ами. Никого не жалеть…
Коротко отдав распоряжение псарям, Антип бросился к конюшне и вскоре вылетел оттуда на коне, вместе с Фролом возглавляя отряд. Оставшиеся подручные спустили с цепей собак и бросились к народу: толпа шарахнулась в разные стороны, но лающие псы снова согнали всех в одну кучу. Плети свистели без устали, собаки рвали живую плоть, а барыня возвышалась над всем этим, словно статуя Возмездия, и улыбалась.
***
Погоня настигла князя и графа на самой границе имения Салтыковой. Никита скакал первым, прижимая к груди Арину. Владимир держался рядом, одной рукой придерживая Голиндуху, которая почти не приходила в сознание. Они уже видели впереди межевые столбы, за которыми начинались земли Разумовского. Ещё немного – и они будут в безопасности. Ещё немного.
Но за спиной уже слышался топот. Густой, дробный, приближающийся неумолимо быстро. Никита обернулся через плечо и увидел всадников. Десять человек. Впереди – Фрол. Его лицо было белым, но глаза горели злой, отчаянной решимостью. Он скакал во весь опор, не жалея коня. За ним Антип.
– Скорей! – крикнул Никита.
Он прижал Арину крепче и попытался ускорить коня, но тот уже выбился из сил. Владимир понял, что им не уйти с двумя женщинами на руках. Он осадил коня, развернул его навстречу погоне и выхватил шпагу.
– Никита! – крикнул он. – Уходи! Я их задержу!
– Нет! – Никита тоже развернул коня. – Вместе!
– С Ариной уходи, дурень! – заорал Владимир. – Я их задержу, а ты её спасай!
Но Никита не успел ответить. Из леска, что темнел справа от дороги, вдруг вылетели всадники. Много. Человек двадцать. На разномастных конях, вооружённые, кто чем.
– Барин! – крикнул Владимиру неизвестно откуда взявшийся Прошка. – Мы тута!
Дворовые Разумовских вихрем ворвались с толпу Салтыковских подручных. Кузнец Андрей с огромным молотом, Пахом - с рогатиной. И ещё больше десятка мужиков: все, кто мог держать оружие, все, кого по приказу Владимира собрал Прошка.
Фрол увидел новых противников и заорал, разворачивая своих людей. Но было поздно, драка уже завязалась, короткая, злая и жестокая. Мужики Разумовских дрались отчаянно, зло, за своего барина. Подручные Салтыковой сопротивлялись, но их было меньше, и они не ожидали такого отпора.
Кузнец Андрей свалил Фрола страшным ударом молота. Пахом ткнул другого рогатиной в бок. Прошка, маленький и вёрткий, поднырнул под коня Антипа и подрезал постромки. Антип свалился с коня и тут же получил дубиной по голове от кого-то из мужиков. Кто-то попытался прорваться к Никите и Арине, но дорогу к нему преградил Владимир. Князь был опытным бойцом и в два удара отбил друга.
Бой длился недолго. Прихвостни Салтыковой, потеряв обоих главарей, запросили пощады. Один за другим они начали отступать, спасаясь бегством. Двое подхватили бесчувственных Фрола и Антипа, перекинули через сёдла и бросились догонять остальных.
Владимир опустил шпагу и вытер с лица кровь: не свою. Нашёл взглядом Прошку.
– А ловко ты это! Хвалю!
Прошка радостно засмеялся.
Никита и Владимир поехали дальше. Мужики сопровождали их до самых ворот. Прошка бежал рядом с конём князя и что-то рассказывал, перескакивая с пятого на десятое. Владимир слушал и улыбался.
Они подъехали к усадьбе и у парадного крыльца увидели карету с гербом на дверце.
– Шуваловы? – нахмурился Никита. – Что они тут делают?
– Не знаю, – Владимир пожал плечами. – Но, кажется, это ты собирался жениться на внучке Шуваловых.
– Не вовремя как…– с досадой проговорил Никита и повернул коня к людским постройкам.
– Акулина! – позвал он ключницу и шагнул с Ариной на руках к ней навстречу.
– Матушка Пресвятая Богородица! – всплеснула руками та. – Неужто это Арина?!
– Акулина, пожалуйста… Займись Ариной и вот этой бабушкой. Ты знаешь, что делать…
Акулина перекрестилась и показала, куда положить несчастных женщин. А Никита и Владимир направились к дому. На крыльцо вышел пожилой лакей.
