Опаленные войной

Солдат Донбасса: книга Александра «Араба» Крештопа буквально взорвала эфир и рассказывает историю непокоренного региона, как она есть.

Настоящий Донбасс говорит не голосом студийных политологов, не сухим языком военных сводок, но голосом шахтера, ополченца, мужа и отца, человека, который участвовал в событиях с 2014 года и знает все изнутри, из самого сердца этой земли. Именно так и написана книга Александра «Араба» Крештопа — живая, фронтовая, предельно искренняя.

Сборник «Солдат Донбасса» (АСТ) рассказывает о «пехотинце большой судьбы, рядовом великих геополитических катаклизмов, веселом солдате Империи» — и одновременно о самом авторе, дончанине, потомственном шахтере, ополченце, человеке, для которого война стала не абстракцией, а частью биографии. С началом событий 2014 года он оказался в ополчении ЛНР и ДНР, позже — с началом СВО — стал волонтером, а затем и военным добровольцем. Сражался в отряде «Родня», консультировал сценаристов фильмов про СВО, снимался в эпизодических ролях и при этом оставался постоянным прототипом героев книг Захара Прилепина.

Теперь он вышел за пределы тех ролей и начал создавать своих героев. В книге собраны истории веселые и мрачные, почти сказочные и до жути реальные. Это фронтовое road movie, где за окном блиндажного «уазика» проносятся судьбы, а за внешней грубоватой интонацией проступает очень точное ощущение времени. Здесь есть место и боевой работе, и окопной правде, и русской фантасмагории, в которой противоестественность войны сталкивается с непоколебимой правдой жизни и мужеством наших защитников.

В персонажах, вышедших из-под пера Крештопа, без труда угадываются самые узнаваемые фигуры донбасской истории — Александр Захарченко, Евгений Николаев, Захар Прилепин и другие выдающиеся люди этих лет. Но главное здесь не прототипы, а сам рассказчик: человек, который не пытается казаться больше, чем он есть, и именно поэтому звучит убедительно. Его интонация держится на простоте, хулиганстве и внутренней честности. Он не героизирует себя и окружающих, просто хочет рассказать, как все было.

«Солдат Донбасса» — это окопная правда, которой так не хватает по ту сторону экрана. Это книга о точке невозврата, о людях, которые в 2014-м просто встали и пошли туда, где решалась судьба их земли. Она помогает увидеть, как вчерашние шахтеры и заводчане становились бойцами, легендами, опорой целого края. И в этом смысле работает не только как личная история, но и как документ эпохи.

Особую силу нарративу Крештопа придает то, что он не отрывается от жизни. Здесь есть и фронт, и дом, и любовь, и память, и тот самый русский юмор, который не выбить из человека даже под «Градами». Здесь звучит не только война, но и наше упрямство: герои Крештопа, как и все мы, продолжают жить, кормить своих, возвращаться с задания, шутить, держаться, не терять себя. Это книга о людях, которые любили своих жен и детей, но встали стеной, когда пришла беда.

И в этом — главная сила книги: она не объясняет Донбасс со стороны, а говорит изнутри. Не комментирует войну, а свидетельствует о ней. Не позирует перед историей, а просто живет в ней. И пока звучит такой голос, Донбасс не станет строчкой из новостей — он останется живой землей, где у памяти есть имя, лицо и характер.  

Эта книга просто необходима, чтобы помнить — она фиксирует ту самую точку невозврата для тех, кто решился на схватку в 2014-м. Ее задача — дать возможность посмотреть на механику войны с разных ракурсов и узнать в героях самих себя. «Солдат Донбасса» — это зеркало для каждого, кто сменил гражданскую одежду на форму. А еще - это памятник нашему русскому долготерпению и нашему русскому мужеству.

Именно личный опыт солдата изнутри становится тем фундаментом, на котором держится честная литература о войне,

— подчеркивает писатель-фантаст Глеб Бобров, прошедший Афган и войну в Донбассе.

Так и есть. Читайте. Вспоминайте. И знайте: пока у нас есть такие солдаты большой Судьбы, Донбасс говорит, а значит — живет.

ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

Витрина управляемой лояльности: одна из крупнейших литературных премий России «Большая книга» превращается в клуб согласованных приговоров - ее жюри не нравится гражданская позиция Захара Прилепина и его поддержка СВО.

Роман «Тума» Прилепина вошел в шорт-лист «Большой книги». Одному из членов жюри это так не понравилось, что на весь крещеный мир он/она решил устроить пир - духа, так сказать. Некая «Дива» под ником «between pages» ознакомилась с биографией писателя и высказалась в анонимном канале тг-канале с 90 подписчиками, что в этом году впервые «пришла в жюри» и теперь задалась целью «не дать Прилепину выиграть эту премию», хотя его роман понравился ей больше остальных в списке.

Захар Прилепин в ответ на это дал точный и жесткий диагноз всей системе, в которой формально сохраняются правила конкурса, а по сути давно работает идеологический фильтр. История с романом «Тума» показана им как почти учебный пример того, как в культурной среде принято не выбирать лучшее, а выстраивать допустимое.

У этой истории есть своя предыстория. Как-то мы столкнулись за одной большой сценой с Маргаритой и главой премии «Большая книга». И Маргарита, которая сама в коротком списке «Большой книги», говорит мне и главе премии, мол, будет за Захара болеть, он - главный претендент, по ее мнению, с тронувшим ее романом «Тума». На что глава премии «Большая книга» отвечает: «С Захаром - сложности: ему одна часть жюри ставит высший балл, а другая, сбивая возможность победы, даже не двойки или тройки, а тупо – нули. Такая беда, и ничего не поделаешь». Я внутренне посмеялся, конечно: как будто это не они сами отбирают жюри, а оно из космоса прилетает, заранее утвержденное,

- заметил писатель.

