намертво приваренная к раме, замерла зенитная турель. Возле неё, вцепившись в поручни, на деревянном ящике сидят двое бойцов. Это охотники на механическую саранчу, мобильная огневая группа, добровольцы БАРС-САРМАТ.
Мы упросили командира взять нас с собой, и я прямо чувствую, что нас считают бесполезной обузой...

Оператор Богдан дремлет на заднем сиденье. Мой отец, бессменный водитель нашей съёмочной группы, в полутьме ловит колею — фары врубать нельзя, небо над нами дышит опасностью, а по обочинам могут прятаться FPV-ждуны.
Внезапно рация, которую нам выдал командир, взрывается хрипом:
— Внимание, квадрат 42-12! Идёт низко, на завод. Принимайте.
Пикап впереди резко тормозит. Мы в «Тахе» глушим мотор и выключаем габариты. Полная темнота и далёкий, едва различимый звук, от которого по спине пробегает мороз.
Тр-р-р-р-р...
Похоже на старый мопед, но человека на нём нет — лишь сотня килограмм гексогена и электронные мозги. Я приоткрываю дверь и выскальзываю из машины в поле.
— Дистанция восемьсот! Идёт прямо на нас! — доносится напряжённый голос. Командир группы, мужик с позывным «Седой», командует:
— К бою!
С турели сдергивают чехол, обнажая спарку ПКТ. Щёлкают затворы, врубается поисковый прожектор.
— Вижу!
Яркий луч упирается прямо в небо, и в этом свете «Лютый» кажется серебряным комаром. Он летит нагло, ровно, низко. прямо на нас. Роботу плевать, что его нашли.
— Огонь, бл*! — кричит «Седой».
Ночь раскалывается на куски. Спарка выдаёт не грохот, а рвущий барабанные перепонки треск, похожий на лопающийся брезент. Каждая третья пуля — трассирующая, и огненный пунктир уходит в небо, сперва чуть выше дрона.
Михалыч вцепился в тяжёлые рукоятки турели. Его лицо заливает тусклый свет от небольшого экрана, установленного прямо между пулемётами. На мониторе картинка с тепловизора — в перекрестии скачет белый силуэт беспилотника, а вокруг него рассыпаются огненные искры.
— Ниже, Михалыч, подрезай на***! — сквозь адский треск орёт командир.
Стрелок доворачивает турель и буквально перепиливает летящий силуэт. Ночное небо озаряет ослепительная вспышка, и дрон взрывается, превратившись в тучу горящих осколков, которые, будто в замедленной съёмке, осыпаются на подсолнуховое поле.
Нас обдает горячим воздухом с запахом бензина и гари.
В небе воцаряется тишина, и только прожектор ещё какое-то время шарит по облакам, проверяя, не идёт ли следом второй.
И тут, словно выждав финал боя, небо прорвало. По крыше «Тахо» забарабанил крупный дождь. Чернозём под ногами моментально превращается в вязкое месиво.
Михалыч опускает дымящиеся стволы, с которых капли воды испаряются с шипением и белым паром:
— Плохо, что ливануло. Сейчас тепляк закидает, хрен мы по нему следующего поймаем. Наощупь воевать придётся.
«Седой» кричит нам:
— Марьяна, заводи свой сарай, за нами держись! Не отставай!
Дворники «Тахо» пытаются смахнуть дождь со стекла, но грязь из-под колёс пикапа тут же залепляет обзор. Мы срываемся с места и, буксуя в раскисшей колее, растворяемся в предрассветных сумерках вслед за «барсиками».
Родина спит под защитой этих мокрых, уставших, но надёжных людей, а наша командировка продолжается.
Военкор Марьяна Наумова
«Хроники нового Неба»

Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.