Полынь - 2, глава 69 Прижимая к себе мальчика, Родион спустился с крыльца и бросился к машине. Дождь хлестал по лицу, грязь чавкала под ногами, и Митька, который кричал, вырывался и бил кулаками по его плечам и голове, оказался тяжелее, чем Родион думал. Он сделал ещё шаг, другой, и вдруг поскользнулся на раскисшей глине. Ноги ушли вперёд, Родион упал навзничь, и фонарь, выскользнув из его пальцев, с глухим стуком упал в грязь, откатился в сторону и погас.
Митьке этого вполне хватило. Он, как налим, выскользнул из ослабевших рук Родиона, вскочил и метнулся к загону. Он знал укрытие Гришки наизусть: помнил, где доски чуть ниже, а перекладина крепче и шире. Он подпрыгнул, сунул пальцы в какую-то щель, подтянулся и перемахнул внутрь одним махом, как будто делал это каждый день.
– Ах ты…! – выругался Родион, поднимаясь с земли.
Он тоже поспешил к загону. В свете молнии, которая на мгновение разорвала небо, он увидел крепкую дверь и тяжёлый засов. Он сбросил его на землю и шагнул внутрь: в сарае было темно, хоть глаз выколи. Дождь не проникал сюда, и молнии, сверкавшие на улице, только едва подсвечивали щели между досками.
– Эй, пацан, ты где? – позвал Родион, проклиная свою неосторожность.
Он выставил руки вперёд и принялся наощупь искать мальчика. Пальцы натыкались на шершавые доски, на солому, под ногами звякнул железный таз. Родион сделал ещё шаг и успел рассмотреть в углу что-то тёмное, похожее на ворох соломы.
– Попался! – Родион шагнул в этот угол и протянул руку.
– Р-А-А-А-Р-Р!!!
Дикий звериный рёв оглушил его. И даже в темноте Родион увидел пасть с огромными клыками, которые оказались всего в нескольких сантиметрах от его лица. Дыхание зверя, горячее и смрадное, ударило ему в нос. Родион упал и пополз назад, опираясь на ноги и руки. Сердце колотилось где-то в горле, и он не мог ни кричать, ни дышать. Но когда зверь заревел снова, Родион, обретя голос, завопил, развернулся и рванул из загона.
– Бам-м-м-м…
Что-то тяжёлое ударило его по лбу, и он потерял сознание, растянувшись на мокрой земле у входа в сарай.
Николай поудобнее перехватил лопату и постоял над ним, тяжело дыша. Руки у него тряслись, но он не выпускал черенок.
– Митька, ты там живой? – окликнул он мальчишку.
– Живой, – отозвался тот, выходя из сарая вместе с Гришкой.
В это время из дома с фонарями в руках выскочили Стас и Тимур.
– Стас! – окликнул его Николай. – Мы здесь!
Стас обернулся у калитки на голос и в два прыжка оказался рядом с Николаем, стоявшим над распростёртым телом Родиона, и Митькой.
– Митя, ты как, в порядке?! – он быстро ощупал его с головы до ног.
– Да, дядя Стас, – гордо заявил мальчик. – Мы с Гришкой молодцы, мы настоящего бандита победили!
Стас выдохнул с облегчением.
– Конечно, молодцы…
Тимур тоже уже стоял рядом и смотрел то на Родиона, то на Николая.
– Ты как здесь оказался? – спросил он у Николая.
– Непогодь-то сегодня какая, – ответил Николай. – Самое время для наездов. Вот я дежурил, как знал, что они придут сегодня. Только подоспел, хотел помочь, смотрю – этот чёрт бежит с Митькой на плече.
Он рассказал, что произошло дальше.
– Спасибо тебе, Николай, – поблагодарил его Стас и потрепал Митьку по голове: – А ты молоток, ловко придумал! Даже я бы до такого не додумался.
Довольный мальчик рассмеялся, а Стас присел над Родионом и проверил пульс.
– Живой. Просто вырублен.
– Лопату погнул, – вздохнул Николай. – Как бы Егорыч не рассердился.
Тимур уже поднимал Родиона с земли, как вдруг почувствовал тяжёлое медвежье дыхание на затылке: Гришка снова принюхивался к нему, упорно пытаясь вспомнить то, что успел забыть, и не понимая, почему запах этого человека так тревожил его.
– Да твою ж мать, – выдохнул Тимур и тут же ощутил, как длинный, липкий медвежий язык облизнул его шею и захватил ухо.