Чудесной иллюстрацией к таким литературным нравам и стала история с анонимным членом жюри:

Милейшей девушке, журящей в жюри, «Тума» нравится больше всех других романов, но она и сама мне нолик поставит, и других об этом попросит. Потому что я - «террорист», «ополченец», «экстремист», к тому же недобитый стараниями мировых демократий, у меня - санкций, как у Кадырова, и в любой стране мира, кроме КНДР, меня сразу посадят в тюрьму навсегда. Такие писатели нам не нужны.

Побеждать в пристойных конкурсах, по такой логике, должны юноши, приличные во всех отношениях, говорит Захар: «И не потому, что им половина жюри поставит десятку. А потому, что им все жюри шестерочку отслюнявит, и все – при финальном пересчете – будет по-честному».

В кино и в театре у нас ситуация, к слову, не «примерно такая же», а ещё хуже, но внешне не придерешься, конечно, с горечью говорит Прилепин.

«Жюри приняло решение». А жюри у нас везде сидит из примерно 2013 года родом. Если не из 1991-го,

- фиксирует абсурдность ситуации автор «Тумы».

И это, конечно же, не просто абсурд, но катастрофа литературной среды: роман - в коротком списке, но шансы на победу заранее подорваны тем, что кому-то не нравятся политические взгляды автора. Жюри сохраняет видимость объективности, хотя составы, критерии и итоговые решения давно встроены в определенную систему дозволенного. И получается, что логика всех этих институций такова: требуется не лучший текст, а удобный автор; не сильная литература, а безопасная биография. То есть в недрах премий проводят социальную селекцию, удостаивая наград не за масштаб, а за управляемость.

Этот случай раскрывает в итоге не только аферу, направленную на исключение одного писателя из культурной системы, но историческую отсталость самой системы. Она живет старыми страхами, старой иерархией и старыми табу, хотя времена уже давно изменились.

В таких условиях любой разговор о «честном выборе» выглядит почти издевательством. Потому что пока у нас будут оценивать не литературу, а соответствие авторов придуманным нормам, премии так и останутся не мерилом качества, а витриной управляемой лояльности.

Но литература всегда переживает и жюри, и их нули. Так что Захар Прилепин не пропадет, чего не скажешь об остальных участниках скандала.

ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

«Наши сердца всегда на связи»: сегодня в VK Видео вышел видеоклип «Продолжай говорить», снятый проектом «КоДа» и группой «Свинцовый туман» на стихи талантливой донецкой поэтессы Яны Коцюбинской.

В своих стихах и - особенно - в этой песне Яна говорит о том, что близко каждой семье в России - о взаимной поддержке и верности, о том, что прошедшие войну заслужили, чтобы их помнили, и о том, что мы должны оставаться людьми, что бы ни случилось.

Клип рассказывает о тех, кто ждет, о разлуке и памяти, о любви, которая держит людей вместе, даже когда привычный мир рушится. Режиссер Алина Вериля сняла его вместе с оператором-постановщиком Антоном Тихоновым и художником-постановщиком Кириллом Анциферовым.

Дуэт Дмитрия Нестерова и Ксении Коржовой звучит потрясающе. И благодаря им история Яны о потере и надежде, написанная по реальному опыту ее жизни в зоне обстрелов, оживает так, как будто бы мы оказываемся вместе с ней там, где только любовь и надежда помогают выжить.

Эта песня - не про войну, а про людей, которые продолжают любить и ждать, несмотря ни на что. Ее мысль проста: пока мы говорим друг с другом, мы - вместе. Клип продолжает этот разговор - уже в лицах и судьбах,

- подчеркнул генпродюсер проекта и лидер группы «Свинцовый туман» Дмитрий Нестеров.

С ним согласна и солистка проекта «КоДа» Ксения Коржова:

За каждой строчкой этой песни - чья-то настоящая история. Хочется, чтобы ее услышали все, кто сейчас - в разлуке, и почувствовали: их любят и ждут.

Проект «Продолжай говорить» - победитель отбора МузКонтента ПФКИ создан в рамках специального отбора музыкального аудиовизуального контента для детей и молодежи Президентского фонда культурных инициатив.

#МузКонтент_ПФКИ #Поддержано_ПФКИ #Дмитрий_Нестеров #Ксения_Коржова #Яна_Коцюбинская

ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

Жить. Помнить. Побеждать: в Воронеже завершился Всероссийский фестиваль искусств и творчества «Культура Победы» Комитета семей воинов Отечества.

Когда искусство перестает быть просто развлечением и становится формой поддержки и внутренней опоры, рождаются события особого масштаба. Именно таким стал фестиваль «Культура Победы», завершившийся в Воронеже: здесь звучали голоса тех, кто прошел через войну, кто ждет своих близких с фронта, кто помогает, пишет, поет, снимает и хранит главное — человеческое достоинство в нечеловеческих обстоятельствах.

Фестивальная площадка — это всегда особое пространство памяти, творчества и внутренней силы. «Культуре Победы» – три года, и каждый раз это событие объединяет участников СВО, их семьи, волонтеров и артистов на большой сцене — всех тех, для кого искусство становится не просто формой самовыражения, а способом прожить, осмыслить и сохранить пережитое: на фронте, в тылу, в тревожном ожидании вестей от самых близких.

Культура — то, что помогает жить, помнить и побеждать. Наш фестиваль — про людей, которые прошли через войну, но не разучились творить,

— подчеркивает глава Комитета семей воинов Отечества Юлия Белехова.

Четыре направления, единая сцена, живое исполнение и работы, которые говорят сами за себя: так проект был устроен с самого начала, и 2026 год не стал исключением. На фестиваль поступило 437 заявок из 73 регионов России. Конкурс объединил музыку, литературу, изобразительное искусство и документальное кино, а значит — собрал не просто авторов, а людей, умеющих говорить о времени честно и без фальши.

