Глянул первые две серии сериала «Полдень» и понял, что просто обязан черкнуть пару строк, пока впечатления не остыли.
Экранизировать Стругацких — задача и без того неблагодарная, но авторам удалось главное: создать вселенную, где меня затянуло абсолютно всё, кроме сопереживания персонажам.
Во-первых, от книги здесь остался разве что заголовок и пара имён для галочки. Сюжет настолько увлечённо увиливает от первоисточника, что к концу второго эпизода у меня возникло стойкое ощущение: сценаристы пересказывали роман по памяти после очень бурных выходных.
Во-вторых, заставить себя сопереживать местным героям — это отдельный квест, который я благополучно провалил. На экране постоянно происходит какая-то суета, персонажи ходят с максимально глубокомысленными лицами, а я сижу и думаю только об одном: «Ребята, да сделайте вы уже хоть что-нибудь человеческое, чтобы мне стало вас хоть немного жалко».
Светлое будущее наступило, а вот драма, увы, застряла где-то на этапе монтажа.
Экранизировать Стругацких — задача и без того неблагодарная, но авторам удалось главное: создать вселенную, где меня затянуло абсолютно всё, кроме сопереживания персонажам.
Во-первых, от книги здесь остался разве что заголовок и пара имён для галочки. Сюжет настолько увлечённо увиливает от первоисточника, что к концу второго эпизода у меня возникло стойкое ощущение: сценаристы пересказывали роман по памяти после очень бурных выходных.
Во-вторых, заставить себя сопереживать местным героям — это отдельный квест, который я благополучно провалил. На экране постоянно происходит какая-то суета, персонажи ходят с максимально глубокомысленными лицами, а я сижу и думаю только об одном: «Ребята, да сделайте вы уже хоть что-нибудь человеческое, чтобы мне стало вас хоть немного жалко».
Светлое будущее наступило, а вот драма, увы, застряла где-то на этапе монтажа.