– Фух-х-х, – фыркнул Гришка и разочарованно поплёлся к себе, когда Тимур подхватил Родиона и быстрее ветра унёсся с ним из медвежьего загона.
***
Обыск занял немного времени. Связанные Виктор, Кирилл, Сергей и Родион сидели в ряд у стены и смотрели
Митьке этого вполне хватило. Он, как налим, выскользнул из ослабевших рук Родиона, вскочил и метнулся к загону. Он знал укрытие Гришки наизусть: помнил, где доски чуть ниже, а перекладина крепче и шире. Он подпрыгнул, сунул пальцы в какую-то щель, подтянулся и перемахнул внутрь одним махом, как будто делал это каждый день.
– Ах ты…! – выругался Родион, поднимаясь с земли.
Он тоже поспешил к загону. В свете молнии, которая на мгновение разорвала небо, он увидел крепкую дверь и тяжёлый засов. Он сбросил его на землю и шагнул внутрь: в сарае было темно, хоть глаз выколи. Дождь не проникал сюда, и молнии, сверкавшие на улице, только едва подсвечивали щели между досками.
– Эй, пацан, ты где? – позвал Родион, проклиная свою неосторожность.
Он выставил руки вперёд и принялся наощупь искать мальчика. Пальцы натыкались на шершавые доски, на солому, под ногами звякнул железный таз. Родион сделал ещё шаг и успел рассмотреть в углу что-то тёмное, похожее на ворох соломы.
– Попался! – Родион шагнул в этот угол и протянул руку.
– Р-А-А-А-Р-Р!!!
Дикий звериный рёв оглушил его. И даже в темноте Родион увидел пасть с огромными клыками, которые оказались всего в нескольких сантиметрах от его лица. Дыхание зверя, горячее и смрадное, ударило ему в нос. Родион упал и пополз назад, опираясь на ноги и руки. Сердце колотилось где-то в горле, и он не мог ни кричать, ни дышать. Но когда зверь заревел снова, Родион, обретя голос, завопил, развернулся и рванул из загона.
– Бам-м-м-м…
Что-то тяжёлое ударило его по лбу, и он потерял сознание, растянувшись на мокрой земле у входа в сарай.
Николай поудобнее перехватил лопату и постоял над ним, тяжело дыша. Руки у него тряслись, но он не выпускал черенок.
– Митька, ты там живой? – окликнул он мальчишку.
– Живой, – отозвался тот, выходя из сарая вместе с Гришкой.
В это время из дома с фонарями в руках выскочили Стас и Тимур.
– Стас! – окликнул его Николай. – Мы здесь!
Стас обернулся у калитки на голос и в два прыжка оказался рядом с Николаем, стоявшим над распростёртым телом Родиона, и Митькой.
– Митя, ты как, в порядке?! – он быстро ощупал его с головы до ног.
– Да, дядя Стас, – гордо заявил мальчик. – Мы с Гришкой молодцы, мы настоящего бандита победили!
Стас выдохнул с облегчением.
– Конечно, молодцы…
Тимур тоже уже стоял рядом и смотрел то на Родиона, то на Николая.
– Ты как здесь оказался? – спросил он у Николая.
– Непогодь-то сегодня какая, – ответил Николай. – Самое время для наездов. Вот я дежурил, как знал, что они придут сегодня. Только подоспел, хотел помочь, смотрю – этот чёрт бежит с Митькой на плече.
Он рассказал, что произошло дальше.
– Спасибо тебе, Николай, – поблагодарил его Стас и потрепал Митьку по голове: – А ты молоток, ловко придумал! Даже я бы до такого не додумался.
Довольный мальчик рассмеялся, а Стас присел над Родионом и проверил пульс.
– Живой. Просто вырублен.
– Лопату погнул, – вздохнул Николай. – Как бы Егорыч не рассердился.
Тимур уже поднимал Родиона с земли, как вдруг почувствовал тяжёлое медвежье дыхание на затылке: Гришка снова принюхивался к нему, упорно пытаясь вспомнить то, что успел забыть, и не понимая, почему запах этого человека так тревожил его.
– Да твою ж мать, – выдохнул Тимур и тут же ощутил, как длинный, липкий медвежий язык облизнул его шею и захватил ухо.
– Фух-х-х, – фыркнул Гришка и разочарованно поплёлся к себе, когда Тимур подхватил Родиона и быстрее ветра унёсся с ним из медвежьего загона.
***
Обыск занял немного времени. Связанные Виктор, Кирилл, Сергей и Родион сидели в ряд у стены и смотрели