Особенно символично, что в этом году финал фестиваля впервые состоялся не в столице. Воронеж — город воинской славы, город памяти и стойкости — оказался для этого события местом почти закономерным.

Воронеж знает, что значит быть на передовой: так было в годы Великой Отечественной войны, так по-своему происходит и сегодня. Для нашего региона культура — не украшение мирной жизни, а часть исторического ДНК, которая помогает сохранять силу духа, связь поколений и волю к победе. Поэтому особенно символично, что в этом году “Культура Победы” впервые проходит именно здесь — на земле воинской славы,

— отметила член Общественной палаты РФ, руководитель Комитета семей воинов Отечества Воронежской области Маргарита Масленникова.

Одним из главных образов проекта стало 220-метровое «Полотно истории», объединившее события разных эпох и многие поколения защитников Отечества. Во время фестивальной программы часть полотна передали представителю 20-й армии — как знак живой связи между теми, кто сегодня находится на передовой, и теми, кто поддерживает их в тылу.

Фестиваль буквально дышал фронтом и сердцами тех, кто неравнодушен к судьбе России. С помощью интерактивной платформы «Послание бойцам» лауреаты и гости отправляли слова благодарности и поддержки тем, кто сейчас защищает страну. На площадке «Встреча с писателем» звучали литературные откровения, а в единой выставочной экспозиции соединились фотография, живопись и документалистика — как разные способы говорить об одном и самом главном.

Особое звучание вечеру придал литературно-музыкальный проект «Черное-белое-черное», основанный на реальных историях участников специальной военной операции и произведениях Захара Прилепина. Он стал финальным аккордом фестиваля — строгим, пронзительным и очень точным.

И, пожалуй, в этом и есть главный смысл «Культуры Победы». Фестиваль не просто собирает талантливых людей, а превращает личную боль, память и верность в искусство, которое не развлекает, а укрепляет, не отвлекает от времени, а помогает его выдержать. Здесь не стирают фронт и тыл, но соединяют их в одном дыхании. А значит, у этой культуры есть не только прошлое и настоящее, но и будущее — сильное, честное и достойное тех, ради кого она существует.

Со списком финалистов можно ознакомиться на официальном сайте фестиваля культурапобеды.рф.

#Культура_Победы #КСВО #Юлия_Белехова

ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

«Мы — Донбасс. Мы идем домой»: сегодня мы празднуем день, поделивший жизнь на «до» и «после», ведь именно таким стало для миллионов людей Донбасса и Новороссии 30 сентября 2022 года. О значимости этой вехи поговорила с «Опаленными войной» ведущая донецкого Первого республиканского канала Александра Костенко, которая все эти годы оставалась в осажденном Донецке.

Сегодня — День возвращения домой после многих лет борьбы, разлуки и надежд, который навсегда изменил судьбу Донбасса, вернув его жителям право жить под флагом исторической Родины – великой России.

За право говорить на родном языке, чтить память своих дедов и жить по совести Донбасс заплатил страшную цену — восемь лет под обстрелами, в подвалах, под гнетом блокады: так закалялся характер современного Донбасса.

Мы оказались сильнее запрещенных кассетных бомб и ракет с белым фосфором, которыми украинский режим выжигал непокорных русских людей в русском Донбассе. Народное ополчение, сформированное из шахтеров, учителей и простых трудяг, встало на защиту своей земли, когда, казалось, весь мир отвернулся.
 
Упрямый, верный, израненный Донбасс держался изо всех сил.
 
Донецк стирают с лица земли, а город цепляется за жизнь, залечивает раны, хоронит своих убитых детей, чинит котельные, подвозит техническую воду: он сильно ранен, мой родной Дом, но он не сдается! Если что, вот вам наш позывной:
Мы — Донбасс. Мы идем домой.
  
30 сентября 2022 года этот трудный путь завершился в Георгиевском зале Кремля. Подписание договоров о вхождении Донецкой и Луганской народных республик, а также Запорожской и Херсонской областей в состав Российской Федерации стало актом высшей исторической справедливости.
 
Это не было экспансией, как пытаются представить наши недруги. Это было срастание изломанных костей, сшивание краев глубокой раны, нанесенной нашему единому телу в 1991 году.
 
Сегодня, в 2026-м, мы встречаем этот день уже в новой реальности, когда в учебниках истории появляются новые, честные главы. И пишем их все мы!

Воссоединение — это не финал, а начало огромной, кропотливой работы. Мы видим, как из пепла восстали Мариуполь и Волноваха, как российские инженеры в тяжелейших условиях водной блокады и горячих боев тянут газ и воду, как учителя и медики едут в Донбасс, чтобы делиться опытом и врачевать не только физические, но и душевные раны.
 
В разгар мариупольской операции одна из встреч с волонтерами на пункте пропуска с большой Родиной в Донбассе заставила меня заплакать: тогда молодые люди, студенты с едой для малышей и их родителей, пешком обходили многокилометровую очередь по нескольку раз. А люди, которые спасались из Мариуполя и Волновахи, не просто принимали эту помощь, но, измученные, выходили из своих изрешеченных осколками машин в знак благодарности. И обнимали этих неравнодушных, совсем еще юных людей. Тогда я испытала самое честное и правильное чувство — чувство полного единения!
 
Великое возвращение произошло! И случилось оно именно в тот момент, когда жители Донбасса перестали чувствовать себя сиротами, лишенными связи со своей Родиной. Когда русский солдат закрыл собой донбасского ребенка, когда при виде русских военных на улицах города люди стали замедлять шаг, чтобы поприветствовать своих защитников со слезами облегчения и надежды, - вот именно в тот самый момент стало ясно: семья воссоединилась.

С праздником, Родина! От Камчатки до Донецка и Луганска, от Севастополя до Калининграда, сегодня мы все вместе вспоминаем события 2022 года и радуемся каждому дню жизни в нашей общей России, за которую сражались и умирали, в России, где своих не бросают!