– Ваше сиятельство! – воскликнул он. – А мы вас ищем! К вам гости! Князь Шувалов с внучкой! Анна Гавриловна здесь! Вас ждут…
Никита кивнул:
– Долож
Коротко отдав распоряжение псарям, Антип бросился к конюшне и вскоре вылетел оттуда на коне, вместе с Фролом возглавляя отряд. Оставшиеся подручные спустили с цепей собак и бросились к народу: толпа шарахнулась в разные стороны, но лающие псы снова согнали всех в одну кучу. Плети свистели без устали, собаки рвали живую плоть, а барыня возвышалась над всем этим, словно статуя Возмездия, и улыбалась.
***
Погоня настигла князя и графа на самой границе имения Салтыковой. Никита скакал первым, прижимая к груди Арину. Владимир держался рядом, одной рукой придерживая Голиндуху, которая почти не приходила в сознание. Они уже видели впереди межевые столбы, за которыми начинались земли Разумовского. Ещё немного – и они будут в безопасности. Ещё немного.
Но за спиной уже слышался топот. Густой, дробный, приближающийся неумолимо быстро. Никита обернулся через плечо и увидел всадников. Десять человек. Впереди – Фрол. Его лицо было белым, но глаза горели злой, отчаянной решимостью. Он скакал во весь опор, не жалея коня. За ним Антип.
– Скорей! – крикнул Никита.
Он прижал Арину крепче и попытался ускорить коня, но тот уже выбился из сил. Владимир понял, что им не уйти с двумя женщинами на руках. Он осадил коня, развернул его навстречу погоне и выхватил шпагу.
– Никита! – крикнул он. – Уходи! Я их задержу!
– Нет! – Никита тоже развернул коня. – Вместе!
– С Ариной уходи, дурень! – заорал Владимир. – Я их задержу, а ты её спасай!
Но Никита не успел ответить. Из леска, что темнел справа от дороги, вдруг вылетели всадники. Много. Человек двадцать. На разномастных конях, вооружённые, кто чем.
– Барин! – крикнул Владимиру неизвестно откуда взявшийся Прошка. – Мы тута!
Дворовые Разумовских вихрем ворвались с толпу Салтыковских подручных. Кузнец Андрей с огромным молотом, Пахом - с рогатиной. И ещё больше десятка мужиков: все, кто мог держать оружие, все, кого по приказу Владимира собрал Прошка.
Фрол увидел новых противников и заорал, разворачивая своих людей. Но было поздно, драка уже завязалась, короткая, злая и жестокая. Мужики Разумовских дрались отчаянно, зло, за своего барина. Подручные Салтыковой сопротивлялись, но их было меньше, и они не ожидали такого отпора.
Кузнец Андрей свалил Фрола страшным ударом молота. Пахом ткнул другого рогатиной в бок. Прошка, маленький и вёрткий, поднырнул под коня Антипа и подрезал постромки. Антип свалился с коня и тут же получил дубиной по голове от кого-то из мужиков. Кто-то попытался прорваться к Никите и Арине, но дорогу к нему преградил Владимир. Князь был опытным бойцом и в два удара отбил друга.
Бой длился недолго. Прихвостни Салтыковой, потеряв обоих главарей, запросили пощады. Один за другим они начали отступать, спасаясь бегством. Двое подхватили бесчувственных Фрола и Антипа, перекинули через сёдла и бросились догонять остальных.
Владимир опустил шпагу и вытер с лица кровь: не свою. Нашёл взглядом Прошку.
– А ловко ты это! Хвалю!
Прошка радостно засмеялся.
Никита и Владимир поехали дальше. Мужики сопровождали их до самых ворот. Прошка бежал рядом с конём князя и что-то рассказывал, перескакивая с пятого на десятое. Владимир слушал и улыбался.
Они подъехали к усадьбе и у парадного крыльца увидели карету с гербом на дверце.
– Шуваловы? – нахмурился Никита. – Что они тут делают?
– Не знаю, – Владимир пожал плечами. – Но, кажется, это ты собирался жениться на внучке Шуваловых.
– Не вовремя как…– с досадой проговорил Никита и повернул коня к людским постройкам.
– Акулина! – позвал он ключницу и шагнул с Ариной на руках к ней навстречу.
– Матушка Пресвятая Богородица! – всплеснула руками та. – Неужто это Арина?!
– Акулина, пожалуйста… Займись Ариной и вот этой бабушкой. Ты знаешь, что делать…
Акулина перекрестилась и показала, куда положить несчастных женщин. А Никита и Владимир направились к дому. На крыльцо вышел пожилой лакей.
– Ваше сиятельство! – воскликнул он. – А мы вас ищем! К вам гости! Князь Шувалов с внучкой! Анна Гавриловна здесь! Вас ждут…
Никита кивнул:
– Долож