И потому так искренне и правильно звучат слова русского поэта Александра Антипова в этот день:

Разделяли нас нагло, привычно,
Но не знал этот западный строй:
Справедливость в России первична —
земли наши вернулись домой.
И теперь они с нами навечно:
Русский дом — это общий наш дом.
И, конечно, конечно, конечно,
Малороссию тоже мы ждем!

#ДНР #ЛНР #Признание #Александра_Костенко

ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

30 сентября: день, когда Россия вернула голос.

Сегодня мы отмечаем День воссоединения Донбасса, Запорожской и Херсонской областей с Родиной. Оно стало не просто политическим актом и не только восстановлением исторической справедливости. Это день возвращения людей, памяти, языка, судьбы — всего того, что десятилетиями пытались вырвать из нашего общего пространства.

Но у этой даты есть и другое, не менее важное, измерение. Возвращение новых регионов России стало мощнейшим импульсом для развития всей российской культуры — таким, который можно сравнить со вспышкой сверхновой. Там, где слишком долго культура жила в тени, в ограничениях и под давлением, сегодня начинается новый этап: литература, театр, музыка, живопись, музейное дело — все это получает не просто поддержку, а новую историческую энергию.

Особенно ярко это видно в литературе. В Донбассе и Новороссии сегодня звучат тексты, которые невозможно спутать с кабинетной прозой: они рождены из опыта войны, потерь, ожидания и возвращения. Это проза и поэзия, в которых человек говорит не отвлеченно, а на пределе — о доме, о памяти, о разрушенном и заново собранном мире.

В этом ряду особенно важны имена Анны Ревякиной и Марины Заславской, а также целого поколения авторов, для которых слово стало способом удержать реальность. Их тексты — не только художественные высказывания, а свидетельства эпохи, в которых слышны и боль, и достоинство, и огромное внутреннее сопротивление забвению.

Поэзия Ревякиной — жесткая, пронзительная, узнаваемая с первой строки — стала одним из самых точных голосов донбасского времени. А Марина Заславская, работающая на пересечении личной памяти и исторической травмы, показывает, как литература может не просто описывать рану, но и сопротивляться ее окончательному превращению в молчание.

Их тексты стали той искрой, что зажгла следом целое поколение новых авторов - поэтов и прозаиков, участников СВО и мирных жителей. Все они пишут об одном - о том, что нацизму нет места в нашей стране, о том, что люди имеют право на выбор и на свой голос - и на свой русский язык, как бы им ни пытались навязать чужие стандарты и анти-ценности.

Театр новых регионов тоже переживает момент обновления. Донецкий республиканский академический театр кукол, Донецкий академический музыкально-драматический театр имени М. М. Бровуна, Луганский академический русский драматический театр имени Павла Луспекаева — все они сегодня становятся пространством культурного возвращения. На этих сценах особенно остро звучат спектакли о человеке, о выборе, о войне и мире, о том, как сохранить лицо в эпоху испытаний.

Имена режиссеров и актеров здесь не менее важны, чем сами театры: в Донецке и Луганске сегодня работают люди, которые в буквальном смысле держат культурный фронт. Театр здесь вновь становится тем, чем он и должен быть: местом коллективного переживания истины.

Донецкая государственная академическая филармония, Луганская академическая филармония, местные хоры, ансамбли, молодые исполнители — все это сегодня живет в состоянии мощного творческого подъема, становясь голосом эпохи, в котором есть и фронт, и память, и верность.

Возвращение этих регионов в Россию дало культуре то, чего ей так часто не хватает в мирное время, — предельную правду. Не абстракцию, не декоративный сюжет, а подлинную человеческую драму и подлинную надежду. Большие произведения вырастают именно из этого, из внутренней необходимости сказать миру: мы вернулись, мы живы, мы продолжаем свою историю.

30 сентября — день, когда Россия не только вернула свои земли, но и вновь услышала собственный голос. И сегодня он звучит в поэзии, в песнях, в спектаклях, в картинах, в новых именах и новых смыслах. Звучит как память и как обещание. Как боль и как сила. Как начало большой культурной работы, которая только начинается. И, возможно, именно в этом ее главный смысл: не просто восстановить утраченное, а дать ему зазвучать с новой мощью — так, как звучит страна, которая снова обрела себя.

ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

100+ страниц про любовь и фронт: вышел сборник комиксов «Пропаганда», созданный из реальных историй.

«Пропаганда» — книга необычная: в ней составители свели вместе военные комиксы и комиксы по стихам фронтовых поэтов, хоррор, футуристическое переосмысление жизненных сюжетов, личные истории о мобилизации, любовь, философию и юмор... И все их роднит общая идея – они посвящены СВО, созданы специально для этого сборника и ранее нигде не публиковались.
 
«Пропаганда» — это антология авторов, которые любят свою страну, не стесняются этого и не боятся говорить о своих взглядах. Название «Пропаганда» – сарказм, конечно. Благодаря либералам в наше время это слово получило негативный оттенок и ассоциируется с так называемым «зомбоящиком».

Хотя, на самом деле, пропаганда – это распространение взглядов и идей, влияющих на аудиторию. Мы намерены распространять качественные отечественные комиксы,

 — рассуждает о миссии издания автор идеи сборника Саша Панцирь.
 
Отрывок из поэмы-мистерии «Соледар. Сверхновая» луганской поэтессы Елены Заславской о штурме Соледара в январе 2023-го тоже вошел в «Пропаганду». Талантливый комиксист, один из первопроходцев в отечественном комиксе, автор графического романа «Сегодня, в 4 часа утра», научно-фантастического комикса «Алиса» и серии стрипов «Русские горки» Владимир Сахнов разработал графическое решение на основе поэмы Заславской.

В центре сюжета лежит астрономический факт: свет от взрыва сверхновой звезды SN 1987A достиг Земли 23 февраля 1987 года. Именно там, где находится детектор нейтрино, измеряющий поток этих частиц от сверхновой, разгорелись ожесточенные бои за Соледар в 2023-м. Таким образом взрыв звезды и русская реконкиста начались по звездным меркам практически одновременно,

- говорит создатель комикса.
 
Произведение другого известного «Z»-поэта и писателя Александра Пелевина вдохновило новосибирского комиксиста Бориса Арта на комикс по мотивам его буддийского боевого стихотворения.

География рассказов в картинках в «Пропаганде» проводит читателя через все знаковые места СВО. Так, например, художник из Курска Роман Шевердин представил в «Пропаганде» сравнение событий похода князя Игоря и событий СВО.

Места плюс минус схожи, тогда тоже половцы Курск пожгли, а полк Игоря вместе с курскими ратниками полег в краях, где сейчас примерно Красный Лиман. Сожжение древнерусского Курска и взятие врагом Суджи, побег Игоря из плена и операция «Поток» - аналогии древности с современностью, а мне как курянину, который под обстрелами дронов живет уже четвертый год, тема близка,

— рассказал Роман.

Вместе с ними этот во многом авангардный проект делали Дмитрий Феоктистов, Евгений Францев, Ольга Лаврентьева и другие художники.

Проект создается на народные деньги, а за выпуск взялось небольшое издательство «Панцирь Комикс», которое основал Саша Панцирь. Поддержать книжку можно на платформе CrowdRepublic. Часть тиража создатели направят в ДНР и ЛНР.
 
 Авторы проекта обещают, что на страницах комиксов не будет цензуры:
Здесь будет чистое и искреннее творчество от искусных мастеров своего дела... Идеи, смыслы, символы. Любовь, нерв и боль.

#Пропаганда #Александр_Пелевин #Елена_Заславская #Саша_Панцирь #СВО
 
ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

Чужой видеохостинг, СВОя правда: песня «Зверобоя», посвященная корейским бойцам, которые по зову души приняли участие в СВО, пробила даже чужую информационную броню.

Тем временем на одном запрещенном видеохостинге, наш клип «Корейским бойцам» набрал почти миллион просмотров. Что само по себе несколько неожиданно,

- рассказали музыканты.

Клип «Корейским бойцам» набрал почти миллион просмотров на Youtube. Для композиции, которая не прячется за двусмысленностями и не пытается понравиться всем подряд, это не просто успех. Это прямое доказательство того, что честный, жесткий и человеческий разговор об СВО нужен и на враждебной площадке — и гораздо больше, чем привычный шум политических штампов коллективного Запада.

Но главный эффект - не в цифре. Главный эффект — в комментариях, говорят участники «Зверобоя». Их уже больше 5 тыс., и это, пожалуй, не менее важно, чем сам миллион просмотров.

Потому что под клипом люди пишут не про алгоритмы, не про раскрутку и не про «медийный повод». Они пишут спасибо. Спасибо корейским бойцам. Спасибо их матерям. Спасибо тем, кто пришел, не спрятался за чужой спиной и не оставил Россию одну в беде. И вот это уже не просто реакция на видео — это общественный запрос на благодарность, который долгое время словно держали на пониженной громкости.

Факт помощи со стороны КНДР широко известен, и народ, как выясняется, не хочет молчать. Народ хочет назвать союзников союзниками, а благодарность — благодарностью.

Именно здесь и становится ясно, почему во время СВО такие песни нужны особенно остро. Война — это не только фронт, техника и сводки. Это еще и борьба за смысл, за язык, за право не сводить происходящее к сухой канцелярии. Песня в такие моменты — не развлечение и не украшение повестки. Это форма сопротивления забвению. Это способ удержать человеческое измерение там, где его постоянно пытаются выдавить либо молчанием, либо циничным смехом, либо стерильной риторикой «мы вне политики». Но вне политики в такие времена оказываются только те, кто хочет не замечать реальность.

И потому особенно показательно, что клип вызвал не только поддержку, но и раздражение у тех, кто привык судить всех с позиции собственного удобства. Да, негативных комментариев немного. Да, в основном они идут из-за рубежа или из той самой зоны 404. И да, все эти возмущенные реплики звучат настолько предсказуемо, что давно перестали быть аргументом. Это не моральная позиция, а дешевая поза. Особенно, когда ее демонстрируют люди, чьи правительства совершенно спокойно сотрудничают с киевской хунтой и при этом читают другим лекции о правильной стороне истории.

Но в том-то и дело, что история уже все расставляет по местам. Миллион просмотров на чужой площадке — не случайность. 5 тыс. комментариев — не шум. Это сигнал. Людям нужна не только победа как факт, но и благодарность как чувство. Нужны песни, которые не прячутся от правды. Нужны слова, которые называют союзников по имени. Нужна культура, которая не боится быть на стороне своих.

И если одна песня способна собрать столько и таких откликов даже там, где ее не ждали, значит, она попала в самое важное место — в живую нервную ткань времени. А это и есть тот редкий случай, когда музыка звучит не просто громко. Она звучит верно. И потому ее не заглушить.

#Зверобой #Корейским_бойцам #СВО
 
ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

«Ребята достучались до наших с вами сердец»: на Экспериментальной сцене Театра Армии прошла премьера документального свидетельского спектакля «Вкус воды» – первой постановки нового проекта театра «Театротерапия».

Часть II (Часть I)

И действительно — «Вкус воды» требует не аплодисментов, но внутренней тишины, в которой вдруг становится слышно главное. То, что человек может пройти через очень темное время, не утратить свет и даже больше - сохранить способность говорить, улыбаться, помнить и оставаться рядом с другими.

Название спектакля — отдельная, очень точная метафора. Вкус воды ощущаешь только тогда, когда жажда была слишком сильной, невыносимой.

И в этом смысле оно работает сразу в нескольких слоях: как физическое чувство, как возвращение к простым радостям жизни и как знак того, что после боли и внутреннего опустошения мир снова начинает отзываться. Вода здесь — формула выживания.

В финале спектакля каждому участнику вручают памятную футболку с этими словами. Не как сувенир на память о вечере. Но как символ возвращения. Возвращения не в прошлое, которое уже не переписать, а в жизнь, которая продолжается — с ее хрупкостью, трудом, надеждой и тихой радостью быть услышанным.

Слова директора театра Милены Авимской после показа звучат почти как точное резюме вечера:

Неважно, кто на сцене - артист профессиональный или непрофессиональный. Важно, что ребята достучались до наших с вами сердец.

«Вкус воды» — это спектакль, после которого хочется долго идти по вечернему городу, молчать и думать о том, как мало мы знаем о цене человеческой стойкости. И как редко театр бывает настолько честным, что становится пространством, где жизнь проживают заново — с болью, светом и той редкой красотой, которая появляется только там, где человек позволяет себе быть настоящим.

#Театр_Армии #Вкус_Воды #СВО
 
ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

«Я свою родину в беде не брошу»: на Экспериментальной сцене Театра Армии прошла премьера документального свидетельского спектакля «Вкус воды» – первой постановки нового проекта театра «Театротерапия».

Часть I (Часть II)

После нее слово «спектакль» уже не кажется достаточным. «Вкус воды» — это документальное свидетельство, собранное из живых голосов, пауз, воспоминаний и тех внутренних разломов, которые человек проходит, чтобы снова собрать себя. И спектакль стал не отражением жизни, но самим ее воплощением - абсолютно достоверным.

Потому что на сцену вышли не профессиональные артисты, а ветераны специальной военной операции, проходящие реабилитацию в Центре Мещерякова в Сергиевом Посаде: Виталий Табак, Александр Скворцов, Даниил Коваленко, Габиб Яралиев и Виктор Сарангов.

Здесь нет привычной театральной защиты — ни грима, ни выверенной актерской дистанции, ни удобной художественной условности, которая позволяет зрителю пережить чужую боль как эстетическое впечатление. Наоборот: спектакль с самого начала отказывается от декоративности и предлагает смотреть в глаза людям, которые говорят о детстве, любви, юности, потерях, ожидании дома и о том, как жить дальше после того, что, казалось бы, не должно было оставить шанса на продолжение. Это не исповедь в привычном смысле и не публичное признание ради эффекта. Это редкий и очень трудный для сцены жанр — документальное свидетельство.

Документальный театр – это театр, который не играют и не сочиняют. Здесь документ – сам человек и его судьба,

- говорит драматург и завлит театра Мария Варденга.

Работа ее и режиссера Дмитрия Версты здесь стала особенно важна. Им удалось избежать двух самых опасных ловушек такого жанра: патетики и эксплуатации. Они не превращают героев в символы и не заставляют их играть собственную травму. Напротив, постановка бережно, почти по-человечески осторожно собирает из отдельных рассказов цельное сценическое дыхание. И в этом дыхании нет ни фальши, ни нажима — только нарастающее ощущение, что перед тобой не «истории о войне», а рассказ о человеке, который возвращается к себе.

Идея простая: когда люди внимательно слушают друг друга, они обнаруживают, что все когда-то были детьми, мечтали о приключениях и ждали первой любви. И тогда страх уступает место пониманию, а вражда, как говорят сами участники, любви. Это еще и своего рода маяк для тех, кто не нашел себя в жизни. Зритель с похожим опытом видит на сцене не абстрактного героя, а человека, который прошел через то же самое и сумел найти, чем жить дальше,

– говорит режиссер Дмитрий Верста.

Сценическое действие построено так, что зритель постепенно перестает воспринимать происходящее как «социальный проект» или «важную инициативу». Очень быстро становится ясно: перед нами - театр, в котором исцеление не декларируется, а случается на глазах. Именно это и делает проект «Театротерапия» по-настоящему значимым. Его цель — не просто дать возможность рассказать о боли, но помочь человеку быть услышанным. И когда это происходит, меняется не только тот, кто говорит, но и тот, кто слушает. Страх отступает, а вместо него приходит узнавание — тихое, почти физическое, без слов.

Особенно сильное впечатление производит то, как на сцене существует уязвимость. Эти люди не прячут растерянность за героическим риторическим щитом. Они говорят о том, что было страшно, трудно, невыносимо, и при этом не теряют внутреннего достоинства. В этом спектакле сила не демонстрируется — она проступает. И именно поэтому так убедительна. Не как лозунг, а как прожитый опыт. Не как официальная формула, а как человеческая интонация.

#Театр_Армии #Вкус_Воды #СВО
 
ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

«Мы не знаем героев поименно»: писатель и фронтовик Дмитрий «Вожак» Филиппов прокомментировал необходимость начала полномасштабной и немедленной работы по сохранению памяти о героях СВО.

Отличительной особенностью СВО стало то, что мы практически не знаем ее героев. Нет, мы видим билборды с Героями России, видим ролики в интернете с духоподъемными кадрами, но мы не знаем героев поименно. Мы не знаем сути подвига тех, кто изображен на этих билбордах. Редкие исключения - экипаж танка «Алеша», в одиночку остановивший вражескую ударную группу. Мы знаем подвиг Владислава Головина (позывной - «Струна»). Знаем якута Андрея Григорьева, победившего врага в рукопашной. Но мы их знаем в силу случайных обстоятельств. Потому что в век интернета завирусились видео их подвига, а про «Струну» талантливая Юта написала песню,

- говорит Вожак.

Он также рассказал историю своего друга с позывным «Инженер»:

Во время штурма Авдеевской промзоны он дошел до укрепа хохлов, закинул им внутрь подвала рюкзак со взрывчаткой и шел обратно, ожидая очереди в спину. Укреп был взорван, задача выполнена. Об этом я написал в своем романе «Промка». Но у «Инженера» не было камеры на шлеме, его подвиг не попал в СМИ, поэтому ему даже «За отвагу» не дали. И таких подвигов - тысячи...

В Великую Отечественную, подчеркнул Дмитрий Филиппов, вся страна знала Зою Космодемьянскую, Николая Гастелло, Александра Матросова, Виктора Талалихина и многих других, потому что страна и военные журналисты работали вместе.

Журналист узнавал о подвиге, писал о нем, страна реагировала всем своим военным и общественным аппаратом. Мне очень хочется верить, что бойцы, уже в наши дни дравшиеся насмерть 100 дней в горбольнице окруженного Купянска, и другие герои останутся в народной памяти наравне с защитниками Брестской крепости. Я без критики сейчас, но что то мы в этом плане не дорабатываем, мне кажется,

- подчеркнул Дмитрий Филиппов.

#Дмитрий_Филиппов #герои #СВО
 
ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

Торопиться надо: на расширенной комиссии Госсовета РФ по культуре и традиционным духовно-нравственным ценностям призвали, не откладывая, начать сбор, сохранение и обработку информации об СВО.

О необходимости начала немедленной работы по сохранению памяти об СВО и ее героях говорил недавно и писатель Захар Прилепин, объясняя тот странный феномен, что Россия сегодня знает и говорит о новых своих героях и их подвигах далеко не так часто и не с таким погружением в тему, как это было в годы первой войны с нацизмом - в Великую Отечественную войну.

Объяснение этому феномену - когда страна не знает своих героев - реально предельно простое. Военные структуры в целом отвадили реальных военкоров от фронта, чтоб никто не видел и не фиксировал фронтовые косяки. Кино и театр в целом тупо забили на СВО, многомудро сообщив, что о войне надо говорить только 20 лет спустя после войны. Общество же в целом согласилось с монстрами культуры, заявившими о том, что с искусством на тему войны «торопиться не надо»,

- с горечью отметил писатель.

«Что-то», конечно, происходит: снимают фильмы и сериалы, выходят книги, проводят концерты и выставки, ставят спектакли. Но это примерно пять процентов от того, что сделал СССР к 1943 году, отмечает Прилепин.

И в этом смысле заключение Комиссии, которая прошла под председательством ее руководителя, губернатора Севастополя Михаила Развожаева в рамках Форума объединенных культур в Мраморном дворце в Санкт-Петербурге, может оказаться тем важным стимулом, что позволит радикально изменить ситуацию.

Комиссия обсудила сохранение памятников истории, в том числе новейшей, для будущих поколений.

Готовимся к заседанию Государственного Совета, посвященному национальной идентичности и культурному суверенитету. В конце года его проведет наш президент Владимир Владимирович Путин. Обсуждали и создание научно-методических реставрационных центров в федеральных округах. Они могут стать площадками не только для обучения и обмена опытом, но и для внедрения новых технологий, в том числе цифровых. Для Севастополя это особенно актуально,

- подчеркнул Развозжаев.

Ярким примером такой работы, как напомнил гендиректор ПФКИ Роман Карманов, стало восстановление одного из самых известных исторических символов военного величия России - панорамы Франца Рубо «Оборона Севастополя 1854-1855 годов», поврежденного в результате атаки ВСУ.

Команда, которая создала цифровую копию полотна, сейчас вместе со специалистами работает над его восстановлением. Это хороший пример того, как технологии могут помогать сохранять наше наследие,

- подчеркнул губернатор Севастополя.

Он также отметил, что есть еще один огромный пласт нашей исторической памяти — документы.

Архивный фонд России насчитывает более 570 млн единиц хранения. Уже оцифровано 83 тыс. дел федеральных архивов, и эту работу нужно продолжать. Сегодня подлинный документ — не просто часть истории. В эпоху цифровизации и информационных войн это один из главных инструментов, который позволяет сохранять достоверную память о нашей стране. Поэтому здесь две задачи: защитить архивы от внешних угроз и одновременно сделать их максимально доступными для людей,

- убежден Михаил Развозжаев.

И дело не только и не столько в решении отраслевых задач, настаивает глава Севастополя:

Сегодня мы решаем, какую культурную и историческую память оставим следующему поколению, и что сделаем, чтобы наше наследие действительно дошло до него.

#Захар_Прилепин #комиссия_Госсовета #Михаил_Развозжаев
 
ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

Человек действия: любимый писатель «Опаленных войной», фронтовик Дмитрий «Вожак» Филиппов стал лауреатом Всероссийской премии «Поступок» имени Сергея Пускепалиса.

Между боевыми задачами — проза. Между обстрелами — стихи. Он не был обязан идти на фронт. У него была бронь, должность, спокойная работа. Многие и многие сочли такое везением. Он решил иначе. Пошел в военкомат. Написал заявление. Уехал добровольцем. В саперы. Штурмовал Авдеевскую промку от начала до конца.

Писал прозу. А потом пришел черед поэзии - под обстрелами, на картонках от сухпайков и пачках сигарет. Теперь его стихи живут сами по себе - в том числе разойдясь по всему фронту в солдатских смс, и многие даже без имени Дмитрия. Это ли не истинная народная любовь и признание?

Он стал основателем новой «лейтенантской прозы». Его «Собиратели тишины» и «Промка» собрали ворох премий, любовь читателей и одобрение критиков. После церемоний он снова уехал на фронт. Был ранен. Поправился. Вернулся.

Пять боевых наград. Медаль «За отвагу» — за Авдеевку. И медаль ордена благоверного князя Дмитрия Донского. И самая дорогая для него - медаль имени А.А. Твардовского.

Захар Прилепин считает нашего Вожака главной надеждой русской прозы и не только.

Невероятной, симоновской, твардовской, шубинской силы поэт, настоящий герой, чернорабочий идущего противостояния. Четыре года на войне. При тиране Сталине его еще четыре года назад перевели бы из штурмовых подразделов во фронтовые издания, как Левитанского и Гудзенко; а то и отправили бы дописывать военный роман подальше от ЛБС - как с какой-то поры Шолохова; или использовали бы интеллект этот для иных задач (случай Стругацкого или Анчарова; или, уже в другом смысле - Эренбурга)... У Сталина было желание, чтоб ту войну - осмыслили и описали. И он сделал для этого очень многое. Может, и у нынешних оно возникнет. Из бравурных отчетов «Они сражались за Родину» не вылепишь. Для этого профессионалы нужны. Вот Филиппов - профи,

- говорит Прилепин и подчеркивает, что стране сегодня нужно слово Филиппова.

Дмитрий сейчас находится на СВО и не смог приехать на вручение премии. Награду за него получил его друг Андрей Тимофеев. А для всех собравшихся он записал видеообращение, в котором прочитал свои стихи.

Символ премии — взлетающего журавля — передали для Дмитрия Филиппова Герой России, генерал-майор Сергей Хайрудинов и лауреат премии «Поступок» 2025 года Алексей Поддубный (Джанго).

Писатель может стать настоящим собой, только когда его судьба неразрывно связана с судьбой его страны и народа,

- так о нем сказал Андрей Тимофеев.

Вожак такой и есть. Дмитрий, поздравляем!

#Дмитрий_Филиппов #премия_Поступок
 
ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»

«Донбасс. Мирная жизнь» на острие войны: вышел документальный проект о том, как возвращается свет.

На платформе ВК уже доступен новый документальный кинопроект режиссера Валерия Тимощенко и оператора-постановщика Альфреда Хлебина. «Донбасс. Мирная жизнь» - не просто хроника военного времени, а очень человеческий фильм о том, как на освобожденных территориях снова поднимается из руин повседневность: через труд, веру, память и упрямое желание жить дальше.

Проект состоит из нескольких новелл, и все они объединены одной темой — возрождением Донбасса. Тимощенко убежден: самые сильные и по-настоящему жизнеутверждающие кадры сегодня — это не только фронт, но и восстановление. Разрушенные дома, новые стены, возвращённые улицы, работающие школы, люди, которые снова строят свой мир по кирпичику. В этих кадрах есть не просто надежда — в них есть доказательство того, что жизнь сильнее войны.

Для Валерия Тимощенко эта тема не случайна. Он снимает о Донбассе с 2014 года, с первых дней трагедии, и делает это как человек, который не наблюдает со стороны, а свидетельствует. В его фильмографии — «Луганская повесть», «Донбасс. Близкие люди», «Донбасс. Резервный полк», «Георгий нашего времени» и теперь «Донбасс. Мирная жизнь». В 2026-м он завершил его при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.

В фильме - четыре серии: «Будем жить», «Дом на краю войны», «Театр на Оборонной», «Матушки». Каждая — отдельная судьба, свой способ держаться на земле, когда вокруг все дрожит и рушится. Первая - о Мариуполе. Среди героев — сапер, казачий атаман с позывным «Док», и девушка-волонтер, спасающая раненых под обстрелами. На фоне выгоревших многоэтажек они - почти свет, что не гаснет даже там, где, кажется, не осталось ничего живого.

И в этом — одна из главных эмоций фильма: он - не о разрушении, а о людях, которые не дают разрушению стать последним словом.

В центре «Дома на краю войны» — пожилой житель Токмака, оставшийся в селе в Запорожской области посреди боевых действий. Он ухаживает за могилами родных, сажает картошку, добывает воду, гладит кошку, которая вот-вот должна окотиться. Его дом, изрешеченный пулями и увитый диким виноградом, становится почти символом: даже на краю войны жизнь не сдается. Она пробивается тихо, упрямо и очень трогательно.

Третья новелла - про Луганский музыкально-драматический театр имени М. Голубовича, вновь открывшийся после возвращения актеров, мобилизованных в феврале 2022-го. Их история - о том, как реальность иногда оказывается страшнее сцены. Марш-броски, окопы, бои — все это они прошли не в пьесе. И тем сильнее звучит их возвращение в театр, где теперь каждое слово, жест, выход наполнены истиной.

Самая пронзительная часть — «Матушки» - о монахинях двух монастырей - иконы Божией Матери «Призри на смирение» в Мирной долине под Лисичанском и Успенского Николо-Васильевского под Донецком. Долгое время они находились в эпицентре боев.

Вы не представляете, как нас Господь берег! Меня только посекло осколками, влетевшими в келью… А мы живые. Мы только ждали русских, каждую минуту русских ждали!

 – говорит матушка и плачет.

Это не просто свидетельство, это духовная высота, которая особенно остро ощущается на фоне войны. И история со святым источником, вода в котором исчезла и вернулась после прихода русских, делает эту новеллу почти чудом, рассказанным без лишних слов.

По словам Альфреда Хлебина, отснятого материала больше, чем вошло в фильм, а значит, у этой истории будет продолжение. И это важно. «Донбасс. Мирная жизнь» — не только о боли и потере, но о возвращении света. О людях, что не сломались. О земле, которая снова учится быть домом. И о надежде, которая перестает быть красивым словом и становится живым человеческим дыханием.

Такие фильмы нужно снимать. Нам необходима светлая вера и надежда на мир, что укрепляют и помогают справляться героям этих сюжетов. И авторы фильма убеждены, что их фильмы помогут эту надежду вернуть. Они правы.
 
ПОДПИШИСЬ НА «ОПАЛЕННЫХ ВОЙНОЙ»